Наемники бродячих островов. Том 5 (СИ) - Греховны Фэва - Страница 52

А почему его оккупанты послушались — так то уже другой вопрос. И, конечно же, святой отец ответа на него не знал. Ну а что? Может, бедуины тоже верующие!

Короче, пришлось-таки давать фанатикам приют средь честного люда. Ну или делать вид, что дают…

Выведав у пленных, в какие ворота и как часто ходят обозы снабжения от засадных сил, наёмники установили на надвратной башне настоящий заслон. Даже ружья перераспределили, чтобы там больше стволов было.

Караван планировали сначала пропустить внутрь и уже затем уничтожить круговым огнём. Решётку на воротах при этом собирались сбросить, чтобы не допустить бегства.

Вопрос обсуждался офицерами и сержантами бригады на первом этаже одного из корпусов, в котором до прошлой ночи квартировались пустынники. И, конечно же по чистой случайности, там же расположили обитателей городского храма.

Наёмники не стеснялись в выражении эмоций. Во всех подробностях описывая коварную ловушку и то, что не будут брать пленных. Напротив, они прочили бедуинам из обоза неминуемую и, несомненно, страшную гибель.

Затем стали обсуждать детали похода к подразделениям, засевшим на пристани.

И как с флангов их будут обходить. И как переоденутся в одежды их товарищей, чтобы скрытно ворваться в траншеи. И как остатки продовольствия им попортят и укрытия спалят, чтобы сгубить посредством суровой зимы!

Особого внимания удостоилась судьба командира засадных сил. На словах его и четвертовали, и жгли заживо, и пытали калёным железом… Короче, собирались устроить ему тридцать лет расстрела через повешение без права переписки!

Всё это обсуждалось на серьёзных щах и в полный голос под боком у церковников.

Следовало отдать должное как послушникам, так и святому отцу. Вели себя тихо, и весьма убедительно изображали отсутствие интереса к кровавой теме.

Первый прокол вышел ближе к обеду, когда священник попытался отпроситься со своим выводком обратно в резиденцию. Просился он настойчиво, напирая на то, что места мало, да и еды всем наверняка надолго не хватит. А в храме имелись свои запасы и такое решение могло существенно облегчить несомненно тяжёлые обязанности «спасителей».

Но Батя урезонил мужчину самыми простыми объяснениями. Детворы и подростков было не так много, чтобы оказывать заметное влияние на общую обстановку. Да и судьба захватчиков должна была решиться если не сегодня, так завтра. Так что никакого дефицита питания не предвиделось.

А ввиду неполной зачистки города — отпускать кого бы то ни было, виделось слишком опасным. Ещё в заложниками возьмут! Что тогда делать прикажете? Не бить же супостата сквозь живой щит?

Увы, объяснения возымели влияние только на простых обывателей. В их глазах, аргументы бригадных выглядели как некая рациональная предусмотрительность. Но вот сам святой отец даже и не подумал поблагодарить за заботу. Но и выдавать свою позицию он не спешил, лишь на миг скривился, а затем был вынужден согласиться с железной логикой решения.

Да только не хватило ему опыта в лицемерии! Слишком уж озабоченным сделался. Словно планировал лично изводить превосходящие силы оккупантов, но никак не мог прийти к решению, как бы это получше сделать.

Увы, реальная озабоченность была совсем иного толка. Ведь на глазах предателя, чужаками строился план по изничтожению собственных хозяев! Ну или деловых партнёров…

А если их изничтожить, то и дела никакого не состоится. Несомненно — выгодного!

Ну а наёмники тоже не дураки. Взяли и подсказали бедолаге, как ему выйти из сложившейся ситуации: начали собираться чуть ли не всем личным составом, чтобы идти ставить засаду на головных воротах.

Сторожить гражданских осталось в лучшем случае три отделения, по одному на каждый корпус. Остальные же бодрым шагом ушли прочь из центра города.

Едва скрывшись из поля зрения вероятных предателей, наёмники остановили войско и принялись за перераспределение сил. Большая часть действительно отправилась ко входу в город. Туда же собирался топать и Батя. А меньшая, вместе с Джоем, Кеном и Максом, жиденько размазались по кварталам вокруг бывшего расположения пустынников.

