Рикэм-бо «Стерегущий берег» (СИ) - Кротков Антон Павлович - Страница 86

Суровый спецназовец конечно виду не подал, что не доверяет столь серьёзному учреждению, но про себя всё же усомнился в услышанном. Ступов его сомнение почувствовал, но истолковал по-своему:

— Не робей, пехота! — на правах старшего по званию и возрасту, подводник похлопал молодца-мичмана по богатырскому плечу. — Можешь работать спокойно! Раз Москва гарантирует, что со стороны открытого океана тебе обеспечат надёжное прикрытие, значит, так и будет. Я тоже с двумя своими торпедными аппаратами тебя в обиду не дам, если что.

Кто его будет прикрывать со стороны открытого моря, мичман Серьга не знал, да и не слишком об этом задумывался. Чего волноваться, если обрисованная начальством опасность выглядит плодом чьей-то разыгравшейся фантазии. Он на флоте не новичок, и ни разу не сталкивался ни с чем подобным. Ерунда какая-то!

Но чем больше Николай размышлял, тем неспокойней становилось у него на душе. То, что в разведке дураков не держат и свой хлеб тамошние хлопцы едят не зря, это недавний фронтовик усвоил ещё на войне. А значит, к предупреждению следует отнестись почтительно. «Но всё равно своим ребятам ничего говорить не стану, лишняя нервозность только делу помеха» — решил мичман, дав себе зарок смотреть в оба за всех.

Знаком руки мичман дал сигнал всей цепочке развернуться фронтом на зюйд-вест. Но прежде чем продолжить движение, он поднёс поближе к лицу счётчик Гейгера со светящимся табло. Радиационный фон заметно вырос. Это означало, что они на верном пути. Свою дозу облучения они конечно схватят. Но об этом Серьга беспокоился меньше всего. Что это за штука такая — радиоактивное излучение — мичман представлял себе весьма смутно. Зато он знал точно, что как бы для любого из них всё не обернулось, — своих морпехи не бросают. Если появятся раненые, то парни сумеют как-нибудь дотащить товарищей до лодки. А там уже всё приготовлено для их приёма: кают-компания переоборудована в операционную, а судовой врач ждёт в полной готовности… Главное теперь выполнить приказ!

«Ладно, можно плыть дальше» — сказал себе Серьга. С этого места он возглавил цепочку, а надёжный, как скала Шенгелая занял его прежнюю позицию замыкающего. Впереди дно резко обрывалось в чёрную бездну. Согласно картам, здесь начиналась чудовищная пропасть по своей площади сравнимая разве что со знаменитым Гранд-Каньоном. Гигантская впадина простиралась в море на 145 километров и уходила в глубину на более чем три с половиной километра.

Свет прожектора с лодки едва достигал края обрыва. Конечно можно было вернуться за дополнительным оборудованием и использовать для поисков стационарное освещение. Установив мощные софиты, питаемые электроэнергией по проводам, можно было осветить приличную часть дна. Но с другой стороны, это могло их демаскировать. Да и времени на установку дополнительного оборудования нужно много.

Серьга трижды мигнул ручным фонарём, сигнализируя Шангелая, Никоте, Лапшину и Люсину, чтобы они приблизились. Когда ребята подплыли, мичман нарезал каждому сектор поисков. Сам он решил обследовать пятиметровую скалу по свою правую руку. Интуиция толкала его именно туда. Кроме того, возвышающаяся над местностью естественная пирамида являлась отличным ориентиром для остальных: в случае, если кому из подчинённых повезёт, он сумеет быстро найти командира.

Проплыв вокруг нагромождения каменных глыб, Серьга убедился, что искомого предмета здесь нет. К нему подплыл Шенгелая. Обычно невозмутимый грузин, у которого вместо нервов, похоже, были натянуты стальные струны, неожиданно стал показывать, что чем-то встревожен. Его глаза за стеклом маски были расширены и бегали по сторонам. Для начала Серьга двумя выставленными вилкой пальцами коснулся собственной маски. Это означало: «Смотри на меня!». Затем стал объяснять, что они обязаны завершить работу. В конце мичман указал рукой на специальный пистолет для подводной стрельбы, пристёгнутый к поясу здоровяка-южанина. Шенгелая показал, что всё понял и ввернулся в свой сектор.

