В поисках солнца (СИ) - Берестова Мария - Страница 161

Олив нахмурилась. Понаблюдав за её мрачной мимикой, Дерек продолжил философствования:

— Нельзя привязать к себе человека насильно. Он либо сам выбирает быть с тобой, либо ты его теряешь. — Подумав немного, добавил: — Я рад, что Тэн выбирает быть моим другом. И бесконечно благодарен ему за это, — с тёплой улыбкой отметил он. — И надеюсь, что так будет всегда — потому что я хочу, чтобы он был частью моей жизни, и хочу участвовать в его жизни тоже. — Потом лицо его посуровело: — Но, Олив, считать, что он обязан всегда выбирать меня? Это ведь значит обесценить саму суть дружбы, разве нет? — испытующе посмотрел он на неё.

— Нет, — не поддалась она, всем своим лицом выражая упрямство.

Он пожал плечами:

— А по мне, так да. Мне именно это и ценно: знать, что Тэн всегда может уйти, — и видеть, как он каждый день выбирает остаться.

Фыркнув, Олив парировала:

— Мы возвращаемся к тому, что тебе волноваться не о чем. Он всегда выберет остаться с тобой.

Осознав, что её не переспорить, Дерек легонько хмыкнул и уточнил:

— Мы сейчас говорим о том Райтэна Тогнаре, который может в любой момент просто сорваться и помчаться в неведомые дали, никому ничего не объясняя? — он задумчиво почесал бороду и добавил: — Ну, во всяком случае, ты в чём-то права, я надеюсь, что даже в такой ситуации он, по крайней мере, позволит мне сорваться вместе с ним. На правах брата. И не понимаю в этом случае твоего недовольства, — логично отметил он, — ведь и тебе наверняка будет предоставлена такая же честь — на правах жены.

Олив скривилась:

— С братьями на разводятся.

На самом деле, в Анджелии существовал процесс, аналогичный разводу, для разрыва братских отношений, но пользовались им весьма редко, и ни Олив, ни Дерек о нём попросту не знали.

Тем не менее, Дерек возразил:

— Ты либо доверяешь человеку, либо нет. С жёнами разводятся, с братьями расходятся, с друзьями ссорятся, клятвы нарушаются, договора не стоят бумаги, на которых написаны. Ни у кого не может быть гарантий, что его не бросят. — С усмешкой, сути которой она не уловила, добавил: — Даже рабы порой сбегают от своих хозяев, Олив.

Смерив его мрачным и болезненным взглядом, она как-то остро спросила:

— И как же тогда жить?

Дерек в вежливом недоумении приподнял брови. Потом подался к ней корпусом и задушевным голосом спросил:

— А ты что же, хотела бы реально привязать его к своей косе и никуда не отпускать?

Лицо её перекосило от такой постановки вопроса.

— Нет, но!.. — возмутилась она и запнулась, так и не сумев выразить это своё «но».

С полминуты поразглядывав её с большим вниманием, Дерек расшифровал продолжение фразы сам:

— Но ты бы хотела, чтобы у него не было возможности уйти.

Она, нервно дёрнувшись, отвернулась. Звучало паршиво, но паршивее всего было то, что это была правда. Она действительно хотела, чтобы у него гарантировано попросту не было возможности уйти.

Оценив по её лицу её недовольство собственной позицией, Дерек фыркнул и выдал добивающий удар:

— Уверен, Илмарт не откажет тебе в мелкой просьбе и оторвёт ему ноги, если тебе так уж хочется. Тогда он, действительно, попросту не сможет уйти.

— Дер! — возмутилась она, резко поворачиваясь к нему.

Он состроил невинное лицо. Потом с заметной тревогой попросил:

— Ты только ему не говори, что я это предложил. А то он в ответ оторвёт голову мне.

— Оторву! — радостно подтвердил ворвавшийся в комнату Райтэн, услышавший последнюю фразу. — Зачем тебе голова, Дер, если в ней всё равно нет мозгов?

Дерек выразительно закатил глаза к потолку.

Пронёсшись мимо него, Райтэн резко затормозил возле стула Олив, рассиялся улыбкой и гордо провозгласил:

— Пойдём же, я обо всём договорился!