Им предстояло выжидать и наблюдать. И, конечно же, ни в коем случае не проморгать посыльного от святого отца. В том, что таковой будет — никто не сомневался. Даже наоборот, для этого была создана благоприятная среда. За фанатиками почти не наблюдали, оставив их с развязанными руками. Но это только как им самим могло показаться.

На самом же деле, внутри того здания обустроили несколько скрытых постов. За отодвинутыми шкафами, за тулупами на вешалках и в одном ящике в подвале. Кеншин разместил там своих подчинённых с приказом не показываться на глаза даже собственным сослуживцам, а в случае побега кого бы то ни было — выйти наружу и подать один из условленных знаков. Дальше сигнал должны были передавать уже наружные наблюдатели.

Спустя примерно полчаса ожидания, прогнозы подтвердились. Из торца здания выскользнул парнишка и припустил прочь. Под колпак (как выразился степняк) его взяли раньше, чем внутренние шпики сообщили о побеге. Ну а дальнейшее было уже делом техники — следить так, чтобы объект этого не заметил.

Что правда, пришлось напрячься. Орбита считалась фактически окраинной, зима здесь была суровая. А послушник сбежал в одежде, в которой сидел в помещении. И теперь, чтобы не замёрзнуть, он нёсся как угорелый. Мало того, что по крышам так не погасаешь, так ещё и тишину соблюдать требовалось!

Уже на первом спуске-подъёме через узкую улочку, вспомогательное отделение безнадёжно отстало от наёмников. А более-менее справлялся с темпом только великан. И непонятно, то ли опыт тоже имел, то ли за счёт более широкого шага?

Но, слава бездне, долго погоня не продлилась. Пройдя примерно две трети города, малец нырнул в подворотню. А спустя ещё несколько секунд, оттуда раздался гулкий хлопок двери и лязг задвижки.

Здание явно не отапливалось. Отсутствие дыма из трубы, снег на подоконниках и крыше были тому явным доказательством. Значит содержание внутри резервной голубятни отпадало. Оставался только один очевидный вариант — подземный ход.

Ломиться через парадную не стали, чтобы не спугнуть гонца. Хотя Джой и мог играючи выбить дверь, а дальше следовало всего лишь устроить допрос… Тем не менее, заходить решили через чердак, он как раз оказался не заперт. Да и перепрыгнуть через узкий переулок труда не составило.

Дальше нужно было искать подвал, куда беглец уже, несомненно, успел спуститься, и надеяться, что он не слишком удалился от спуска. Ведь если тут были катакомбы как под Шварцштайном, то погоня рисковала завершаться провалом.

Подвал, а вернее — цокольный этаж, действительно нашёлся. Как и вход в подземелье — неказистый люк в углу за кучей какого-то бытового хлама. Прислушавшись, великан дал добро на спуск.

Лаз привёл наёмников в просторный тоннель. И если бы они не медлили, то теперь им пришлось бы выбирать между двумя направлениями. Ясное дело, что выбрали бы то, которое вело в сторону границы города, а не к его центру.

Однако, имелась небольшая, но важная подсказка — подросток воспользовался факелом. В кромешной темноте то и дело мерцал неверный удаляющийся огонёк. Причём, какой-то странный, то вспыхивал, то становился тусклым и чуть ли не менял свой цвет на голубой.

Скорее всего, происходило это из-за сквозняка. Воздух и правда сильно дул по направлению от центра Площины Горевой. Даже просто под люком был весьма ощутимый поток. Джой предположил, что виной тому может быть древняя система вентиляции. Ведь если в недрах острова имеются обширные коммуникации, то их точно нужно продувать.

Под Шварцштайном на это не обратили внимания из-за специфики подземелий. Там из тела каменной глыбы был прямой выход в бездну. Ещё и огромный! И неизвестно, что скрывалось на нижних ярусах, затопленных кусачей водой. Может, заметный сквозняк отсутствовал именно из-за водного затвора.