"Фантастика 2024-6". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Проскурин Вадим Геннадьевич - Страница 133

В первое мгновение Роланд хотел воспротивиться, входить в пещеру – верное самоубийство, рыцари перекроют все выходы, потом из нее не выберешься. Но затем Роланд подумал, что в его положении глупо бояться опасностей, он уже, считай, мертв. В этом есть даже нечто забавное – считая себя уже мертвым, можно ничего не бояться. Надо будет потом поразмышлять над этим на досуге. Если, конечно, в остатке его жизни есть место неспешным отвлеченным размышлениям.

Они поплыли. Роланд держал Джейн за средние правые руки, Дейкстра – за средние левые. Джейн висела между ними мертвым грузом, она не могла плыть самостоятельно, ее мантия почти завершила превращение из мощного мышечного цилиндра в вялый и расслабленный мешок, наполненный зреющими яйцами.

Они вошли в пещеру. Джейн шла впереди, Роланд следовал за ней, Дейкстра замыкал шествие. Они вошли в пленочный склад, Джейн осталась у входа, а Дейкстра и Роланд прошли внутрь. Дейкстра отделил пленочный квадрат от рулона, Роланд глубоко вдохнул и приготовился испытать боль. И боль пришла.

8

Прошло немного времени, и к Роланду вернулось сознание, он перестал метаться по пещере, оглашая ее жуткими воплями. Тогда Дейкстра сказал, обращаясь к Джейн:

– Сядь на пороге и никого не впускай, пока я не вернусь.

– Хорошо, Дейкстра, – ответила Джейн. – Я сделаю так, как ты говоришь. Но поторопись, потому что священный сон скоро снова одолеет меня.

Дейкстра тоже хотел произнести какие-то красивые слова, подобающие случаю, но не нашел подходящих слов. Он просто вышел.

Он шел по коридору пещеры к выходу и думал, что теперь делать. Он понимал, что ничего не понимает. События последнего часа были совершенно невероятны, ничего подобного не упоминалось ни в каких преданиях. Расскажи Дейкстре кто-нибудь, что единственный герой сможет бросить вызов целому племени, убить нескольких рыцарей и после этого оставаться в живых целый час… Нет, это нелепо. И тем более нелепо ломать себе голову, размышляя о том, как позволить этому герою прожить еще один час. А потом еще один час, и еще…

Внезапная мысль поразила Дейкстру так, что его сердце пропустило один удар. А зачем, собственно, он собирается сохранять Роланду жизнь? В благодарность за спасение от извержения? Так за это надо благодарить не Роланда, а Зорьку. Потому что герои не должны умирать? А почему, собственно, они не должны умирать? Все люди рано или поздно умирают, герои не являются исключением. Потому что Роланд станет хорошим королем? А станет ли он хорошим королем? Можно ли считать хорошим королем человека, убивающего других людей, потому что ему не нравятся их слова? Будут ли рыцари гордиться им и радостно следовать за ним? Вряд ли. Они будут подчиняться ему только из страха перед ужасным мечом, и Роланду придется обнажать его регулярно, чтобы поддерживать в них этот страх. Таким, как Роланд, место в героических преданиях, но не во главе охоты и не на почетном месте в пиршественном зале пещеры. Приятно мечтать о том, чтобы оказаться рядом с героем, посмотреть собственной антенной на его подвиги, послушать его героические речи… Но жить рядом с ним не в мечтах, а в реальности совсем не так приятно, как кажется.

В коридоре появился молодой рыцарь, тот самый, который помог Дейкстре оказать почести бывшему королю этого племени. Его, кажется, Ахмедом зовут, рыцаря этого. Да, точно, Ахмед.

Дейкстра прошел мимо, вышел наружу, оттолкнулся от скалы и поплыл. Он чувствовал на себе вопрошающий взгляд Ахмеда, и еще пять-семь других вопрошающих взглядов, но Дейкстра сделал вид, что погружен в размышления и ничего не замечает. Он не знал, что говорить и что делать, он плыл куда антенна глядит, он понимал, что надо собраться с мыслями и что-то решить, но так же ясно он понимал, что ничего решить не сможет. Вот если бы Джа подал какой-нибудь знак…

Неожиданный вихрь подхватил Дейкстру и повлек вниз. Нет, не вихрь, а нисходящее течение, странно, что Дейкстра не заметил его до того, как вплыл в его воды. Может, это и есть знак? Нет, ерунда. Только несмышленным юнцам всюду мерещатся знаки и приметы, мудрец же понимает, что в мире гораздо меньше необъяснимого, чем кажется неискушенным умам. Но если все равно куда плыть, почему бы не поплыть вниз, как бы поверив, что это течение – знак, предоставленный Джа в ответ на невысказанную просьбу мудреца. Пусть мудрец как бы повинуется воле Джа, выраженной посредством этого знака. Дейкстра поплыл вниз.

