Кель'Дорей, эльф из мира Warcraft (СИ) - Хорошко Евгений Алексеевич - Страница 71

— Фух, — облегчённо выдохнул молодой двоф, снимая с головы тряпичную шапку, и начиная обмахивать ею себе лицо. — А то я уж, было, представил себе гоблина на пороховой бочке, чуть удар не хватил.

— Меня тоже, — фыркнул ремесленник. — Такой уж они народец. И ведь вроде все понимают, что не стоит прикуривать, сидя на бочке с порохом. Но если дворфы понимают и никуда не лезут, то гоблины, эгхм, сразу же достают сигару и спички. Им как намазано, честное слово.

— Спаси меня камень, — позеленел Лидл. — Может, поставить ещё дополнительные замки на двери?! Так, на всякий случай?

По лицу старого мастера вдруг пробежала тень. Он вздохнул, разглядывая ученика.

— Странностей куда больше, Лидл, чем может показаться на первый взгляд, — обронил он. — Потому что я правда видел гоблина, прикуривающего, сидя на пороховой бочке. Все мыслимые правила техники безопасности он нарушил прямо у меня на глазах. Я думал, что всё к демонам взорвётся! Но чудесным образом, я остался жив. Это была какая-то мистика, после которой начинаешь чуточку лучше понимать гоблинские верования и культуру.

— Ты хочешь сказать, что так они ведут отбор на самого везучего зелёного мерзавца? — вдруг понял молодой дворф, и засмеялся. — Удачи не существует, учитель.

— С точки зрения гоблинов — совсем напротив, — вздохнул ремесленник. — Удача — краеугольный камень их верований. И боюсь, глядя на некоторых из гоблинов, я и сам начинаю видеть в этом зерно истины.

— Не может быть.

— Если гоблин колупается в бомбе и уверенно говорит тебе: «Не бахнет!» — скорее всего, таки, не бахнет, — возразил ремесленник, и задумчиво обронил. — Некоторые из гоблинов годами выполняют работу, на которой и менее безалаберный разумный мог бы погибнуть в считанные недели от несчастного случая. Как тебе, Лидл, гоблин-сапёр, который двадцать лет подряд обезвреживал и ставил мины, мастерил взрывчатку в полевых условиях, и за всё это время — не был даже ни разу контужен? Не остался без глаза. Не потерял ни единого пальца. Участник Второй войны, на минутку.

— Это... простой удачей не объяснить, мастер, — молодой дворф вытянулся лицом.

— А уж те гоблины, которых они называют «магженерами» или «торговыми принцами», — не обращая внимания на удивление ученика, продолжил пожилой двоф. — Они вообще иногда кажутся сверхъестественными существами. Словно их окружает некий ореол удачи, благодаря которому случаются совершенно несуразные, невероятные вещи — всегда к вящей их выгоде. Иногда даже сам гадаешь — твой ли был это поступок, или тебя просто «подхватило» и понесло гоблинской удачей в неведомом направлении?

— Всё возможно, — вздохнул молодой дворф. — Мастер, пойдём уже? Там бурильную машину закончили охлаждать, наверное.

— Сейчас такой рёв поднимется, только держись! — хохотнул ремесленник.

Где-то чуть дальше, под каменными сводами звучали тяжёлые шаги другого дворфа. Подбитые гвоздями подошвы поднимали серую пыль, которая забивалась подгорным жителям в нос, и оседала на окладистых бородах. Дворф вошёл в кабину, обитую материалами, зачарованными на поглощение шума и вибраций. Он с нескрываемым удовлетворением разглядывал пробуренный в горе проход, сквозь который можно было провести пять запряжённых повозок в ряд. Крепкие, мозолистые ладони коснулись рычага.

— Продолжаем бурить! — громогласно объявил он, и потянул рычаг на себя.

Огромный бур взревел, словно взбешённый дракон. Алмазное сверло вгрызлось неподатливый камень, и горы содрогнулись до основания. Во все стороны полетели осколки скал и мельчайшая каменная крошка, что как шрапнель, застучала по стальным бокам исполинской машины.

— Таким ходом, мы до самой долины Лок Модан за полгода пробуримся, — воодушевлённо заявил дворф-чернорабочий, который, не отрываясь от работы, грузил в тележку каменный шлак лопатой. — Можно будет сгонять к бабуле в Талсамар на выходные! Она у меня в деревне живёт.

— Хх-а, — сплюнул другой дворф, пытаясь избавиться от назойливой пыли, забившейся в горло. — Моё слово попомни, парень: тоннель через Талсамар пройдёт, разве что, по пути. Этот тоннель проплатили зелёные коротышки, и даже бурильную машину это они нам дали. Грят, будут строить в долине Лок Модан огромный город. Уже и землю в аренду взяли, аж на целых сто лет вперёд!

