Наемники бродячих островов. Том 5 (СИ) - Греховны Фэва - Страница 51

Но бойцы, а вернее — офицеры, не подвели. Не все враги спали в общих помещениях. Нашлись и такие, кто ютился в небольших, но в богато обставленных комнатушках. И, судя по аляповатости этой самой обстановки — была она сугубо трофейной и происходила из разных зажиточных домов. Слишком уж сильно отличался стиль тех или иных предметов интерьера. Пустынники, точно сороки, волокли в своё обиталище всё подряд, лишь бы было пёстрое или блестело.

Увы, ничего ценного или нового пленники не поведали. Каждый твердил примерно одно и тоже: силы вторжения ждали какую-то чёрную крепость вдоль пристани, со стороны Света.

Для верности показаний, бедуинов предварительно разделили, чтобы они не успели договориться. А допрос проводили на морозе и с пристрастием.

Единственной тревожной новостью стало то, что в импровизированных казармах находился не весь личный состав. Ещё один взвод сторожил будущих рабов, собранных из местных, и неизвестно сколько могли находиться в самоволке.

Захватив город, бедуины не стеснялись в развлечениях. Регулярно покушались на запасы алкоголя и на захваченных баб. И потребности свои они предпочитали удовлетворять подальше от глаз соотечественников. Брали с собой пожрать и выпить, давали на лапу сторожам рабов и уходили в свободные дома. Да не в соседние с бараками и складами кварталы, а в богатые районы!

Благо, что место содержания горожан было теперь известно. И, по словам офицеров пустынников, службу там несли не слишком отлично от казарм. Но ещё предстояло отыскать самовольщиков…

Время играло против чёрной бригады, так что действовать решили немедленно.

В первую очередь — устроили засады во всех трёх казармах. Сколько бы нарушителей дисциплины не было, и сколько бы они не собирались развлекаться, а возвращаться им всё равно придётся. Наблюдение и связь организовали по высшему разряду. Посты расставили чуть ли не под каждым окном, а связных полностью нарядили под противника.

Вторым шагом стала отправка группы зачистки к заложникам. В силу специфики мероприятия туда пошли все наёмники кроме самого Бати. Он остался контролировать основные силы.

Джой в выходе был необходим, потому что хорошо видел в темноте и также обладал острым слухом. То есть, повышался шанс обнаружить непредвиденных врагов. Кеншин же специализировался на скрытности, проникновении, захвате, диверсиях и прочем терроре. А Максу просто не помешало бы подсмотреть у старших товарищей и нахвататься нового полезного опыта.

Освобождение пленных жителей прошло без эксцессов. Локализовать место содержания, труда не составило, в городе имелось лишь одно такое вместительное здание. Выставить оцепление в переулках тоже не слишком сложно. Ну а дальше головное отделение установило расположение постов и маршруты патрулей.

Дежурную смену сняли в два счёта. Те просто не ожидали нападения. Посреди спокойной холодной ночи его действительно ничего не предвещало: стены явно никто не штурмовал, а гвалта сражения от расположений не было слыхать из-за вездесущего чёрного камня.

Ну а действия внутри «темницы» ничем не отличались от ранее пройденного этапа с казармами. Просто зашли и начали резать едва проснувшихся бедуинов. Даже пленники никакого шума не подняли.

То ли испугались, то ли додумались не мешать. Последнее, правда, вряд ли. Слишком уж жестокими были условия содержания, последствия шока — на лицо.

Людей держали в огромной трёхъярусной деревянной клетке. Она занимала почти всё немалое пространство здания. Проходы были оставлены только вдоль стен и у дальней стены. Ну и ещё чуть больше места имелось во фронтальной части помещения.

А запах стоял такой, что сторожам можно было только посочувствовать.

Больше всего, увиденное напоминало бочку с мочёными яблоками. Только если бы рассола почти не было. И яблок внутрь набили больше, чем объём самой бочки…

Навскидку там было тысяч пять человек! Все — женщины и дети. Ни мужиков, видно не было, ни старшего поколения.

