"Фантастика 2023-178". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Первухина Надежда Валентиновна - Страница 344

— Я постараюсь, — пробормотала я, краснея.

Было мне нестерпимо тошно. Хотелось дать пощечину себе самой. Хотя в чем я провинилась? Да ни и чем! К тому же я предупредила преступление, убийство человека!

— Теперь они изменят свои планы, — сказала я Сметанину. — Раз знают, что я все слышала.

— Вполне возможно.

— Вам, наверное, следует усилить охрану.

— Ни к чему. Если кто-то захочет со мной разделаться, он пробьется и через охрану.

— Ну да, логично.

— Почему вы не едите картофель?

— От него полнеют. Господин Сметанин, я бы не была столь беспечна в деле своей безопасности.

— А, бросьте, Вероника! Я не боюсь. Уж если мне на роду написано погибнуть от руки Лунатика или моей вздорной жены, так это и сбудется. Совершенно не стоит из-за этого отказываться от радостей жизни. Кстати, вот что.

— Да?

— Охрана потребуется вам. Вот уж кто действительно в опасности, так это вы, девочка.

— Я не девочка, я почти ведьма. Думаю, я смогу справиться с любыми угрозами. К тому же у меня есть инкуб. Он майор милиции и может защитить меня лучше всякого частного охранного предприятия.

— Ну смотрите, — шутливо погрозил пальцем Сметанин. — Вы нужны мне живой и по возможности здоровой.

— Хорошо, это я учту.

Остаток обеда мы провели в ничего не значащей беседе о погоде и природе. Наконец господин Сметанин отпустил меня. В сопровождении его племянника я оделась и спустилась к машине.

На улице уже было сумрачно и непогоже. Разгулялась метель. Бедный бурундучок, наверное, спрятался от греха подальше.

Алексей довез меня до дому и распрощался. Я вошла в подъезд. Там было темно.

— Черт! — в сердцах сказала я. — Опять лампочку разбили!

И тут же получила сильнейший удар по голове.

…Очнулась я на грязном холодном полу подъезда. Я лежала на боку, сжавшись, как побитый котенок, и инстинктивно крепко прижимала к груди шкатулку с Книгой. Слава богу, ее у меня не украли. Голова просто раскалывалась от боли, во рту пересохло, и мне казалось, что я на самом деле уже мертвая, а не живая.

— Помогите, — прошептала я.

И тут пришло счастье.

Явилось оно в форме майора Колоскова.

— Никочка! — закричал майор и поднял меня на руки, — Бедная моя! Что с тобой сделали!

— Голова, — проскулила я. — Меня ударили. Меня хотели убить.

Майор принес меня в квартиру, осторожно раздел и отправился со мной в ванную. Тут он осмотрел мой многострадальный затылок.

— Шишка, — сообщил он, — но не проломили, что само по себе хорошо. Никочка, ты не волнуйся, я обязательно найду этих подонков. А пока давай я помогу тебе вымыться.

Майор выкупал меня как младенца, виновато пряча глаза.

— Прости меня, Ника, — проговорил он, когда я, вымытая и завернутая в банный халат, возлежала на диване в гостиной. — Прости, я должен был поехать с тобой! Но я не ожидал, что на тебя нападут. Кому ты перешла дорогу?

— Госпоже Сметаниной и ее любовнику.

Я рассказала инкубу все. Он слушал, вскрикивал и хватался за сердце. Чувствительный инкуб мне попался.

После этого события ничего не было. Вернее, ничего замечательного не было. Некоторое время я провалялась в постели с жестокой простудой — я сильно переохладилась, когда битых два часа пролежала на полу выстуженного сквозняками подъезда. Толик ухаживал за мной как за ребенком. Приходили Юля и Ромул и, конечно, моя мама. Мама лечила меня антибиотиками, а Юля — травяными настойками. Так — в болезни и немощи — я встретила Рождество и проводила его. Майор сказал мне, что никакого покушения на банкира Сметанина не было. Ну это естественно! Какое уж тут покушение, если этот апаш все просчитал на несколько ходов вперед.

Кстати, от него мне прислали огромный букет хризантем и записку. В записке было всего три слова: "Скорейшего выздоровления. Отомщу". Я, конечно, поняла, что мстить Сметанин собирается не мне, а тем, кто подослал ко мне подъездного убийцу.

А тут еще Юля! Выдумала неизвестно что!

