Создатель. Жизнь и приключения Антона Носика, отца Рунета, трикстера, блогера и первопроходца, с опи - Визель Михаил - Страница 44

Нормальной для человека ситуацией является деятельность в условиях не достаточной информации. Сколь ни распространяли бы мы круг наших сведений, потребность в информации будет развиваться, обгоняя темп научного прогресса. Следовательно, по мере роста знания незнание будет не уменьшаться, а возрастать, а деятельность, делаясь более эффективной, – не облегчаться, а затрудняться.[202]

Единственный известный мне способ спасения – поверить в своего читателя. В этого бестолкового, поверхностного, некомпетентного и вообще неприятного типа. Каким-то способом допустить невероятное: что он сам сможет разобраться, где правда, где ложь, где мелкое жульничество из лучших побуждений, – если ты снабдишь его той же информацией, которой обладаешь сам.

Влада Бородулина ждало большое потрясение, когда они пришли к нам в офис – забирать к себе сервер «Gazeta.Ru». Большой группой пришли: ждали, что сервер будет тяжёлый. Пришлось рассказать коллегам, что есть такая вещь, как «доменное имя», которое просто переписывается с нашего IP-адреса на тот адрес, который они укажут. Они реально думали, что в редакции стоит сервер, откуда «Gazeta.Ru» в мир выходит, и чтобы им начать её самим издавать, нужно этот сервер к себе унести.[203]

Команда, с нуля создавшая «Gazeta.Ru», должна была передать этот проект сменщикам, которых нанял ЮКОС, не позднее 1 августа 1999 года, чтобы сосредоточиться на выпуске «Ленты». Но к 1 августа Влад Бородулин, главред наших сменщиков, не успел ещё даже освоить премудрости электронной почты – в те времена это считалось излишним для серьёзного журналиста навыком. Срок передачи проекта сдвинулся сначала на 14 августа, потом на 1 сентября…

Влад Бородулин, как истинный джентльмен, выбил из ЮКОСа оплату за нашу помощь с выпуском «Gazeta.Ru» за август. Но наступил сентябрь, а передачей проекта по-прежнему не пахло. Влад готов был снова пойти в ЮКОС – за деньгами для нас за поддержку ещё на месяц, но я его остановил. У меня нашлась идея получше.

– Не хочешь ли расплатиться с нами аудиторией? – спросил я Влада.

– Аудитория и так твоя, забирай, – беспечно сказал Бородулин. – Мы свою наберём, а иначе зачем мы вообще сюда пришли.

Нa том и порешили.

В период с 1 по 13 сентября 1999 года «Gazeta.Ru» стала совместным предприятием двух команд. Одна – команда Влада – писала туда колонки, интервью, комментарии, заметки «От редакции». Мы их получали по электронной почте и выкладывали. А блок новостей делался нашими силами – и отправлял читателей за продолжением анонса на «Ленту». К тому моменту, как команда Влада созрела переводить домен на себя (13 сентября 1999 года), «Лента» уже успела получить всю старую аудиторию новостного блока «Газеты».[204]

13 сентября 1999 года – в день запланированной передачи «Газеты» сменщикам – один из новостников «Ленты» разбудил меня на рассвете звонком. Разговор начался без приветствий и предисловий:

– Я во сне упал с кровати!

– Мои соболезнования… Тебе нужно в травмпункт?

– Да нет, блять, дом напротив взорвался!

– Какой адрес?

– Каширское шоссе, кажется, дом девять.

– Сколько этажей?

– То ли 12, то ли 14.

– Пиши срочно…

– Так Интернета дома нет.

– Тогда диктуй мне сюда. Потом сделай фотографии и вези их в редакцию.

Oн продиктовал мне текст, многократно переписанная версия которого доступна пo сей день по адресу http://lenta.ru/russia/1999/09/13/teract.[205]

Я прямо по ходу телефонного разговора вбил этот текст в редакционный интерфейс «Ленты» и нажал на кнопку публикации. Потом отзвонился Юле Миндер и Славе Bарванину, объявил мобилизацию сотрудников всех новостных смен и выехал на Зубовский, в редакцию.

Когда я туда через час доехал, на первой странице сайта «Анекдоты из России» красовалась чёрная заглушка с коротким сообщением: «Анекдотов сегодня не будет. Читайте http://lenta.ru/russia/1999/09/13/teract». Как у нас после такого не обрушился сервер, я до сих пор не понимаю.

Свой первый месяц, сентябрь 1999 года, «Lenta.Ru» закончила с аудиторией в 150 тысяч уникальных посетителей, притом что рекордом посещаемости «нашей» «Gazeta.Ru» были 50 тысяч.

К сожалению, и все дальнейшие успехи «Ленты» по привлечению аудитории были связаны со столь же печальными информационными поводами. Первый год нашей работы завершился августом 2000-го – этот месяц начался взрывом на Пушкинской площади, продолжился «Курском» и закончился пожаром на Останкинской телебашне, после которого страна на несколько дней оказалась отрублена от телевизионных новостей. Аудитория «Ленты» в том августе составила 618 тысяч уникальных посетителей.[206]

Ругань в принципе была нормальным способом общения, утверждённым Главным Редактором, – вторит ему Арутюнов. – Если кто-нибудь слышал неделовой (а хоть бы и деловой, блять) разговор Носика, тот знает, как он объясняет непонятные, блять, вещи.

«Товарищи фашисты!» Незабываемо, блять.

Мат в экстремальных условиях оказывается как будто бы ещё одним доказательством, что работаешь на пределе возможностей. Журналистские коллективы, где народная брань не в чести, доверия не внушают: как они собираются быть честными с читателем, если в бытовом общении не матерятся?