"Фантастика 2024-6". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Проскурин Вадим Геннадьевич - Страница 134

Набежавшая волна легонько качнула мудреца, он обернулся и увидел, что сзади к нему приближается Зорька.

– Вот ты где, Дейкстра, – сказала она. – Что там случилось на большой скале? От нее так разит кровью… Акулы боятся.

– Роланд поругался с местным королем и убил его, – сказал Дейкстра. – Я пытался их помирить, но не смог.

– Странно, – сказала Зорька. – Разве местные рыцари невосприимчивы к тем чудесным узорам, что показывает камень, упавший с неба?

– Не знаю, – смутился Дейкстра. – Я забыл про тот камень, я только сейчас вспомнил о нем, когда увидел… – он указал рукой вниз.

– Так чего ты ждешь? – удивилась Зорька. – Плыви к скале и… Нет, лучше залезай мне на спину, не будем терять времени.

Дейкстра залез Зорьке на спину, и они стали подниматься.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ. НОВЫЙ КОРОЛЬ

1

Зорька зависла над вершиной скалы. Дейкстра выбрался из седла и мягко опустился на землю, спружинив четырьмя руками. Вытащил из сумки небесный камень, нажал нужный выступ, положил камень на песок и отошел в сторону, чтобы не мешать зрителям наслаждаться узором. Он сидел, смотрел на узор и ни о чем не думал, его мозг, утомленный размышлениями, наслаждался покоем.

Это так здорово – начихать на все проблемы и неприятности, щелкнуть клювом, сказать себе "будь что будет" и созерцать прекрасное. Может, в этом и есть тайный смысл того знака, о котором Дейкстра мысленно молил Джа несколько минут назад? Дескать, делай, что должно, и пусть свершится, что суждено. Не позволяй суетным желаниям захватить власть над мозгом, жизнь устроена так, что желания редко приводят к успезу, гораздо чаще они приносят только кровь, боль и смерть. Не надо уподобляться Роланду, не надо стремиться к победе любой ценой, жизнь – не охота, на которой славы тем больше, чем больше рыбы ты сумел добыть. Люди, что окружают тебя – не рыбы, их назначение не сводится к тому, чтобы стать фоном для твоих героических поступков. Не люди для героя, а герой для людей. И неважно, что о таком герое вряд станут говорить в преданиях. Это действительно неважно, потому что в стране мертвых Джа не будет спрашивать, попал ли ты в предания, он спросит, насколько честно и достойно ты прожил свою жизнь. Если, конечно, верить, что суд после смерти – истинная правда, а не глупая выдумка давно умершего рыцаря по имени Бенджамин. А если не верить, что это правда, получается, что можно все – убивать, клеветать, предавать, унижать людей, относиться к ним как к безмозглым рыбам, глумиться… Зря Бенджамин признался в свое время, что выдумал эту историю. Если бы она не считалась выдумкой, насколько проще было бы жить…

Узор искрился и переливался, его ритмичные волны сходились и расходились, растворялись и пересекались, то усиливая, то подавляя одна другую. То и дело в узоре мелькали вспышки, похожие на человеческую речь, в какой-то момент Дейкстре показалось, что он ясно видит (или слышит, в данном случае это одно и то же) слово "да", произнесенное человеческой антенной. Может, это еще один знак, предоставленный Джа? Нет, скорее, просто случайность, слово "да" достаточно короткое, чтобы произнестись случайно, вот если бы в узоре возникли слова "да, старый дурак, Джа говорит с тобой прямо сейчас" – это было бы совсем другое дело. Но Джа уже много поколений не дает столь ясных знамений, все его знаки и пророчества всегда туманные и двусмысленные. Почему он больше не является людям во плоти, не разговаривает с ними понятным человеческим языком? Удивительно…

– Воистину удивительно, – услышал Дейкстра незнакомый голос.

Он вздрогнул, обернулся и увидел, что с ним говорит вовсе не Джа, а рыцарь из местных, Дейкстра где-то уже видел его, наверное, в толпе, внимавшей речи мудреца.

– Прекрасное зрелище, – сказал рыцарь. – Пожалуй, самое прекрасное из всех, что доводилось мне наблюдать за всю мою жизнь. Как ты это сделал?

– Этот камень упал с неба по воле Джа, – сказал Дейкстра. – Таково свойство этого камня – если сделать с ним определенные действия, он рисует в воде узор, каждый раз новый.