— Да ну!? — не поверил дворф.

— А то, — подтвердил хмурый рабочий. — Магни Бронзобород, демона лысого, совсем не понимает, чего подписывает. Сейчас же сюда слетятся полчища гоблинов! Ладно, что они в Лордероне все леса подчистую срубают, до людей мне, как бы, дела особого нет. Но озеро Лок они нам засрут, как пить дать!

— Мда, — пробурчал другой дворф. — Так чего же Магни им всё позволяет!?

— Дык, они же, как его... занесли деньжат кому надо — в ремесленных, торговых Гильдиях всяких. Те и рады стараться, обивают теперь королю пороги — ну а Магни Бронзобороду своим подданным отказывать, как бы, и не с руки выходит, — развёл ладонями дворф. — Такие дела.

— Дела, — согласился молодой дворф.

— Ты не подумай, я не против гоблинов, как таковых, — забухтел его собеседник. — Но раз собрались жить на нашей земле, то никакого самоуправства! Пусть принимают подданство Стальгорна, изучают обычаи дворфов и наш язык! Глядишь, во втором поколении они и станут, как мы, приличными... эгм... — он запнулся, вдруг задумавшись над своими словами.

— Дворфами? — молодой рабочий продолжил за него, и захохотал. — Ещё скажи, они кожей побелеют под нашим солнцем, ха-ха-ха, и бороды окладистые отрастят. Ёлки зелёные, ну ты и рассмешил.

— Достаточно и того, что с нами уже гномы живут, — заворчал другой дворф. — Такие же сумасшедшие. Подорвали магическими экспериментами себе город, так Магни их приютил. Теперь гоблины ещё подъехали, ну, е... твою драконскую мать. Было же нормальное подгорное королевство на моей памяти! Теперь, куда не плюнь, патруль на вертокрылах — летить, значит, гудить. Какой-то зелёный гад справляет нужду с дирижабля тебе за шиворот. Говорят, скоро вообще боевые топоры на огнестрел заменят. Ещё совсем недавно такого не было!

— Бардак! — согласились с ним остальные.

***

— Во имя Света, дорогая гостья... вы — самый изысканный и яркий цветок, который когда-либо посещал наш Стальгорн, — Магни Бронзобород уже полминуты лобызал робко протянутую ручку эльфийки и смотрел на неё, как король дворфов — на знатную заложницу из Кель-Таласа. — Вы знаете, я ведь встречался с вашим благородным отцом, мудрым Ванделлором. Никогда не думал, что однажды мне выпадет честь принимать у себя его прекрасную дочь. Для вас уже приготовлены покои в моём дворце.

— Спасибо, Ваше Величество, за ваше подлинно королевское радушие, и комплименты. Я буду любой ценой стараться не злоупотребить вашим гостеприимством, — лицо Лиадрин выражало улыбку, но в голубых глазах то и дело мелькала озадаченность, приятное удивление, в некотором роде. Настолько гостеприимный приём застал её врасплох. Похоже, до сих пор никто не оказывал подобных почестей лично ей.

Оно и неудивительно, впрочем, ведь дочь Верховного жреца — не должность. Хотя последнее ничуть не мешало Магни обрабатывать эльфийку королевской харизмой.

— Пустое, — возмутился дворф, взлохматив аккуратно подстриженную, красную бороду. — Ваше присутствие, прекрасная Лиадрин, и само по себе награда. Оставайтесь с нами, сколько пожелаете. Что до связи с вашими родными в Кель-Таласе, то без вестей они не останутся. Мы немедленно сообщим о вашем прибытии по своим каналам. Посольства вашего королевства у нас, к сожалению, нет, но есть магические способы общения, спасибо нашим братьям, учёным гномам.

— Я буду вам очень признательна, Ваше Величество, — произнесла молодая эльфийка, поклонившись собеседнику. — Боюсь, мои родные уже сбились в поисках. Если бы не ваш придворный маг, Мэвниар... — она вдруг ахнула, и коснулась правой рукой сердца. — Меня съели бы тролли!

Я почувствовал, как лезут у меня глаза на лоб, острые уши непроизвольно стают торчком, а челюсть пытается покинуть законное место. Лишь опыт службы в церемониальном полку позволил сохранить каменное выражение лица, когда эльфийка вдруг, ни с того, ни с сего, начала во всеуслышание сочинять про меня легенду, достойную придворного трубадура. Тут было всё — и мой водяной элементаль, вырывающий Лиадрин из рук троллей, и битва с целым полчищем врагов над её беззащитным телом, и долгая схватка со свирепым шаманом, по итогам которой от крепости(!) супостата осталось лишь пепелище.