Глаза его сияли горячо и радостно — он был весьма доволен тем, что нашёл нужного человека и решил проблему с её костюмом. Олив сделалось ужасно неловко — ведь она просто искала предлога отказаться от знакомства и придумала все эти глупости про платье, чтобы обосновать свой отказ. Какое платье, при её-то шрамах! Она будет выглядеть максимально нелепо, вырядившись во что-то модное и женственное.

Она бросила беспомощный взгляд на Дерека. Тот округлил глаза, кивнул на Райтэна и «расшифровал»:

— Видишь, он обо всём договорился. Потому что ему нравится заботиться о тебе.

Олив на это покраснела, а Райтэн вытаращился на него с большим недоумением. В ответ на это недоумение Дерек снова сработал «переводчиком»:

— А ей очень приятно, что ты о ней заботишься, но она совершенно не знает, как выражать свою признательность, и поэтому ей неловко.

Тут покраснел и Райтэн. С большим удовольствием Дерек продолжил суфлировать, весело блестя глазами:

— Ну вот, Олив, а теперь ему крайне неловко, что тебе из-за него неловко.

— Сейчас тебе тоже будет крайне неловко, — немного хрипло выдавил из себя совершенно смущённый Райтэн, — потому что людям без головы всегда становится крайне неловко!

Дерек приподнял брови и весело парировал:

— Ба! Я же не виноват, что вы не умеете друг с другом словами разговаривать!

Райтэн прищурился, смерил друга недовольным взглядом, потом с большими сомнениями поразглядывал смущённую Олив и с подозрением в голосе уточнил:

— А о чём вы тут без меня говорили и почему я должен был оторвать Деру голову?

Дерек, видимо, хотел ответить на это что-то насмешливое, и даже открыл было рот, но тут Олив вскочила, схватила Райтэна за руку, воскликнула:

— Ах! Пойдём же уже за платьем! — и достаточно настойчиво потащила его на выход.

Недоумевая, Райтэн, тем не менее, позволил себя тащить, по пути, правда, одарив Дерека раздражённым взглядом.

Тот, не проникнувшись, скорчил недовольную рожу и неожиданно пошёл в атаку:

— Кстати, Тэн, а куда ты дел моего телохранителя?

Олив аж остановилась от неожиданности. Впрочем, теперь уже Райтэн начал тянуть её на выход, досадливо отговорившись на ходу:

— Да так, послал в одну лавку по делу, мне нужно было!

Тихо присвистнув и не обернувшись — парочка была уже почти у дверей, прямо у него за спиной, — Дерек сдержанно отметил:

— Он, вообще-то, не посыльный.

— Ничего, пусть побегает! — отмахнулся Райтэн уже в дверях. — Ему полезно! — и они с Олив унеслись за платьем.

— Дурдом! — буркнул на это себе под нос Дерек, зарываясь в свои бумаги.

Люгерный (он же рейковый) парус крепится верхом к рейку (перекладине), закреплённому на мачте перпендикулярно ей. Шпринтовый парус не крепится сверху, он растягивается по диагонали шестом (шпринтовом), один конец которого опирается о нижнюю часть мачты, другой — оттягивает верхний угол паруса. Грубо говоря, люгерный парус висит, а шпринтовый натягивается. Проблема Дерека не в том, что он не видит разницы, а в том, что в даркийском нет слова «шпринтов», поэтому оба типа парусов называются рейковыми. Райтэн этой тонкости не знает.

8. В чём проблема верности?

Отложив знакомство с правителем Жона на следующий день — поскольку Олив требовалось время для подготовки костюма, который она всё же решила сделать брючным и строгим, чтобы хорошо смотрелся с её повязкой на глазу, — Райтэн оставил её в лавочке и понёсся по своим делам. Те, впрочем, достаточно быстро закончились, поскольку лично он бывал в Жоне всего пару раз в жизни и все местные связи держал опосредованно.

Вернувшись на постоялый двор, в котором они сняли несколько комнат с общей гостиной, Райтэн обнаружил, что все разбежались по своим делам. Олив, видимо, так и занималась одеждой, Дерек с командиром унеслись рекламировать каменный уголь, команда занималась разгрузкой-погрузкой или спала. Впрочем, в гостиной обнаружились следы пребывания Дерека — в виде ужасно загвазденных сапог, в которых, очевидно, он успел куда-то пробежать и вернуться, чтобы переобуться, — и Джея — в виде оставленной на столе книги, за которой его Райтэн и гонял.