– Невероятная красота, – сказал рыцарь. – А почему ты не показал его сразу, как только вы прибыли к нам? Красота расслабляет разум, убирает гнев и способствует спокойным размышлениям. Если бы ты показал этот узор сразу, Муса не разозлился бы, и Роланду не пришлось бы его убивать.

– Ты прав, – сказал Дейкстра. – Нам с Роландом действительно надо было так поступить. Мы просто забыли.

Рыцарь внимательно вгляделся в лицо Дейкстры и произнес после долгой паузы:

– Сдается мне, ты не врешь. Допустим. А Роланд, по-твоему, тоже забыл? Или он нарочно так поступил?

– Нарочно? – удивленно переспросил Дейкстра. – А зачем ему было поступать так нарочно? Это же опасно, его чуть не убили…

– Чуть не считается, – заявил рыцарь. – Не убили же. Этот его меч – страшное оружие, носящий его рыцарь практически неуязвим. То, что его все-таки ранили – непредвиденная случайность, ему просто не повезло. Он рассчитывал, что такого не произойдет, и этот расчет был здравым.

До Дейкстры начало доходить.

– Так ты думаешь, он заранее все продумал? – спросил Дейкстра. – Убил вашего короля, убил мудреца, спровоцировал сражение, в котором показал всю свою силу и доблесть… А если бы Муса не стал его оскорблять, а принял по-доброму, он бы все равно начал драться?

– Нам не дано знать, что случилось бы, если бы события пошли другим путем, – сказал рыцарь. – Мы можем только предполагать. До разговора с тобой я полагал, что вы были заодно с самого начала, но слова, которые ты только что произнес, кажутся искренними. Теперь я склоняюсь к тому, что от тебя не будет вреда.

– Кто ты? – спросил Дейкстра. – Какое место ты занимаешь в племени? Ты так говоришь, как будто примеряешь на себя королевское звание.

– Меня зовут Хасан, – сказал рыцарь. – Я обычный рыцарь, я слишком молод, чтобы занимать в племени какое-то особое место. Но со временем, думаю, я стану или королем, или мудрецом. Люди говорят, что я не самый глупый в племени.

Дейкстра вспомнил, где он видел этого рыцаря – он сопровождал Сакральбара, когда тот вышел из пещеры и приказал атаковать Роланда. Видимо, Хасан – один из ближайших друзей претендента на королевское звание. Или не друзей, а конкурентов?

– Кто станет королем, если Роланд погибнет? – спросил Дейкстра. – Сакральбар или ты?

Хасан улыбнулся и ответил:

– Сакральбар, конечно. Он не слишком умен и легко впадает в гнев, но он водил рыцарей на охоту в те времена, когда я еще пищал в яйце. А что? Я уже занял какое-то место в твоих планах?

– Да какие там планы… – пробормотал Дейкстра. – Я устал строить планы. Какой смысл их строить, если все происходит не так, как хотелось? Я уже ничего не хочу, кроме покоя. Возможно, Муса был прав, возможно, нам с Роландом следовало послушаться Мусу, отдать новому племени свое семя и тихо уйти в последний путь. Я уже начал сомневаться, что мы принесем вам что-либо, кроме горя и смерти.

– Вы принесли знания, – сказал Хасан.

Дейкстра горестно взмахнул рукой и спросил:

– Да кому нужны эти знания? Нет в них ничего, кроме печали. Джа уже явил мне знак по этому поводу, просто я его не заметил. Когда мы с Роландом поднялись на небо в поисках новых знаний, мы нашли там только воду, отвердевшую от холода, и огненного червя, который потом взорвал наш вулкан. Чем больше я размышляю над этим, тем больше склоняюсь к тому, что Джа не желает, чтобы люди приобретали новые знания. Возможно, все дары неба, что получило наше племя – не испытание, как говорил Роланд, а искушение. Возможно, мы должны были отвергнуть их.

– Разве можно отвергнуть вот это? – спросил Хасан, указав рукой на узор. – Я никогда не видел ничего прекраснее.

– Великое искушение должно быть прекрасным, – сказал Дейкстра. – Иначе разве это искушение?

Некоторое время они молчали, а затем Хасан спросил:

– Чего ты хочешь, Дейкстра? Что ты собираешься делать?