Яга против Кощея (СИ) - Эм Лия - Страница 14

– Я первый загадываю! – поторопился нечистик. – Вот моя загадочка. На чём в гостях, вдали от дома, играл Садко царю морскому? Тот музыкальный инструмент сломал он, улучив момент. Как называется предмет?

– Гусли-самогуды это! – через пару минут ответила я.

Водяной сразу губы надул и зенками на меня недовольно зыркнул.

– Вторая загадка. Он красив, силён, могуч, он грознее грозных туч. И умнее всех, нет слов, много у него голов. Что призадумалась, не знаешь? Я выиграл, я выиграл, – радостно завопил хозяин всея болот и взметнул фонтан грязи.

– Подожди радоваться, Змей Горыныч это! – воскликнула я, отбиваясь от лягушачьих лапок болотника, которые уже пытались облапать мои выпуклости.

Гадёныш сразу сдулся и опять злобно на меня посмотрел.

– Третья загадка. Сладких яблок аромат заманил ту птицу в сад. Перья светятся огнём, и светло в ночи как днём. Ни за что не угадаешь!

Я долго думать не стала, сразу сказала:

– Жар-птица это!

Водяной губёшки свои поджал и зыркнул на меня недобро.

– А теперь моя очередь, свет очей моих, – хихикнула я. – Вот и первая загадка: два конца, два кольца, а посередине гвоздик. Что это?

Я решила отойти от сказочной темы. Здесь она точно не прокатит.

– Ха, думала, я не отгадаю? Ножницы это! – довольный собой, сказал водяной.

– Хорошо, вот загадка вторая: сидит красна девица в темнице, а коса на улице.

– Морковь это, – довольно булькнул гад болотный. – Проиграешь, яга, ой проиграешь!

Призадумалась я: что же такое загадать водяному, чтобы он точно не смог выиграть?

– Вот моя третья загадка: он в болоте обитает, как его зовут – все знают. Он вонючий, очень злой и зовётся…

Долго думал водяной, кто ж такой в болоте злой, а я еле сдерживала смех и всё думала, как мне от него избавиться, ежели он меня отпускать не захочет.

– Всё, я выиграла! Уговор есть уговор. Так что выпускай меня из своего озера, некогда мне с тобой лясы точить! – наконец приказала я.

Водяной булькнул что-то невразумительное и попытался схватить меня за руку. Я так и знала! Решил, значит, меня утащить-таки в своё логово, воспользоваться беспомощностью моей вздумал, паразит.

«Не хочешь по-хорошему – будет по-плохому», – взъелась я.

Злость ослабила контроль, и сила забурлила во мне, желая покарать жулика. Ничего не подозревающий водяной схватил-таки меня и попытался утянуть под воду, но фокус не удался. Его в ту же секунду снесло грязевой волной, попутно очистившей меня почти от всей вязкой массы. Всплеском силы подкинуло жулика на полметра в воздух и отнесло на середину озера, где он благополучно шмякнулся в воду и камнем ушёл на дно. Я преспокойненько выбралась на берег, весело помахала ему ручкой и отправилась восвояси. Вслед мне понеслись проклятия, перемежающиеся с просьбами вернуться или хотя бы сказать отгадку. Но я даже не оглянулась, а бегом кинулась за припустившим клубочком прочь от этого озера, едва успев прихватить волшебную суму.

Прошло ещё как минимум полчаса: луна уже полностью поднялась на небо и освещала мой путь. Клубочек снова остановился, значит, заветное место уже близко. Я крадучись пошла вперёд и увидела впереди просвет: деревья расступились, открыв взору сказочную картину: на небольшой полянке, освещённой луной, резвились какие-то карликовые существа. Я рискнула подойти поближе, чтобы разглядеть малюток. Эти странные создания были похожи на мандрагору, которая довольно известна в нашем мире по сказкам и фильмам. Так вот, забавные пузатые корешки танцевали какую-то угарную джигу-дрыгу на импровизированной танцплощадке, в качестве которой выступал настил из мха.

Вдруг раздался странный писк, от которого заложило уши. Я оглянулась вокруг и увидела большой пень, на котором стоял один из корешков, самый пузатенький и выделявшийся из всех остальных. Он что-то пищал и пищал, активно жестикулируя ручками-веточками. В ушах у меня уже звенеть начало от этих звуков. Наконец он замолчал и сошёл с пьедестала, но его место занял другой корень, и история повторилась.

