"Фантастика 2023-201. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Семенов Павел - Страница 1349

Судя по всему, они пытались выбежать из нее, спастись, укрыться где-то, но тщетно — осколки достали их.

Ближе всех, буквально через дорогу, лежала белокурая, коротко стриженная девушка в медицинском халатике. По ее волосам цвета платины расползалось багровое пятно, и на спине тоже виднелось несколько следов от попаданий осколков.

Она была мертва. Как и все остальные, скорее всего, кто был на парковке.

И, несмотря на то, что она лежала навзничь, и я отсюда не мог видеть ее лица, я почему-то подозревал, что знаю ее. Даже не так. Я точно её знал.

Чувствуя, как все бушевавшие до этого момента внутри меня чувства моментально замерзли, застыли во льду полного безучастия, абсолютного спокойствия, какое достижимо только в состоянии бесконечной ярости, я чеканными шагами пересек дорогу, присел рядом с девушкой и аккуратно, словно она все еще была жива, а я мог ей навредить, перевернул ее лицом вверх. Красивым лицом с точеным подбородком и огромными голубыми, сейчас мертвенно-мутными, глазами.

Так я и думал.

Это была Джулин.

Глава 19

Мне нечем было помочь Джулин.

Даже магия не всесильна, ведь и она не способна оживлять мертвых. Умирающих — да, но не тех, кто уже ушел на другую сторону линии жизни. Им не поможет уже никто и ничто.

Джулин была первой в этом мире, кто отнесся ко мне не как к восставшему из гроба чудовищу, не как к объекту важных научных экспериментов, даже не как к пациенту — а как к человеку.

Она помогала мне в тех вопросах, которые явно не входили в ее служебные обязанности, причем делала это даже не без удовольствия. Как и многое другое, кстати, что тем более не входило в ее обязанности.

Да, у меня не было на нее серьезных планов, да и у нее на меня, похоже, тоже, раз она так же легко отпустила меня, как я — ее, но все равно что-то нас связывало. Пусть даже это были всего лишь несколько дней, но это было хорошие и приятные несколько дней. В этом мире мало людей, с которыми я проводил столько же хороших дней.

И сегодня их стало еще меньше.

Все, что я мог сделать для Джулин — это аккуратно перевернуть ее на спину, поднять на руки и сделать несколько шагов по дороге, снова пересекая ее, уже в обратном направлении — туда, откуда я приехал.

Там, через дорогу от разрушенной больницы, щерился разбитыми витринами небольшой магазинчик, внутри которого все было повалено и порушено. Но это неважно — главное, что сам он уцелел. У него остались стоять стены, а, значит, даже если сюда снова полетят снаряды, они не смогут навредить Джулин второй раз.

Я забрался через разбитую витрину и аккуратно положил бездыханное тело между стеной и прилавком магазина — так, чтобы она оказалась защищена со всех сторон. Для этого пришлось отбросить ногой упавший со стойки кассовый аппарат, и он, дребезжа, покатился по полу, теряя из раскрывшихся ящичков монетки и купюры.

Я положил Джулин прямо на них и присел рядом. Протянул руку и положил ладонь ей на глаза, закрывая их, как будто маской. Через несколько секунд веки девушки от тепла руки нагрелись и я медленно повел рукой вниз, закрывая ее глаза.

— Я скоро вернусь, — тихо сказал я непонятно кому, просто потому что чувствовал, что надо что-то сказать.

Поднялся на ноги, нашел среди поваленных и поломанных манекенов какой-то отрез ткани почище, накрыл Джулин и вышел из магазина обратно на улицу.

Мертвым уже не помочь…

А вот живым, которые, вероятно, ещё оставались в обваленной больнице — вполне возможно.

Подходя к больнице, я не торопясь плел нужное плетение, и, когда закончил — топнул на очередном шаге особенно сильно, распространяя вокруг себя волну зеленой маны не через руки, а через ноги. Почти так же, как делал это, когда в одиночку атаковал троттлистов в Гремучих Варах.

Да и плетение было то же самое.

Только сейчас — несколько раз мощнее. Настолько мощное, что зеленая волна достигла даже развалин больницы и захлестнула их, как настоящая волна.

