Вернуть Боярство 7 (СИ) - Мамаев Максим - Страница 17

Особого официоза не было. Десяток здоровяков-гвардейцев во главе с Адептом на воротах — не ради безопасности, а что бы подчеркнуть силу и величие Рода Морозовых — проводили нас равнодушными взглядами, предварительно узнав фамилии и кликнув слугу, что бы он нас проводил.

— А разве нас не должен встречать хозяин дома, если он из царского Рода? — шёпотом уточнил мой ученик.

— У бояр всё иначе, — криво усмехнулся я. — Гостей в дом провожают слуги, пока хозяева ждут их внутри. Да и мы приехали не на официальный прием, а всего лишь на дружескую попойку, так что особого официоза не будет.

Небольшой зал, в котором в данный момент находилась несколько дюжин человек, столы, сдвинутые к стенам, живая музыка от небольшой группы музыкантов и молодые дамы да кавалеры… Ну, вот ты и среди тех, от кого, будем честны с собой, бежал когда-то. От тех, среди кого провел самые горькие горды отрочества, ещё не осознавая, кто ты такой и насколько ты выше всех на этой несчастной планетке. Ты, некогда Великий Маг, который в бою был способен стереть в порошок любого Мага Заклятий этого мира… Мои губы сама собой тронула хищная, полная собственного превосходства ухмылка. Я изменился, дамы и господа… И вам придется это принять.

— Ба! Кого я вижу! — раздался левей изумлённый возглас. — Неужто Аристарх? Какими судьбами тебя занесло к нам? Ты лишился права присутствовать среди истинно благородных людей Российской Империи.

Антон Звягинцев. На пару лет старше меня, один из сыновей Главы Рода Звягинцевых, весьма могущественного боярского семейства, мой некогда друг детства, с большой охотой ставший одним из тех, кто потешался надо мной после того, как я лишился титула наследника. И не один…

— Он мой гость, Антон, — вмешался Морозов. — Мы с Аристархом Николаевичем довольно дружны, и я нашел удачной мысль пригласить его на это небольшое собрание.

— Любишь ты якшаться со всякими… — презрительно скривился стоящий рядом со Звягинцевым Олег Филатов.

Филатовы не столь могущественны, как Шуйские, Звягинцевы или Морозовы, но тоже не последняя фамилия в стране. Одно только то, что у них двенадцать Архимагов в Роду и семь Магов Заклятий в истории семьи говорило об очень многом. Лично с ним мы были знакомы лишь шапочно — парень был на пять лет старше меня.

— Со всякими, Олежка? — поднял я брови насмешливо. — И это говорит мне человек, которому двадцать четыре, а он всё ещё слабый Адепт… Позорище.

— Да как ты!.. — вскипел было парень, но я лишь раскрыл свою ауру посильнее. Пока ещё Мастерскую, но даже так — он заткнулся и лишь злобно зыркал на меня.

— А ты чего язык прикусил, Антошка? — поглядел я на Звягинцева. — Ничего сказать не хочешь? Помнится, ты мне предрекал судьбу едва ли крестьянина и шутил, что выделишь на родовых землях надел земли и даже поставишь старостой одной из деревень.

— Что, дела совсем худо идут, Николаев — Шуйский? — не остался он в долгу. — Моё слово в силе — крепкую избу, ладную бабу из крестьян да должность деревенского старосты всё ещё ждут тебя.

— Господа, я думаю, всем вам следует слегка успокоиться, — вмешался Морозов. Глянув на раскрывшего рот Звягинцева, он нахмурился и ледяным тоном продолжил. — Это мой дом, мой гость и здесь мои правила, Звягинцев. Недоволен — скатертью дорога, я никого здесь не держу.

Петя, слушая начавшуюся с порога склока, только и успевал вертеть головой в изумлении. Да-да, мой маленький ученик, вот оно — истинное лицо древней аристократии. Мы куда прямее и честнее в выражении своего отношения к тем, кто нам неприятен… С возрастом и приходом к действительно важным должностям в Роду это обстоятельство может меняться, не дураки чай, однако среди своих, среди равных — бояре всегда бояре, особенно молодые.

— Ты выгонишь меня ради этого безродного? — вскинул брови Звягинцев. — Он не боярин, лишь жалкий изгой из своего Рода, не более. Позорище Шуйских, пошедшее на поклон к Романовым, скрывшее свой дар и решившее склониться перед Императорским Родом ради дворянского звания… Как же низко пали Морозовы, что привечают подобных дворняг.

