Невеста скованного лорда (СИ) - Соул Таня - Страница 56

– На стенах и прилегающих скалах древний заговор. Остался от тех, кто создавал замок. Камни, из которых он сделан, верны нари, что их заклинала. А та нари была верна эрру. Поэтому только мои союзники могут войти в ворота.

– Наверно, та нари была очень сильной.

– Наверняка, – усмехнулся лорд Шенье.

Пейзаж за окном кареты казался однообразным. Равнины перемежались с небольшими холмами и в целом выглядели по-предзимнему серо.

– Осталось ещё немного, – сказал лорд Шенье, тоже выглядывая в окно. Как он определил это по окружающей серости, я затруднялась понять.

Когда карета остановилась у развилки, там нас уже ждал второй экипаж и несколько почти одинаково одетых мужчин. Тёмные полупальто и брюки, у всех разномастное оружие. Нас встретили хранители острова.

Лорд Шенье велел им поменять местами сундуки на каретах, и когда всё было завершено, мы продолжили путь. Дорога, по которой мы отправились, проходила недалеко от побережья. Она ожерельем огибала весь остров и ветвилась в сторону городов и деревень. На одной из таких развилок мы повернули к глубокому ущелью.

Дальше дорога вилась меж скал, ныряла за повороты, но неустанно ползла наверх. Я вглядывалась в разнооттеночную серость и гадала, удалось ли нам провести преследователей. Заметив моё беспокойство, лорд Шенье попросил кучера притормозить. Снова вышел из кареты и приложил руки к земле. Со стороны это выглядело странно, но осознание, что сейчас он видит и чувствует глубоко под землю, завораживало. Дар эрра был отчасти похож на мой, но всё же и сильно отличается.

– За нами никого, – сказал он, запрыгивая назад в карету.

Чем выше мы поднимались, тем становилось холоднее. Я закуталась в шаль, но и это не помогало унять дрожь. Воздух был слишком влажным и пробирал даже через одежду. Лорд Шенье, расстегнув полы своего пальто, притянул меня и обнял, укрывая от холода.

От такого своевольства я поначалу ахнула, но уже спустя мгновение выдохнула облегчённо. Холод начал отступать.

– Вам следовало спросить разрешения, прежде чем позволять себе подобное, – укорила его беззлобно.

– Мы женаты, – ответил лорд Шенье. – Какие ещё мне нужны разрешения? – усмехнулся он.

– Этот брак – фикция, – не хотела я сдаваться.

Ответом мне послужил мягкий смешок. Он не оспаривал и не подтверждал, но я отчего-то почувствовала себя побеждённой.

Оставшуюся часть пути я провела в дрёме и по-прежнему в объятьях лорда Шенье. Его руки были слишком тёплыми и надёжными, что само по себе казалось удивительным. Наш путь до этой точки был так тернист. Я и не думала, что когда-нибудь смогу почувствовать себя в безопасности рядом с этим насмешливым и самоуверенным человеком.

– Подъезжаем, – услышала я сквозь дрёму.

С неохотой разлепив веки и освободившись от тёплых мужских рук, я выглянула в окно. Дорога, до этого проходившая по ущелью, теперь шла по краю довольно высокой горы. Благо обрыв с этой стороны кареты видно не было, в отличие от высившегося неподалёку замка с высокими глухими стенами и смотровыми башнями. Его серое одиночество среди гор наводило тоску и в то же время пробуждало восхищение.

Мне не терпелось рассмотреть его поближе, но карета не торопилась. Кучер опасался ехать по горной дороге и не подгонял лошадей. Когда мы, наконец, подъехали к высоким воротам, я изумилась – они были сделаны не из дерева и не из металла. Ворота оказались каменными и начали распахиваться, стоило лорду Шенье перед ними предстать. Как и говорил супруг, камни, из которых сделана резиденция, заговорённые.

– Добро пожаловать в Верхнюю резиденцию эрра Иль-Нойер, – объявил лорд Шенье горделиво. – Самое защищённое и самое слабое место на острове.

– Слабое? Уж каким-каким, а слабым оно не выглядит.

– К нему ведут только две дороги, которые через неделю-другую занесёт снегом. Чтобы вернуться, придётся ждать оттепели, – ответил лорд Шенье.

– В этом его слабость?

– Угу, – кивнул он. – И кое в чём ещё. Скоро поймёшь.

За крепостными стенами располагались дома жителей. Они встречали карету с радостью и интересом, а замечая в окне меня, догадливо делали приветственный жест, предназначенный для эн-нари. Я отвечала, но сомневалась, что они видели.

