Злобный рыцарь (СИ) - Барышева Мария Александровна - Страница 107

Черт возьми, я не хочу умирать!

- Анька, на пол! - крикнул он - и еще не успел договорить, как Аня и сама рухнула вниз, на колени, съежившись перед холодильником, точно собираясь свернуться клубочком. И одновременно с этим Костя выхватил трофейный пластмассовый меч, столь смешной в прежнем мире, и всадил его Марату в правый глаз. И видимо в этот раз было достаточно и злости, и желания выжить, и желания сохранить своего флинта. Марат, сощурившись, сердито потер глаз, на мгновение отвлекшись от конечной цели своего перемещения, тут на его спине осторожно повис охранник, пытаясь словить машущую ножом руку, Марат качнулся вперед и, наткнувшись на съежившегося оператора, рухнул головой вниз в распахнутый зев холодильника, исчезнув в нем почти до талии, и сразу же начал издавать громкие болезненные вопли. Владимиру повезло больше - он свалился на отодвинутую стеклянную дверцу и уже с нее скатился на пол. Оттуда его немедленно вздернул подскочивший Тимур и толкнул обратно к машущим из холодильника ногам, давая понять, что Владимиру следует до конца выполнить свои обязанности. Аня бочком отползала по полу к кассовому столу, со скрипом скользя спиной по витринному стеклу, и Костя, держа меч наготове, отступал следом, с облегчением понимая, что серьезные боевые действия окончены, и он пока остается в живых.

- Ааааа! - орал холодильник. - Бооольно! Ыааа!.. бля...боооооольно!

Прочие флинты, отмерев, кинулись к загруженному Маратом холодильнику и принялись извлекать его наружу. Следом потащилась взлохмаченная Таня, одной рукой размазывая по лицу остатки туши, другой держась за пострадавшие ребра и жалобно причитая:

- Солнышко, что с тобой?! Маратик! Солнышко!

- Довольна, дура?! - зло спросил Костя, присаживаясь на корточки рядом со своим флинтом. - Из-за тебя нас чуть не убили! Это того стоило?! Она на тебя даже не взглянула!

Аня, зажмурившись, закрыла лицо ладонями, и Костя, отвернувшись, сел прямо на пол, привалившись спиной к витрине и глядя на спасательную операцию. Совместными усилиями Владимира и Влада не перестававший голосить Марат был извлечен из холодильника и сложен на пол. Из его правого бока, на треть погрузившись в плоть, торчал нож, который Марат вследствие падения всадил в самого себя и теперь испытывал сильный дискомфорт. Таня с истеричными воплями билась над мужем, а татарка пыталась оттащить ее в сторону и влить в нее стакан воды. Взбешенный Тимур уже куда-то звонил, Аркадий причитал над холодильником, а Гриша с виноватым испугом поглядывал на Костю, делая руками извиняющиеся жесты. Галина орала на свою правнучку, а кролики топтались по Марату, безуспешно пытаясь что-нибудь от него отгрызть. Владимир прислонился к стене, держась за ушибленную голову и безадресно ругаясь. Сквозь стекло уныло глазел маратовский хранитель, удрученно качая головой.

- Всех уволю! - злобно бормотал Тимур, пряча телефон. - Устроили мне тут!.. Вашу мать. Теперь придется закрываться! Танька, я тебе говорил, чтоб твой ушлепок тут не появлялся, говорил?! А ты, Аня, ты...

Костин флинт отнял ладони от залитого слезами лица и, не открывая глаз, хрипло произнес:

- Только попробуйте мне что-нибудь сказать!

Одновременно с ее словами Костя продемонстрировал известный жест возмущенно обернувшемуся на его флинта Аркадию, и тот потрясенно вытаращил глаза. Тимур ошарашенно запнулся, потом яростно закрутил головой по сторонам, точно пытаясь выбрать, на ком сорвать свое негодование. В этот момент дверь распахнулась, и в зал просунулась жизнерадостная веснушчатая мужская физиономия.

