Конфедерат. Ветер с юга. Рождение нации - Поляков Владимир "Цепеш" - Страница 214

– Он осознаёт, что монархия будет конституционной.

– Это само собой. Но лица, которые имеют реальную власть в Конфедерации, потому и решили менять форму государственного устройства, что не хотят лишиться власти в результате, прошу прощения за это слово, всенародных выборов. Нужны весомые гарантии.

– Милость государя, взошедшего на престол…

И многозначительная пауза. Дескать, вдруг представитель второй договаривающейся стороны такой болван, что купится на это.

– Князь, мы же с вами умные люди. Понимаем, что всё переменчиво в нашем мире. Тем более монаршая милость. Нужна крепкая связь между нами и домом Романовых.

Лицо старого дипломата осталось неизменным, но в глазах промелькнуло что-то, похожее на помесь досады и уважения. И одновременно готовность продолжать разговор. Похоже, этот вариант также был предусмотрен Александром II. Значит, и устраивающая компенсация должна быть заранее приготовлена.

– Эта, как вы изволили выразиться, связь будет распространяться лишь на правителя Конфедерации и его серого кардинала, – выложил на стол тот самый разрешённым императором козырь Горчаков. – Не больше.

– С домом Романовых – да. Но наделение подобающими титулами тех, кто играет важную роль в государстве, тоже должно быть обговорено заранее.

– Не составит затруднений, – отмахнулся светлейший князь от подобной, по его понятиям, мелочи, после чего перешёл к главной теме: – У генерала Борегара есть дети, вы, Станич, молоды и не женаты. Внучки покойного императора Николая Павловича ещё молоды, но объявление о помолвке возможно уже сейчас. Как и переезд в скором времени в Конфедерацию, которая станет новой империей.

– Браки не будут морганатическими! Они должны признаваться равнородными.

– Это возможно. Вы и Борегар благородного происхождения. Если переговоры пройдут успешно, в новообразуемом государстве ваши рода получат титулы, которые будут соответствовать законам Российской империи о равнородстве. И всё же?

– Щедрое предложение, достойное самого серьёзного рассмотрения. И сразу же по моем возвращении в Ричмонд Борегар о нём узнает, после чего будет принято решение. Однако мы обсудили связи, но пока не прозвучала кандидатура на создаваемый престол. Дом Романовых довольно многочисленный, есть разные варианты. И вы должны понимать, что некоторые могут показаться нам более привлекательными.

Горчаков понимал. И готов был выложить карты на стол, чтобы была выбрана устраивающая. Как я понял, Александру II было в общем-то не критично, кого именно выберут в качестве кандидата на заокеанский престол. Важен был лишь сам факт подобного выбора. Хотя предпочтения, я уверен, у него были. Ладно, будем посмотреть.

Тумбс, осознающий, что тут уже даже не дипломатия, а игра в престолы, самоустранился. Про планы создания монархии он, как и большая часть нового кабинета министров, знал, отторжения эта идея у него не вызывала, хотя и ярым сторонником тоже не был. Зато готовность работать на благо страны присутствовала, вне зависимости от формы правления. Именно это он, собственно, и делал, к тому же весьма успешно.

Испанцы же во главе с вице-королём Примом присутствовали как свидетели, союзники, но активно вмешиваться даже не собирались. И наверняка в должной мере оценили уровень продемонстрированного доверия.

Недоволен был лишь Горчаков, который выполнял поручение своего императора, но делал это без энтузиазма, лишь по обязанности. Ну, да и бес с ним! В данном случае он не больше чем транслятор воли человека, его сюда приславшего.

Пять кандидатур! Да, целых пять, Александр II явно решил не ограничивать нас в выборе. Три его младших брата, а именно Константин, Николай и Михаил. И родные сыновья, третий и четвёртый по старшинству – Владимир и Алексей. И обо всех я имел более чем достаточные представления.