Я заткнула уши, но этот назойливый писк всё равно проникал повсюду. Что делать дальше, я не представляла. Было ясно, что необходимо изловить одно из этих существ, но к ним невозможно было подойти из-за этого писка. Вдруг под ногами послышалось шуршание, я осторожно посмотрела вниз и заметила того самого пузатенького малыша, который был чуть толще всех прочих. Он шёл мимо меня, ничего не замечая, а я старалась даже не дышать, чтобы не выдать себя. Как только корешок со мной поравнялся, я молнией метнулась и попыталась его схватить. Но этот пузан оказался неожиданно вёртким и ускользнул от меня, я рванула за ним в самую чащу, не разбирая дороги. Липкая грязь, которой местами всё ещё было обмазано моё тело, собирала всё на своём пути: мелкие веточки, листья и паутину. Но я не обращала на это внимания. В крови бурлил адреналин, я хотела догнать эту мелочь. Наконец пузанок споткнулся, мне удалось его схватить и засунуть в суму.

Вот теперь можно выдохнуть: дело сделано. Я устало опустилась прямо на землю, желая сделать передышку. Вдруг в отдалении послышался писк сразу целой орды этих корешков. Трава зашелестела под ногами. Звук становился всё громче и громче. Я поняла, что мелюзга пустилась за мной в погоню, и припустила за клубком, который неожиданно выкатился прямо под ноги.

Уже стало светать, когда я в самом ужасном виде буквально вывалилась на родную поляну. Здесь меня ждал один огромный сюрприз в виде трёхголового змея, который мирно похрапывал, отчего моя избушечка нервно вздрагивала. Я на цыпочках попыталась прокрасться мимо живой огнедышащей горы, но у меня ничего не вышло. Ноздри змеюки затрепетали, веки приподнялись, и на меня уставились сразу три пары огромных глаз.

Я попятилась в сторону избы, пытаясь прикрыться сумочкой. Но споткнулась обо что-то и больно шмякнулась на оголённую пятую точку.

– Это что за чудо-юдо? И чем здесь, простите, так смердит? Яга, это ты, что ли? На кой леший ты вымазалась в какой-то вонючей гадости? Или тебя вымазал кто? – загудел змей. – Так мы сейчас ему быстро зад подпалим, чтоб не шалил так более.

– Да сама я! За обережкой ходила. Еле ноги унесла, – устало ответила я.

– А почему голышом да дрянью вся вымазана? – поинтересовался Горыныч, выпустив струйки дыма из ноздрей. – Или это мода нынче такая: обережек на голый зад ловить?

Кажется, кто-то откровенно надо мной издевается. Ах, паразиты! Знала же, что удумали какую-то пакость. Я метнулась в избу, схватив по пути стоявшую за дверью метлу.

– А ну вылезайте, черти хвостатые. Я вам сейчас быстро хвосты накручу! – не своим голосом ругалась я.

Леший кинулся мне в ноги, а Стёпка трусливо шмыгнул за порог.

– Прости, ягусенька! Мы больше не будем, – умолял леший, которому досталось-таки метлой по самое не балуйся. – Мы ж добра хотели! Водяного надо было шугануть, а то он в твоё отсутствие повадился из нашего озера камешки самоцветные тырить да русалок наших к себе в болото завлекать. Собирает, видите ли, себе коллекцию из красавиц со всего царства, чтобы они его гадство ублажали. Начитался всякой заграничной белиберды и творит форменное беззаконие, а наказать да защитить нас некому.

– Камушки таскать, русалок похищать? Так это он у меня ещё легко отделался! – возмутилась я. – Ну ничего, сейчас с костлявым разберёмся, а потом и этого деятеля за жабры возьмём. Но в следующий раз смотрите у меня! – погрозила я пальцем и пошла скорее в баню: омовение совершать да грязюку отскребать.

Ну и приставучая дрянь оказалась. Чуть оттёрла. Зато кожа стала как бархат, и ни морщиночки: вот вам и побочный эффект от молодильных грязей.

Вернулась я на поляну вся такая чистая и шелковистая, а там ужо и самовар дымит, и стол яствами уставлен. Нет, всё-таки какая удобная штука скатерть-самобранка.

– Ну что, обережку достала? – спросил змей, прихлёбывая ароматный чаёк.

– Да, вона в суме глянь, – довольно чавкая бутербродами, кивнула я на добычу.