Дескать, давай мы тебя похороним!

— Здравствуйте! — сказала я. — Еще чего! Я, слава богу, жива и, как говорит Толик, дешево отделалась.

— Я тебе объясню. Хоронить мы будем, конечно, не тебя, а твоего морока. А ты с Толиком пока уедешь в Толедо или в Оро. Так мы убьем…

— Опять ты про "убьем"!

— Прости, но из песни слов не выкинешь. Так мы убьем сразу двух зайцев: ты поправишь свое здоровье на курорте в Оро или в Толедо, а тем временем твои враги успокоятся и не станут больше совершать на тебя покушений.

— "Ее звали Никита" какая-то получается.

— Ну и что? Никита — это классика. Кто сказал, что нельзя учиться у классики. Давай тихонечко предупредим всех твоих самых близких — маму там, бабу Зину, что на самом деле ты жива. А морок возьмем и похороним. И гулять в Испании!

— Заманчиво. Но как-то… страшновато. Ведь это все равно что накликать на себя смерть.

— Ничего подобного! Наоборот, дольше жить будешь. Это не накликать на себя смерть, а перехитрить ее!

Словом, Юля меня убедила пуститься в эту авантюру. Маму я предупредила, что умирать на самом деле не собираюсь, Толику сказала, что хочу с ним поехать в Толедо, и так мы провернули затею с похоронами.

Похороны моего морока были роскошные! Безутешный Сметанин взял на себя всю организацию и расходы. У "моего" гроба толпилась куча народу — как же, всем хотелось поглядеть на известную гадалку, которая скончалась "после долгой и продолжительной болезни". Мы с Юлей наблюдали за церемонией, набросив невидимость. И каково же было мое удивление, когда в числе прощающихся я увидела господина Князева и госпожу Сметанину!

Князев был, конечно, великолепен в своей енотовой шубе. Она смотрелась на нем как на пугале. И еще этот бегающий взгляд! Я тишком подвалила к Князеву и, как следует размахнувшись, залепила ему затрещину. Князев пошатнулся и побледнел. За оглядывался. Но я уже была далеко, стояла с невидимой Юлей и невидимо посмеивалась.

— Теперь у него будет нервный тик, — прошептала я Юле. — Я заклятие сказала.

— Молодец! — прошептала Юля в ответ.

Сразу после этих маскарадных похорон мы стали собирать меня в Толедо. Юля очень хотела отправиться со мной, но похоже, что она находилась в деликатном положении. Юле самой не верилось, что она беременна. Я же просила ее почаще выходить со мной на связь по кристаллу.

— Главное, — наставляла меня Юля, — представься Госпоже Ведьм. Дарья — мировая баба, с ней не пропадешь. Она тебя во дворце устроит со всеми удобствами, так что твое пребывание в Толедо будет не лишено приятности. А ты, майор, береги Нику. Может быть и так, что наши манипуляции с твоими похоронами, Ника, твоих врагов не обманули, и они еще постараются наступить тебе на хвост. Кстати, как твой хвост?

— Растет потихоньку. — Я приподняла халат и показала Юле, как именно растет мой хвост. Юля осталась довольна, но посоветовала смазывать хвост детским кремом, чтоб не шелушился от перемены климата.

Наконец, мои немудреные пожитки были собраны. Я попрощалась с мамой (бедная моя мама! Чего ей только не пришлось выдержать с такой дочерью!) и дождалась момента, когда Юля выстроит портал. Наконец радужная капсула портала засветилась в нескольких сантиметрах от моего носа.

— Ну все, прощаемся, — пробормотала Юля и порывисто обняла меня. — Смотри, не шали там в Толедо. Советую тебе побывать в музее святой Вальпурги и еще пройти курс молодой ведьмы.

— Спасибо тебе, Юленька. Просто не знаю, что бы я без тебя делала!

Мы поцеловались, Ромулу я пожала руку.

— Мы еще вернемся! — пообещал майор Колосков.

И мы с ним исчезли в вихре портала.

Само перемещение я не запомнила. Это было похоже на касание шелкового ветра, на взбитые сливки, на поцелуй младенца… Словом, на что-то сверхъестественное. Когда перемещение завершилось, мы открыли глаза.

Это была простенькая комната, оклеенная простенькими обоями. В два окна в комнату лился спокойный свет незамутненного дня. Под ногами ощущался паркет.