Макс буквально оцепенел, обнаружив себя под пристальными взглядами сразу пары сотен глаз. Солдаты тоже растеряли весь боевой азарт. Кто-то снимал шлемы, кто-то тихонько начинал молиться. Но шокированы были поголовно все.

Все, кроме Кеншина и Даджоя. Эти быстро сориентировались и принялись раздавать приказы: трупы пустынников спрятать и самим встать на стражу. На невольников хватило всего лишь раз гаркнуть, чтобы задавить их зарождающуюся радость от скорого освобождения. Слишком уж забитыми они были. При чём — в прямом смысле. Буквально каждое второе лицо за деревянными прутьями имело следы свежих побоев.

Теперь оставалось только ждать.

К утру все нарушители дисциплины были собраны и наказаны по высшей мере, согласно военного времени. То, что наказывали их не собственные командиры, а какие-то чужаки — ничего страшного. Порядок должен соблюдаться в любой армии!

Конечно, не было никакой гарантии, что какой-нибудь гуляка мог опоздать или загулять на пару суток. Но таковых точно не должно было быть много.

Так что, едва Свет озарил свинцовые небеса своими алыми лучами, бригада открыто заявила о своём присутствии в Площине Горевой.

Сначала под контроль взяли храм вместе со всеми обитателями. Параллельно этому, ещё одна группа захватывала мэрию. И лишь в последнюю очередь — всех пленников освободили и доставили в бывшее расположение оккупантов. Туда же привели и церковников с правительственной шайкой.

Батя объяснил офицерам и сержантам, что такой шаг необходим на случай выявления предателей среди местных. Пока ничего не законченно — отпускать по домам никого нельзя! А тут тебе и запасы еды на складах, и отопление приличное, и, наконец, места хоть и мало, но достаточно — можно лечь!

С отдыхом в гигантской клетке было совсем плохо. Из-за количества, людям там приходилось буквально сидеть друг на друге. О сне лёжа даже не мечтали. Так что теперь самые обессиленные просто падали под стенами и в каждом углу, и отключались.

Питание горожан повесили на одного из толковых сержантов. Так как пленников морили голодом — сразу давать им нормальные порции было нельзя.

Короче, худо-бедно, всю толпу удалось разместить в трёх корпусах, накормить и пересчитать. Получилось правда несколько более печально, чем ожидалось изначально. Выживших оказалось чуть больше трёх тысяч. Справляться о судьбе остальных островитян было излишне…

Первые плоды избранных мер не заставили себя ждать.

Городского голову с прихлебателями линчевали мигом! Солдаты даже ничего предпринять не успели, а чиновников уже рвали на части голыми руками.

Макс при этом находился рядом, но не предпринял никаких действий. Наоборот, всё его внимание было обращено в иную сторону — к церковной братии. А конкретно — к святому отцу. Тот, едва заметив народные волнения, поспешил окружить себя послушниками. А за одно и прибегнул к уже знакомой тактике Кеншина — присел и пригнулся среди детворы.

Удивительно, но со стороны этот приём оказался действенным. На святошу и в самом деле хотелось смотреть меньше, чем на других преступников. Торчит себе среди малолеток, разница в росте и размерах в глаза не бросается, и никакого подозрения не возникает. Не возникает ни у кого, кроме уже осведомлённых бойцов и бывалых наёмников.

Тем не менее, когда гнев достиг своего апогея, местные переключились и на священника. Что правда, с заметно меньшей яростью. Лишь бранились, да возмущались! Вроде бы и понятно почему — большинство жителей молились в храме и несли туда пожертвования. И при этом, во время налёта — церковники оказались в почёте у вторженцев.

Но свою роль сыграл самый серьёзный из возможных аргументов — защита подрастающего поколения и Светлой обители. Святоша не прекращал талдычить, что прикрывал детей всеми возможными способами. Даже слезу пустил, гад склизкий! В общем, спорить с ним было затруднительно.