Хякки Яко (СИ) - "Rorshas" - Страница 234

— Мне одинаково плевать на оба варианта, как и на все те, что ты ещё придумаешь сверху! Я хочу знать, что теперь будет со мной⁈ Как МНЕ быть⁈

— Вот это как раз вообще не вопрос, — наконец покосившись в его сторону, с кровожадным оскалом от уха до уха, сладко протянул Кагуя. От чего яростный запал Кукудзу как-то разом стих, — Ты особо опасный преступник, разыскиваемый сразу в нескольких Странах, за тобой охотиться один из сильнейших шиноби этого Мира, чьи агенты проникли всюду, а возможности превосходят твои тысячекратно, и единственный кто может дать тебе хоть какой-то гарант безопасности — лежит прямо перед тобой. Я ведь тебе сразу сказал — останешься биться и наши судьбы переплетутся. Так что, хе-хе, добро пожаловать в ряды шиноби Конохи — Какудзу Хаси.

Глава 85

Знакомый коридор встретил его привычным запустением и тишиной. До последнего этажа башни Хокаге, где и располагался рабочий кабинет Главы Деревни, в принципе допускались немногие, даже во времена правления Хаширамы-доно, что любил лично разбираться в том числе с незначительными и по большому счёту чуть ли не бытовыми проблемами… особенно с ними. Сенсей не раз говорил ему, что именно в такие моменты, он, как никогда, ощущал единение с простыми жителями Листа и всей Страной Огня, чей покой и уклад он был призван защищать.

Его брат — Тобирама-доно, имел своё мнение на это счёт. Второй Хокаге превыше всего ценил точность, своевременность и эффективность, при этом разделяя любовь старшего брата к личному вмешательству во многие вопросы, правда Младший Сенджу тратил своё время исключительно на приоритетные и масштабные проекты, справедливо пологая, что с меньшим справятся его заместители и многочисленные помощники. Из-за этого, во времена его правления, Резиденции всегда была полна посыльными, что метались между этажами и различными отделами, передавая свежие указы Тени Огня и неизменно доставляя новые прошения и отчёты ему на руки.

Подход Тэкеши-доно же, с одной стороны, разительно отличался от методов работы всех его предшественников, при этом, как бы странно это не звучало, почти копируя каждый из них.

Третий Хокаге с полна пользовался мощностями своего Клана, всего за пару месяцев органично встроив своих секретарей и доверенных лиц в правящую структуру Деревни, распределив большую часть своих обязанностей между отделами, при этом продолжая неотрывно курировать работу каждого из них, совмещая её с многочисленными выездами и проверками тех или иных направлений, проблемных участков, дипломатических встреч и прочих забот.

Почти дойдя до резных дверей кабинета, Данзо невольно покосился на расслабленного Хирузена, весело напевающего себе под нос какую-то мелодию, что он не так давно услышал в одном из недавно открывшихся закусочных. Невероятно банальный, но вместе с тем прилипчивый мотив изводил юного Шимуру уже третью неделю! И никакие уговоры, угрозы или даже спарринги в полный контакт не могли выбить надоедливую песню из пустой головы его товарища. После каждой головомойки тот неизменно рассыпался в извинениях, корчив придурковатую улыбку, и клятвенно обещал, что этого больше не повториться, но стоило только ему отвлечься или о чём-то задуматься, как треклятый мотив вновь резал слух потихоньку звереющего шиноби.

Под скрип собственных зубов Данзо отчаянно пытался вспомнить название той забегаловки, где Хирузен впервые услышал ненавистную ныне песню, обещая себе, что позже обязательно наведается туда снова, и засунет каждый музыкальный инструмент в радиусе километра в глотку выступающему там горлопану, если потребуется то и через задний проход.

Прогулка по аллее памяти невольно всколыхнула и более давние воспоминания, невольно снова заставляя юного Шимуру оценить сколь тернистый путь он преодолел за прошедшие четыре месяца.

Когда Третий сказал ему, что за повышение их квалификации возьмутся всерьёз, то нисколько не лукавил. Каждый из новых товарищей по отряду, в который их определили, был ветераном как минимум одной Мировой Войны, с тысячами выполненных миссий за плечами, и двое джонинов, получивших свой ранг пару лет тому назад, смотрелись на общем фоне откровенно блекло, но это никого не смутило, и едва была оглашена вся необходимая базовая информация по специфике подготовки и конечным срокам, как тут же начались тренировки.

