Синдзи-кун и его попытка прожить обычную жизнь - Абанов Виталий - Страница 69

Майко – боец ближнего боя, когда она входит в режим «Майко, крушить!», она усиливает не только мышцы, она ускоряет восприятие, она фактически дублирует кровеносную и нервную системы, у нее два сердца и увеличенный в три раза объём легких. Поэтому попадание в нее даже пули из винтовки не убьет ее на месте. Она уязвима для дистанционных атак, поэтому ее задача – на максимальной скорости сблизиться с противником и навязать ближний бой. И оторвать ему все выступающие части тела, да. Наверное, она может отрастить когти – для увеличения поражающего фактора… ах, да, это же оборотни могут. Или все же?

Мое место в команде? Я не быстрый, не сильный и, как выяснилось – еще и не умный. Я – человек-аптечка. И это круто, не всем в передней линии когтями махать. Зато мое наличие в команде практически гарантирует возвращение с задания в относительно целом виде. Живыми по крайней мере. Границы и пределы своей способности в этом плане мы пока не проверяли и, если честно, то и не хочется. Больно и страшно. Да, я не только аптечка, но еще и бурст, кровушка дает плюс в карму (не проверенная информация), нехило так взбадривает и вставляет. Майко под шотом и Майко без шота – две большие разницы. Вон, в прошлый раз после того, как я ее за… хм, верхнюю область бедра полапал, так она этих местных героев в доли секунды раскидала, да. Акира говорит, что без моего бурста хрен бы она их вывезла, выхватила бы на орехи. Хотя, говорит Акира, тактику Майко выбрала верную.

– Файтин! – поднимает Майко кулак вверх. – У тебя еще две попытки есть.

– В смысле? – на этот раз прищуриваю глаза и прижимаю пальцы к вискам, устремив взгляд на бутылку, словно мистер Бласто, выжигающий мозги. Ничего.

– Может, бутылка тяжелая слишком. Может, там надо, не знаю, коробок спичечный поставить. Ну или карты игральные… – говорю я, чувствуя себя крайне глупо.

– Ладно. – Акира хлопает в ладоши. – Понятно, что не получается пока. Но у тебя это получалось, значит, можешь повторить.

– Угу. – кивнул я. Лишний козырь в рукаве никогда не помешает. Кроме того, я так и не изучил свою способность как следует. Все что я знаю на этот день – что у меня могут отрасти руки, что переломанные кости срастаются практически сразу, что я могу выдержать несколько выстрелов в упор из пистолета. Двести двадцать восьмой – это как минимум девять на девятнадцать парабеллум. Кроме того, после определенного предела я перестаю чувствовать боль, или это просто был шок?

Но до этого предела доходить очень неохота – больно. Да и еще кое-что – похоже, я могу управлять степенью и скоростью заживления. Например, порез на руке, для того, чтобы исцелять товарищей по команде – он же не затягивался до тех пор, пока я о нем не забыл. А пока он был мне нужен – он и не думал заживать, хотя у меня было опасение, что придется полосовать себя раз за разом. Много неизвестных, а с учетом нашего положения, невежество – это роскошь, которую я не могу себе позволить. Или, как сказал бы старикан Джиро – Феникс Удачи не садится в руку глупца. Вот.

– Думаю, что на сегодня хватит, – сказала Майко, – мне еще мебель в кухню купить надо. И старую выкинуть, которую вы мне разгромили на хрен.

– Мебель ты себе сама разбомбила. Думать надо сперва, а потом крушить, – буркнула Акира, смотря в сторону.

– Дамы! Леди! Прекрасные принцессы моего сердца! – воздел я руки вверх, напоминая себе жреца древнего племени, камлающего на скорый дождь, хороший сезон охоты и сиськастых амазонок. – Мы же договаривались! Договаривались?

– Хм… – сказала Майко, сложив руки на груди.

– Пф… – фыркнула Акира.

– Надо напомнить, о чем мы договорились? – и я начал вспоминать, как мы посидели на кухне у Майко.

Флэшбэк

– Успокойся! Да успокойся уже ты! – мы с Читосе изо всех сил пытаемся удерживать Акиру, которая бьется в наших руках, вырываясь.

– Да я ей! Дура ты, Майко, и за языком не следишь! – Акира обмякла и опустила руки вниз. – Хорошо, я спокойна. Но ты – ты в своем уме, вообще?!

– А что я? Ты ж сама этого хочешь, я же вижу, – пожала плечами Майко, даже не сдвинувшаяся с места, пока Акира пыталась выцарапать ей глаза, – чего скрывать-то?