- О, че это тут у вас за засада?! - удивилась физиономия. - Тимур Александрович, я склад привез.

Тимур тяжело повернулся к раскрывшейся двери и сказал:

- Да пошел ты в жопу!

* * *

- Я не понимаю, - прошептала Аня и, затянувшись сигаретой, прижалась затылком к стене, - что это за любовь? Он же чуть не убил ее! А она теперь сидит с ним в больнице и отказывается писать заявление!.. Я не понимаю!

- А я не понимаю, чего ты вообще влезла! - буркнул Костя, который, зажав в зубах сигарету и вытянув ноги, сидел на полу прихожей слева от нее. - Это был самый идиотский поступок, который я когда-либо видел!.. Ну, если не считать моего собственного с тем "мазератти".

- Ухух! - сказал Гордей, сидевший справа от Ани и смачно попыхивавший короткой трубочкой. Вряд ли его интересовал предмет разговора - скорей всего, домовику просто нужна была компания.

- Он ведь и меня мог убить, - сказала Аня так потрясенно, словно осознала этот факт только сейчас.

- И меня! - сердито напомнил Костя.

- Чхах! - сказал домовик, выпуская в полумрак огромный клуб серебристого дыма.

- Что же теперь будет?

- Ничего, если будешь делать то, что я тебе велю!

- Эхех!

Аня встала и, сняв пуховик и бросив его на табуретку, пошла в кухню. Гордей тотчас вскочил и, в два прыжка обогнав ее, радостно загрохотал впереди. Костя неохотно зашагал следом. Сейчас он предпочел бы посидеть в одиночестве либо вовсе лечь спать, но после того, что случилось, ему было страшно даже на метр отходить от своего флинта. Даже покушение в автобусе напугало его гораздо меньше. Возможно, потому, что если бы его просто убили, то может, у него был бы шанс снова получить должность. Но если бы сегодня он потерял своего флинта, шансов не было бы никаких. Да, наверное дело было в этом. И еще в том, что вся его работа пошла бы прахом - работа, к которой у него наконец-то начал появляться какой-то интерес. А ведь утро так хорошо начиналось! И смотреть на своего флинта было почти приятно. Черт бы подрал этого укурка и его чокнутую жену! Теперь Ане, конечно же, не до внешнего вида - опять депрессуха и рыдания. Что теперь будет... Да собственно, все уже случилось. Конечно же Тимур уволил Таню, сделав это еще до приезда "Скорой", и теперь неизвестно, кто придет на ее место - не дай бог вторая Вика! Милиция в "Венеции" даже не появилась - видимо, Тимур утряс происшедшее по каким-то своим каналам, не желая отпугнуть покупателей. Марат пребывал в больнице, там же была и Таня, для которой сегодняшний визит любимого обернулся несколькими трещинами в ребрах и выбитым зубом, и Костя с неохотой был вынужден признать, что не вмешайся его флинт, тощая блондинка могла бы еще получить и сотрясение мозга, а то и того хуже. А в магазине теперь не будет единственного человека, который относился к Ане дружелюбно. Не будет Галины с ее пронзительным голосом и нелепыми вычурными платьями. Не будет кроличьей стаи, топочущей по залу туда-сюда...

Гордей уже сидел за столом, нетерпеливо стуча ложкой. Аня выпила стакан воды, протянула руку к дверце холодильника, но, тотчас уронив ее, сморщилась и пошла прочь. Домовик огорченно опустил ложку и начал слезать с табуретки.

- Эй! - Костя загородил дорогу своему флинту. - Ты бы поела!

Аня, не глядя, прошла сквозь него в ванную, и Костя, пожав плечами, обернулся - как раз вовремя, чтобы увидеть, как в дверце холодильника исчезают лохматые ноги домовика. Почти сразу же из холодильника донеслось удовлетворенное хлюпанье - вероятно, Гордей добрался до молока. В ванной открыли воду, и Костя, подождав немного, заглянул внутрь - его флинт, присев на бортик ванны, яростно возил полотенцем по лицу.