Их гоняли безжалостно, за гранью любых норм и мер. Физические нагрузки сменялись упражнениями по наработке контроля, что тут же перетекали в занятия по управлению Сенчакрой, которые столь же плавно переходили в практику, периодически разбавляемую тренировками по противодействию ментальным техникам и гендзюцу. И так день за днём, без перерывов. Контакты с внешним миром, на закрытой тренировочной базе, были сведены к минимуму, сон строго нормирован, распорядок дня составлен с точностью до минут, никаких перерывов, а редчайшие часы отведённые для личного досуга, почти сразу сменялись бесконечными спаррингами и отработками изученных техник.

Под таким давлением легко можно сломаться, но как ни странно, для Данзо это стало той самой спасительной отдушиной в которой он так нуждался. Ведь как бы он не храбрился, сколь бы не пытался обмануть других, но юный шиноби по-прежнему корил себя за смерть учителя, и кто знает до чего бы довело его снедающее изнутри чувство вины и утраты, если бы не вечная болтовня Хирузена и банальная усталость.

Во время тренировок невозможно было отвлекаться. Каждый из Наставников справедливо требовал полной фокусировки на выполняемом упражнении, а потому предаваться хандре Данзо мог себе позволить лишь в часы сна, но и там измученный тяжелейшими нагрузками организм попросту отказывал ему в этом, не желая тратить и толики истощённых ресурсов на бесполезные попытки самобичевания, банально отключая сознание ещё до того, как тело касалось футона.

Эти четыре месяца, под руководством и наставничеством опытнейших шиноби Листа дали очень многое, причём не только ему. Хирузен ни чуть не отставал от своего давнего друга и соперника, сполна постигая передаваемую им науку, и по итогу уже сейчас каждый из них мог, пусть и всего на два десятка минут, но всё же входить в Режим Мудреца, а если добавить к этому возможность открытия аж Трёх Врат и существенно возросшие навыки в тайдзюцу, наравне с личными наработками и Клановыми Техниками, оба шиноби уже сейчас могли сказать, что входят в число элитнейших бойцов Скрытых Деревень, что в столь юном возрасте могло считаться не бывалым достижением, но… Данзо не обольщался. Его Сенсей стоял куда как выше в табели о рангах и всё равно пал, а он к его высотам даже не приблизился. Из чего следует простой вывод — даже теперь у него нет и тени шанса на победу в открытом бою с тем кто убил его Учителя, и потому Наследник Клана Шимура решил сделать ставку на хитрость, анализ и холодный расчёт, в конце концов месть не тленна, пока не тленна память о боли, что сподвигла человека мстить, а его боль теперь будет с ним всегда…

Наконец свежевыкрашенная в ярко-алый дверь показалась перед глазами, и вновь, ещё до того как костяшки пальцев юноши куснулись резной поверхности, изнутри раздалось приглушённое:

— Ну чего встали у порога как неопытные гейши⁈ Особое приглашение нужно⁈ Заходите давайте, только вас и ждём!

Улыбка Хирузена стала ещё шире. Его товарищу во многом импонировала весьма грубая и простоватая манера речи Третьего Хокаге, что терпеть не мог словоблудия и пустых разговоров, о чём уже успела прознать вся Страна Огня. Количество сановников, торговцев и представителей аристократических семей, что с вздыбленными волосами и круглыми от ужаса глазами выбегали из этого кабинета под брань и рёв доведённого до бешенства очередным получасовым ритуальным приветствием Кагуи, уже перевалило за полсотни. По слухам, что доходили до него в основном через Хирузена, за пределами Листа некоторые особо ушлые проходимцы даже начали открывать специальные школы риторики, в которых, за весьма солидную плату, обещают научить «правильно» говорить с нынешней Тенью Огня. Правда это или нет сам Данзо не знал, но лично у него такой проблемы и не было. Кагуя был сложной личностью, и весьма ловко жонглировал масками недалёкого варвара, отставшего от жизни старика и могущественного Главы Древнего и Благородного Клана Основателя, всегда подставляя ту личину, которую считал наиболее полезной в конкретный момент, порой меняя образ по нескольку раз за одно предложение. Однако, в основе всего этого лежал невероятно опасный и опытный шиноби, воин и завоеватель. Осознавая это, найти с ним общий язык не трудно, всего то и требовалось, что говорить кратко и по делу, при это не скатываясь в банальное зазубривание, перемежая факты собственными размышлениями и доводами, подкреплёнными им же… Хотя, если так подумать, многим из тех кто так жаждет попасть на приём к Хокаге действительно стоило бы подыскать себе хорошего софиста…