Через минуту с его антенны сорвался возглас непроизвольного удивления. Далеко внизу, посреди травоедских полей лучился и переливался невыразимо прекрасный узор небесного камня. Как только Дейкстра мог забыть об этих камнях! Надо было не упражняться в красноречии перед толпой рыцарей, а взять один камень, включить его и пусть народ восхищается. А потом сказать им что-нибудь типа того, что Джа лично благословил, вручил этот камень как доказательство избранности… Вряд ли нашлось бы много рыцарей, способных начать бой сразу после просмотра узоров небесного камня. Эти узоры расслабляют разум, наполняют его таким тихим и спокойным восхищением… В конце концов, на них самому приятно посмотреть, так почему бы не воспользоваться случаем прямо сейчас?

Дейкстра повернулся и резким толчком мантии вышел из нисходящего течения. Развернулся лицом вверх, напряг мантийные мышцы, но так и не сделал толчка, который должен был направить его движение вверх. Дейкстра задумался.

Стоит ли торопиться, вот в чем вопрос. Представим себе, что мудрец погрузился в долгие размышления о судьбах бытия и забыл о времени. Священный сон одолел леди Джейн, утомленный Роланд тоже уснул. Повинуясь приказу Сакральбара, рыцари вошли в комнату, убили спящего Роланда и забрали его семя. А потом вдруг появился пришлый мудрец Дейкстра, явил чудесный узор и провозглсил волю Джа – отныне королем будет мудрец Дейкстра.

Но нужно ли ему становиться королем? Да, Дуайт объявил своим законным преемником его, а не Роланда, но это было еще до извержения, в другом племени. Здесь выбор Дуайта не имеет никакого значения. Кроме того, антенной Дуайта говорил не его мозг, а его обида. Будь Дуайт в тот момент не так расстроен, он сделал бы другой выбор, это совершенно очевидно. Дейкстра слишком близорук, чтобы вести охоту, и слишком слаб, чтобы легко ставить на место тех, кто проявляет недостаточно уважения к королю. Конечно, сила разума – тоже сила, но достаточно ли ее, чтобы встать во главе народа? Дейкстра достоин королевского звания, это несомненно, но нужно ли оно ему? Это, конечно, большой почет, каждый знает, что за всю историю человечества лишь один Карлайл одновременно носил звание короля и звание мудреца. Так говорят сейчас, но будущие поколения будут говорить, что такого добились двое – Карлайл и Дейкстра. Приятно.

Узор выбросил из себя восхитительную плоскую спираль, Дейкстра невольно залюбовался ею. Спираль отвлекла его от размышлений, и он понял, что, во-первых, сам того не заметив, развернулся головой вниз и любуется узором, а во-вторых, размышляет он о сущей ерунде. Кто достоин стать королем, кто не достоин… Можно подумать, это сейчас самая важная тема для размышлений. Еще вчера он мечтал только о том, чтобы Зорька не ошиблась, чтобы в конечной точке их пути действительно нашлась местность, пригодная для обитания, и чтобы ее жители не убили их при первой же встрече. Пригодная местность нашлась, их пока не убили, и старый рыцарь Дейкстра, именующий себя мудрецом, стал мечтать о том, как бы снискать побольше славы. И чем, спрашивается, мудрый Дейкстра отличается от безрассудного Роланда? Мудрец на то и мудрец, чтобы думать не о том, чего хочется, а о том, что правильно. А правильно сейчас прекратить вражду между Сакральбаром и Роландом, любым способом прекратить. Вот это и будет истинной мудростью. Дейкстра поднимется на вершину скалы, откроет сумку с небесными дарами, извлечет из нее нужный камень и явит чудесный узор. А потом Дейкстра произнесет речь, и пусть будет что будет. Пусть Джа решает, достоин ли Роланд жить дальше.