Но это только так казалось, что мана прошла поверху и на этом все закончилось. На самом деле, она и снизу тоже просочилась под завалы, и в промежутки между обломками затекла… Говоря проще — она оказалась везде, добралась до самых глубоких и скрытых мест.

И в глубине каменных завалов пробились трепещущие красные точки бьющихся сердец. Они были полупрозрачными, а где-то вообще едва виднелись, настолько глубоко находился заваленный выживший, но они были. И их было не так уж мало. Как минимум два десятка.

И, как это ни странно, ближайший находился совсем рядом.

В одном из тел, которые лежали перед больницей, едва заметно подергивалось угасающее сердце. Человек был еще жив, но уже одной ногой — по ту сторону границы. Ничего удивительного, учитывая, какая лужа крови под ним растекалась — он наверняка находился если не в последней стадии геморрагического шока, то очень близко к ней.

С него я и начал.

Присел рядом, положил руку на спину в район сердца (раненый лежал навзничь, как и все остальные) и влил в его тело приличную порцию зеленой маны, заполняя ею сердце пострадавшего.

Оттуда, по сосудам, идущим абсолютно по всему телу, мана растечется сама собой — и уйдет на это лишь несколько секунд. Если за это время человек не умрет, то мана примется за дело, закрывая открытые раны и восстанавливая поврежденные ткани.

Это не будет быстро, даже напротив — это будет очень и очень долго, я ведь весьма далек от целительства и не умею, как маги-врачеватели сращивать кости за час.

Все, что я могу — это провести вот такое полукустарное лечение, по сути лишь подстегивая собственную регенерацию организма и помогая ей в тех случаях, когда она бессильна… Но, по крайней мере, после того, как я это сделаю, можно быть уверенным — этот человек уже не умрет. Не сейчас, по крайней мере.

Потратив семь секунд на помощь раненому, я не выдержал и обернулся, еще раз посмотрев на магазин, в котором укрыл Джулин. Я знал, что ничего там не увижу, но не обернуться просто не мог — это было бы нечестно, не дать ей шанса…

Конечно же, сквозь стену магазина я не разглядел бьющегося сердца. Да и не могло этого случиться.

Мимо меня проскользила граница защитного барьера Ванессы, и я вторично почувствовал ощущение лопающегося мыльного пузыря, только в этот раз я из него не вылез, а наоборот — влез.

Барьер уже набрал приличную скорость и двигался примерно наравне с бегущим человеком. Буквально несколько секунд — и он пересек всю парковку, и поглотил больницу, заключая и ее тоже в непроницаемый купол.

Вот и отлично. Теперь можно не волноваться, что я попаду под обстрел, когда буду помогать погребенным под завалами.

Жаль только, что купол не оказался здесь раньше…

Винить Ванессу в этом я даже не думал — совершенно очевидно, что она тут не при чем, она и так в прямом смысле этого слова из кожи вон вылезла, чтобы защитить город и всех, кого только возможно, и единственное, что ей можно сказать — это «Спасибо», причем тысячу раз, и то мало будет…

Но все равно грустно от того, что она опоздала буквально на каких-то пять-десять минут.

Зато хотя бы теперь можно не волноваться о том, что тех, кого я удержал от падения на самой границе жизни и смерти, добьет шальным осколком.

Влив еще порцию красной маны в асфальт под раненым, чтобы он разогрелся, и не вытягивал тепло из человека, я поднялся и направился к завалам, на ходу сплетая каждой рукой по плетению.

Два разных плетения. Для двух разных целей.

Старение ударило по огромному блоку, который раньше был козырьком входной группы, и превратило бетон в мелкую тонкую пыль. Она даже не успела просыпаться вниз — ее подхватило и сдуло прочь легким ветром, оставив только гнутую и рваную арматуру.

С ней я разобрался Магнетизмом, центр которого расположил в самой середине объема бывшего блока.

Маны в заклинание было вложено так много, что толстые железные прутья не просто слиплись воедино, они натурально скомкались в один плотный шарик с торчащими из него кое-где шипами, и шарик этот, упав на обломки, скатился с них и остановился где-то у меня за спиной, на парковке.