Суздальско-Нижегородские князья, или Последние Рюриковичи на русском троне - Лялин Вячеслав - Страница 34

25 июня 1608 года, командуя главными силами, Михаил Васильевич разбил войска Лжедмитрия II на реке Ходынке под Москвой.

Когда положение Москвы стало критическим, столицу фактически окружили мятежники, царь Василий решил опереться на шведскую помощь. В августе 1608 года царь посылает Скопина-Шуйского в Новгород «нанимать немецких людей». Для ведения переговоров со шведами князь получает звание новгородского наместника.

Прибыв в Новгород, князь Скопин отправил в Швецию своего шурина Семёна Васильевича Головина. В это время в Новгороде случился неприятный инцидент, испугавший князя Михаила Васильевича. В сентябре месяце в Пскове произошёл мятеж, горожане решили отложиться от царя и признали власть самозванца. В самом Новгороде начали происходить народные волнения. Многие горожане симпатизировали Лжедмитрию, признавая в нём законного монарха. Верных войск у Скопина было немного, и он, опасаясь расправы, тайно ушёл из города, через мельничную плотину.

С Михаилом Васильевичем, прихватив с городскую казну, бежали второй воевода Михаил Игнатьевич Татищев и дьяк Ефим Телепнёв.

Беглецы направились в Ивангород, после повернули к Орешку. Их не приняли. Вся округа уже присягнула самозванцу. Воеводы долго скитались, не имея пристанища.

Не имея возможности пробиться в Москву, отчаявшись, Михаил Скопин уже решил уйти к шведам. Но, неожиданно, всё обошлось. На Неве к нему явились новгородские послы с просьбой вернуться в Новгород, так как город, благодаря усилиям митрополита Исидора, остался верен царю Василию Шуйскому.

Вернувшись в Новгород, князь Михаил Васильевич допустил убийство разъярённой толпой своего помощника воеводы Михаила Татищева, верного сторонника партии Шуйских, обвинённого в измене.

Возможно, причиной тому было раздражение князя Скопина действиями Татищева, убедившего его бежать из города. К тому же со смертью второго воеводы горожане успокоились, и опасность народного возмущения уменьшилась, что тоже было на руку Михаилу Скопину.

Хотя это дело остается тёмным пятном на светлой биографии знаменитого полководца. После похорон Михаила Татищева, князь Михаил повелел продать имущество покойного с публичного торга. Так поступали во времена Новгородской республики с имуществом лиц осуждённых народным судом. Сам князь Скопин присвоил некоторые ценные вещи, принадлежащие Татищеву.

Действия Скопина-Шуйского в Новгороде, его поспешное бегство из города и причастность к гибели воеводы Михаила Игнатьевича Татищева, многими историками, воспевающими заслуги князя, не упоминаются, поскольку не вписывается в его во многом искусственно созданный героический образ.

Между тем, князь Скопин выполнил в Новгороде свою главную задачу. Собрал необходимые средства для оплаты иностранных наёмников, о чём в декабре 1608 года доложил в Москву.

Находившийся в Швеции Семён Головин заключил в Выборге в феврале 1609 года, столь необходимый для Москвы, договор, о предоставлении в распоряжение русского царя шведского войска.

Весной 1609 года, в Новгород прибыл шведский отряд под командованием генерала Якоба Понтуссона Делагарди и несколько тысяч разного рода наёмных солдат. В Новгород шведы вступили 30 марта и были торжественно, пушечным салютом, встречены русским командованием.

Между Скопиным и Делагарди сразу завязались дружеские отношения. Они были молоды: Делагарди было 27 лет, Скопину-Шуйскому 23 года. Оба были статно сложены, образованы, умны, амбициозны, стремились к успеху.

15 апреля Михаил Васильевич подтвердил положения Выборгского договора, выдав шведскому командованию часть причитающихся им средств. В основном оплата производилась мехами, так как наличных денег не хватало. Остальную сумму князь обещал выплатить после.

10 мая русско-шведская армия выступила из Новгорода в поход на Москву. Перед выступлением, Михаил Скопин разработал план похода. Он решил не размениваться на захват отдельных городов и крепостей, подвластных самозванцу, а сразу идти на Москву. Полагая, что после освобождения столицы, многие города и уезды, сами отпадут от Лжедмитрия и признают власть Москвы.