— Решать, позор он или гордость нашего Рода, могут сами Шуйские, но никак не Звягинцевы, — вмешалась высокая, стройная девушка с чёрными, как бездонный омут, глазами и волосами цвета воронова крыла. — Ты много на себя берёшь, Звягинцев. И забываешь, что ты не у себя дома, а в гостях.

Василиса Шуйская. Дочь одной из побочных ветвей нашего семейства, девушка лет двадцати четырёх, довольно сильный Мастер. Продолжит развиваться в том же духе — и место в числе Старейшин Рода ей обеспечено хотя бы по праву силы — Архимага она точно возьмет. Девушка ещё в мою бытность Шуйским была известна своим талантом и свободолюбивым нравом. Впрочем, не сказать что она тогда ко мне была сильно расположена — плоть от плоти Шуйских, она уважала лишь тех, кого считала достойными, игнорируя прочих. А оценивала она всех в первую очередь по их талантам в магии…

— Что бы сказал Наследник твоего Рода, услышав подобные речи? — хмыкнул Антон.

— Если бы он не вызвал тебя на поединок за подобные слова, я бы глазам своим не поверила, — отбрила его девушка. — Кровь гуще воды, Звягинцев, и если надо будет, я тебе это сама докажу.

— Благодарю, Василиса, но едва ли я нуждаюсь в защите, — вмешался я. — Господа, предлагаю прекратить эту глупую ссору… Но если ты, Звягинцев, желаешь продолжить этот разговор — можешь вызвать меня на дуэль и показать, чего стоит твоё высокомерие. Нет, не желаешь? Ну, я собственно ничего иного и не ожидал…

— Нехорошо так говорить тому, кто действительно предал гордость предков, — заметил вышедший у меня из-за спины Артём Смирнов.

Парень пришел минутой позже нас с Петей и всё это время молча слушал нашу перепалку. Что ж, Морозов… Тебе — развлечение, а мне возможность поставить на место кучку напыщенных дураков, что упивается своим положением в обществе, ничем пока его не заслужив. Равноценный обмен… Только действовать мне надо тонко — задевать самих бояр можно, но их Рода — нет. Иначе никакой Второй Император мне не поможет — это тебе не какие-то там дворяне. Надо будет, те же Смирновы и открыто возвысить голос против Павла Александровича не побоятся, зная солидарность князей в подобных вопросах.

— И кстати — что это за сиволапое создание явно родом из числа черни рядом с тобой? — продолжил невысокий широкоплечий паренек одного со мной возраста, выходя под взгляды остальных. — Я, конечно, многого от тебя не ожидал… Но такая кампания даже для тебя — перебор.

Петя вспыхнул и шагнул было вперед, но я его удержал, выставив руку. Вызовет на дуэль — погибнет, дуралей. У Смирнова при себе артефактов наверняка достаточно, что бы в дуэли по свободным правилам даже Мастеру задать жару. Поведется на провокацию, даст Смирнову диктовать условия схватки — и он труп. Любой другой, провоцирующий парня, недооценил бы его и согласился бы биться лишь с личным оружием… Но Смирнов был хитрым, трусоватым и крайне осторожным индивидом, не лезущим вперед без твердой уверенности в том, что все козыря в его колоде.

— Происхождение, говоришь, тебе не нравится, — насмешливо поглядел я на него. — Ну, он, в отличии от тебя, честно сражался во время войны с нолдийцами, проливая свою кровь, выжил, открыл в себе дар и за какой-то жалкий год дошёл от неофита до Адепта. Как по мне, это с лихвой компенсирует недостаток в виде отсутствия у парня длинной вереницы благородных предков. Не всем же отсиживаться за спинами воинов и боевых магов Рода, верно?

Самородок из черни, Петя был действительно уникален. Конечно, факт отсутствия у него тех самых предков, возможности поглощать в необходимых количествах дорогую алхимию на всех этапах развития и отсутствие Рода, способного дать ему хорошее магическое образование на всех рангах магии, его изрядно ограничивало. Такие самородки были пусть и редким, но известным случаем, и выше Младшего Магистра они поднимались редко… Вот только быть Пете Архимагом, учитывая личность его учителя. Впрочем, знать об этом остальным не обязательно.