Дом эрра располагался не в центре замка, что было бы логично, а у скалы. Буквально подпирал её и даже врастал одной стеной. Квадратный и непримечательный, с покатой крышей и небольшим чердаком – этот дом совсем не кричал о роскоши. Он был так же суров, как и сам замок.

Кучер, спешившись, распахнул каретную дверь, и в лицо мне ударил холодный ветер. Погода выдалась пасмурная, а кружившие над горами тучи были так низки, что, казалось, из них вот-вот посыплется снег. Я выбралась на мостовую и едва не упала, поскользнувшись. Лорд Шенье, спрыгнув следом, взял меня под руку.

– Идём, – потянул ко входу. – Этот дом уже давно скучает по хозяйке.

От его слов мне стало неловко. Верхняя резиденция была меньше Нижней, и в ней мне легче было представить себя хозяйкой. Мы ведь и вправду могли бы остаться здесь и жить. Вдали от служительниц и битв. Где-то в глубине души кольнуло сожаление, что мы не сможем укрываться за этими стенами вечно.

***

Каталина Арди

Вечно зелёные – камни в этом подземелье. Вечно цветущие – бутоны в этом подземелье. Вечно молчаливые – стены в этом подземелье.

Они сделаны из такого же камня, что и замок, но молчат. Непривычно тихи. Непривычно суровы.

– Эти камни мертвы? – указала на окружавшие нас стены. – Я не слышу их голосов и не чувствую в них жизни. Только сад, – и, о как красив был тот сад, – живёт.

– Я подозревал, что они из мёртвых камней, – ответил лорд Шенье. – Сколько бы ни касался их – не могу ничего почувствовать. Наверно, это сделано для защиты.

– То есть кто-то убил их специально? – изумилась я. – Но у кого может быть такая сила? – и тут же ахнула. Такое могла сделать только заклинательница смерти, победившая в битве в горах, но считавшаяся побеждённой.

– Десе-нари, – подтвердил мои догадки лорд Шенье. – Но даже представить не могу, как она попала в Верхнюю резиденцию эрра. Это далеко от того места, где случилась битва с заклинательницей жизни. Там до сих пор огромные участки скал умерщвлены. И только некоторые начинают оживать.

– Они могут ожить? – снова удивилась я. – Сами?

– Угу, – кивнул лорд Шенье. – Постепенно напитываются жизнью от соседних и оживают. Но это очень небыстрый процесс. Ни мы с тобой, ни наши дети, ни дети наших детей не застанут то время, когда оживёт последний из пострадавших во время битвы камней.

– Наших детей? – рассмеялась я. – А ты не сдаёшься, – покачала головой с напускным неодобрением. Но на самом деле не злилась. Меня забавляло, как настойчиво он себя вёл. И даже льстило порой. За подобную слабость, на которой то и дело себя ловила, я испытывала жгучие приступы вины.

Лорд Шенье – насмешливый, напористый, самодовольный и загадочный – таким я видела его раньше. Таким мне бы и стоило видеть его теперь. Но последние события всё изменили. Теперь я находила в нём чуткость, внимание, откровенность, не замеченные раньше. Да и моя уверенность, что наш брак – фикция, на которую я согласилась от безысходности, начала разрушаться. Сначала она разваливалась по крупицам, но в свете последних событий посыпалась большими по кускам. От неё откалывались глыбы, падали и разлетались на мелкие части. Заполняли разделявшую нас пропасть.

Лорд Шенье – Освальд, как он недавно попросил его называть. Вальд – если я совсем осмелею. Вальд… Нет, мой язык не повернётся.

– Идём, – лорд Шенье. Нет, Освальд, протянул мне руку. Не предложил опереться на локоть, как раньше. А открыл ладонь, чтобы я вложила в неё свою. Замешательство – вот какое чувство во мне это вызывало. И волнение. – Ты хотела увидеть сад, так давай посмотрим.

Помешкав ещё полсекунды, я всё-таки взяла его за руку.

Сад, куда мы пришли – необычный. Он не похож ни на один из тех, что я видела раньше. Растения, которые здесь поселились, иллюзия. Драгоценные камни, кристаллы, маскирующиеся под стебли и листву, под бутоны и лепестки. Каменный полупрозрачный сад рос в самом глубоком подземелье замка эрра. Сюда нельзя попасть снаружи. Только войдя в замковые ворота. И даже так не любой мог сюда спуститься. Только эрр и приглашённые им нари. Например, я.