Ещё до общего выступления, 5 мая русско-шведский отряд под командованием воеводы Фёдора Чулкова и шведского генерала Горна разгромил мятежников у села Каменки. Были захвачены большие трофеи.

Эта, на первый взгляд незначительная, победа в одночасье изменила соотношение сил в регионе. Города Торопец, Невель, Холм, Великие Луки, Торжок, Ржев отложились от самозванца и признали власть царя.

Армия выступила из Новгорода двумя колоннами, под командованием князя Скопина-Шуйского и Якоба Делагарди. Шведы двигались медленно, вызывая досаду и постоянные нарекания Скопина. Обе колонны соединились у Твери, где им навстречу двигалась армия мятежников во главе с паном Зборовским, командовавшим поляками, и князем Шаховским, начальствовавшим над русскими.

Мятежники укрепились в Твери. Бой за город длился три дня с 11 по 13 июля. В начале штурм царских войск был отбит, но после им удалось ворваться в город. Мятежники были разбиты.

Однако, радость победы была омрачена отказом шведов продолжать поход на Москву, пока не будет уплачено жалование. Денег не было. Делагарди отошёл к Торжку, где шведские наёмники стали промышлять грабежами.

Князь Михаил не стал отчаиваться и заключил соглашение с другим шведским отрядом генерала Сомме. Царские войска стали лагерем под Колязиным.

Михаил Скопин-Шуйский времени даром не терял. Он собирал в окрестных уездах ратных людей, которые поступали в обучение к шведским инструкторам. Из монастырей в войсковую казну поступали необходимые средства. Большую помощь деньгами и людьми оказали купцы Строгановы.

В августе к Калязинскому лагерю подошло польское войско, под начальством гетмана Сапеги и пана Зборовского, ранее осаждавшее Троице-Сергиеву лавру.

Бой произошел 18 августа под Калязиным на реке Жабне, притоке Волги. Противник был разбит.

К этому времени собрав необходимые средства, князь Скопин выплатил часть жалованья шведскому войску, и санкционировал, от имени царя, передачу крепости Корелы шведам. После чего к нему 26 сентября вновь присоединился отряд Делагарди.

Армия Скопина продолжила наступление. В октябре русско-шведский отряд взял хорошо укреплённую Александровскую слободу, где после выдержал осаду польских войск гетмана князя Рожинского.

Популярность удачливого полководца росла с каждым днём, и не только среди соотечественников, но и среди врагов. Поляки и сторонники самозванца боялись вступать в сражение с армией Скопина-Шуйского. Под напором верных царскому правительству войск мятежники 12 января 1610 года отказались от осады Троице-Сергиевой лавры.

Сокрушительное поражение мятежникам было нанесено Скопиным в феврале 1610 года под Дмитровом. Тушинский лагерь самозванца распался. Москва была освобождена от осады. В столицу начало регулярно поступать продовольствие, голод закончился.

Михаил Скопин-Шуйский 12 марта 1610 года въехал в Москву верхом на коне рядом с Якобом Делагарди. Освободителя столицы горожане встречали с большими почестями. Масса народа вышла приветствовать князя Михаила за город, многие падали на колени, крестились. Бояре встречали героев хлебом-солью. Приветствовал князя Скопина царь Василий Шуйский, при всём народе со слезами обнимал и целовал его.

В Москве по случаю освобождения начались праздничные пиры. Москвичи приглашали шведов в свои дома и угощали их. Всюду в центре всеобщего внимания был освободитель Москвы Михаил Васильевич Скопин-Шуйский.

12 апреля боярин князь Иван Михайлович Воротынский, женатый на родной сестре царицы, пригласил князя Михаила Васильевича крестить своего младенца Алексея. На крестинах были многие знатные лица, князья и бояре.

Во время пира Михаилу Васильевичу сделалось плохо. Но, князь нашёл в себе силы добраться до дома. К нему был вызван иноземный лекарь. Лечение не помогло, и 23 апреля князь Михаил Васильевич скончался на руках своей матери и жены.