Константин Николаевич, ныне наместник царства Польского. Человек либеральных взглядов, а одно это ставило жирный крест на его кандидатуре. И его попытка вести примирительную политику по отношению к начинающим бузить полякам… известно, чем обернулась. Не только мне, знающему историю своей родной ветки, но и здешним людям. Ведь его уже чуть не пристрелил один из польских радикалов, но это не повлияло в нужную сторону, великий князь один чёрт продолжал игры в либерализм. Вердикт – однозначно на фиг!

Николай Николаевич – человек известной храбрости, талантливый полководец и просто более чем достойный представитель дома Романовых. Всем был хорош, но… Я помнил, что лет через пятнадцать Николай Николаевич начнёт ударными темпами сходить с ума и остаток жизни проведёт в совершенно невменяемом состоянии. Одни историки винили в этом опухоль мозга, другие это опровергали, склоняясь к классическому душевному расстройству. Лично же для меня это послезнание было более чем достаточным для того, чтобы ни в коем случае не допускать такого рискованного выбора.

Младший сын Николая I – Михаил Николаевич Романов. Тоже более чем достойная и уважаемая историками личность, здоровый консерватор в делах политики, но склонный к использованию новшеств в иных сферах. Боевой офицер, отлично зарекомендовавший себя в Крымской войне. Да и потом, на Кавказе, должен проявить себя более чем достойно. Интересная кандидатура, но есть один нюанс – уже женат на принцессе Баденской и даже успел обзавестись аж тремя детьми.

Братья императора Александра II и его родные дети. Интересно, кого из них он хотел бы видеть на престоле? Меня терзали смутные сомнения, что дети были для него куда ближе и дороже. И если не один из них займёт престол, а двое – это явно будет ему как бальзам на душу.

Двое детей были представлены в качестве кандидатов на престол. И младший из них, Алексей Александрович, явно пролетал, аки фанера над городом Парижем. Отчего так категорично? Просто это был тот самый известный истории генерал-адмирал, получивший звучное прозвище «семь пудов августейшего мяса», являвшийся одной из главных проблем флота России на рубеже XIX и XX веков. Абсолютно бесталанный человек, тем не менее в силу происхождения добравшийся до высоких чинов. И ладно бы просто бесталанный. Именно с его подачи был принят «морской ценз», затрудняющий продвижение вперёд молодых и талантливых морских офицеров. Плюс патологическое неприятие новшеств, если они не были уже до этого обкатаны в других флотах. И нежелание вникать в по-настоящему серьёзную работу. Вообще, единственное, что интересовало этого человека – светская жизнь, да и то в основном вне пределов России. И вот на кой такое семипудовое добро нам нужно? Правильно, совсем не требовалось.

Зато Владимир Александрович – это совсем иной расклад. Пока что ему было пятнадцать лет, но уже сейчас были видны задатки сильного, волевого человека, умеющего повелевать. Чего стоит тот факт, что последний из российских императоров, серый и никчёмный Николай II, при одном лишь виде своего дядюшки впадал в состояние, близкое к паническому. Одна только аура силы и власти, исходящая от этого человека, отмечалась многими современниками.

Его таланты военачальника? Ничего особенного, но и назвать их плохими язык у историков не поворачивался. Держал в кулаке гвардию с 1884 по 1905 год, поддерживая высокую боеспособность и не допуская даже тени либеральных брожений. Что и было подтверждено во время революции 1905 года, когда он без тени сомнения отдавал приказы использовать гвардейские части для подавления мятежа. Не исключено, что если бы не его отставка по весьма надуманному поводу, то и дальнейшие события пошли бы по несколько иному пути.

В общем, для Конфедерации это был наиболее отвечающий требованиям кандидат. Да и отсутствие у великого князя в силу юного возраста не то что жены, но и потенциальной невесты играло на руку. Следовательно, именно он был необходим. Что до Борегара, то был у меня один козырь в рукаве, который позволял получить согласие последнего с ну очень высокой вероятностью.

– Великий князь Владимир Александрович, несмотря на юные годы, успел показать себя умным и талантливым юношей. Я склонен рекомендовать генералу Борегару обратить особенное внимание на его кандидатуру.