– Вот именно в этом, между прочим, и есть разница между цивилизованным человеком и варваром – и тот и другой справляют нужду, но только варвар делает это на всеобщее обозрение, – выдала тираду Акира. – Но ты в своем уме?!

– Да что я такого сказала-то?! Старикан хочет нас всех грохнуть – давайте грохнем его первым! Это ж… как ты там сказал, Син? Логично.

– Этот старикан, между прочим, тебя из дерьма поднял, ты вообще помнишь, кто ты была и чем зарабатывала, пока к нему не прибилась? Напомнить?!

– Да ты сама говорила, что он нас хочет замочить! Ты сама треплешься своим языком, Зажигалка!

– Я сказала – следи за губами, Майко! Я сказала – возможно, не будет нуждаться в нашем существовании, Майко. И это не значит, что его нужно убивать, это значит, что нам нужно просто стать ему нужными. Такими, чтобы и мысли такой не было. Надо быть нужными! Надо быть полезными! Надо быть… не такой, как ты! Из-за тебя, кстати, нас и грохнут, вот из-за таких вот мыслей! Грохнем старикана! Я в деле! – передразнила Акира, пытаясь изобразить голос Майко.

– Ты на меня не ори! – встала с места Майко и набычилась.

Я прикинул, что меня и Читосе удержать Майко не хватит. Она нас всех тут может в узел завязать, разве что я развяжусь потом, ну так завяжет еще разок, за ней не заржавеет. Пора брать дело в свои руки, иначе мы тут друг друга раньше поубиваем, чем все остальные до нас доберутся.

– Дамы! Леди! – поднял руки я. – Стоп! Пожалуйста, остановитесь.

– Син! Помолчи! – рявкнула Майко.

– Заткнись, пожалуйста! – синхронно отозвалась Акира. Ну, по крайней мере, в чем-то они согласны, подумал я.

– Не заткнусь. Я достаточно слушал.

– Син, помолчи! – снова Майко.

Акира молчит, закрыла глаза, выдыхает. Есть у нее какая-то дыхательная техника, умеет она успокоиться в нужный момент. Надо бы научиться, думаю я мимоходом. Встаю. Расправляю свои невеликие пока плечи. Поднимаю голову и смотрю Майко прямо в глаза.

– А если не буду молчать, то что?

– То я тебе руку оторву и ей же под стол забью! – сужает глаза Майко. Страшновато, конечно. Если бы я не знал Майко, не видел ее в деле, я бы мог испытывать иллюзии, что смогу что-то сделать. Но я знаю Майко. Я видел ее в деле. Она неостановима. По крайней мере мне не остановить ее. Я не умею ставить водяные ловушки, не умею изрыгать огонь из кончиков пальцев, не умею замораживать людей. Но это не значит, что сейчас я могу отступить. К сожалению – нет.

– Майко, – говорю я, сокращая дистанцию между нами, – я тебя люблю. Ты – классная, смелая, у тебя большое сердце и ты заботишься о своих друзьях. Думаю, что будь я постарше, я бы обязательно сделал тебе предложение. Но иногда, Майко, иногда мне хочется взять тебя за голову и вбить в тебя то, что ты на самом деле не «Майко, крушить!», что не все окружающие тебя люди хотят тебя прогнуть и унизить, что для работы в команде и даже просто дружбы надо уважать тех людей, которые рядом с тобой.

– Да ну? – наклоняет голову набок Майко, беря меня в фокус своих глаз. – И что же ты сделаешь, Син-кун?

– Обычно я не бью девушек, Майко-чан, – грустно говорю я, – обычно. Но ты – особый случай. Боюсь, что мне придется вколотить это в тебя.

– Что?! – глаза у Майко расширяются. Комично, да. Как будто котенок пришел угрожать тигру. Она улыбается.

– А давай, Синдзи-кун. Попробуй. Я даже тебе фору дам. Первый удар. Ну?

– Спасибо, Майко-чан, я этого не забуду.

Мы стоим друг напротив друга и смотрим друг другу прямо в глаза. Майко в бешенстве, ее ноздри раздуваются. Я медленно поднимаю руку и прикасаюсь к ее лицу, даже не ударяя – обозначая пощёчину. Бамц! Мир потемнел и на мгновение исчез, вспыхнув болью в груди! Я открыл глаза и обнаружил себя на полу, лежащим в обломках какой-то мебели. Надо мной стояла Майко, сжимая кулаки. Я посмотрел вниз. Рубашка порвана. Кровоподтек.