Удача как обычно первому улыбнулась Костику Люсину. Недаром он слыл везунчиком. «Люсик» — так ласково звали белобрысого обаятельного вологодского паренька — несколько раз выигрывал в лотерею, легко влюблял в себя самых симпатичных девушек, и почти всегда счастливо избегал неприятностей с начальством. Миганием фонарика «Люсик» сообщил остальным, что объект обнаружен. Мичман находился дальше всех и прибыл последним. К моменту появления командира его парни уже изображали вокруг находки «танец радости». Подплыв, Серьга направил луч своего фонарика на бочкообразный цилиндр. Сердце его учащённо забилось. Вот она!

Большая часть корпуса этой штуковины зарылась в песок на самом краю обрыва, любое неосторожное движение грозило столкнуть ценный трофей в пропасть. Если это произойдёт, им всем несдобровать. К счастью, внимательный осмотр с помощью щупа показал, что цилиндр прочно сидит в грунте. Что ж, это хорошо. Главное теперь не спешить и действовать очень аккуратно. Ведь в этой штуке заключен сам дьявол. Впрочем, пока счётчик не регистрировал сильной радиоактивности, если только её не сносит течением.

Мичман деловито взглянул на часы. Кислорода у них остаётся менее чем на двадцать минут, так что неплохо бы поспешить.

Странный звук сразу привлёк к себе внимание. Он шёл издалека. Вибрирующий жутковатый рокот со встроенным стуком, похожим на удары молота по железной поверхности.

Что это? Серьга огляделся и заметил нечто странное: не было видно ни одной рыбы. А ведь минуту назад вокруг сверкали десятки пар глаз океанских созданий, которых влекло на свет фонарей! Куда же подевалась чёртова рыба?!

Сорокалетний бывалый мужчина лихорадочно искал объяснение происходящему. Между тем бросающий даже его — матёрого солдата в дрожь звук не стихал. Мичман пытался унять волнение, но внутренний голос настойчиво шептал: «Бросай тут всё и уводи людей, пока не поздно!». Чтобы скрыть безотчётный страх (ещё не хватало, чтобы подчинённые что-то заметили!) и взять себя в руки, мичман отплыл немного в сторону.

Наверху, там, куда не доставали лучи фонарей, что-то двигалось. Серьга поднял глаза и замер потрясённый, затаив дыхание: гигантская тень закрыла собой луну и звёзды. Вначале то, что там находилось, воспринималось как тёмная бесформенная масса. Но по мере того, как Серьга напряжённо, до рези в глазах, всматривался в движущийся объект, он стал различать тёмный силуэт. Мичман был потрясён невероятными размерами существа. Волосы зашевелились от ужаса у него под капюшоном гидрокостюма, а сердце отчаянно заколотилось. Однако он быстро овладел собой. И знаками приказал подчинённым уходить. Но уйти они не успели. Гигантский силуэт наверху круто пошёл вниз прямо на них.

В поле электрического света ворвалась акулья морда величиною с дом. Холодные глаза, не мигая, смотрели на двуногих насекомых. Акула раскрыла пасть, размерами напоминающую туннель, усеянный кольями зубов. Её холодные глаза прирождённого убийцы закатились назад. Чудовище схватило сразу четверых аквалангистов, которые держались компактной группой. Акула раздавила их в огромных челюстях; принялась аппетитно жевать, разбрызгивая из пасти головы и ошмётки тел. Торчащие наружу длинные ноги Шенгелаи в ластах дёргались, пока не исчезли в чёрном зеве.

Мичман Серьга находился в стороне и избежал мгновенной гибели. После первого шока им овладела ярость. Мичман поднял оружие и несколько раз выстрелил. Затем он метнулся к транспортёру. Серьга попытался прорваться к подводной лодке, но путь преградил стрелообразный хвост размером с киль самолёта. Чтобы избежать удара хвостовым плавником, который легко переломал бы ему все кости, мичман опрокинул подводный мотоцикл в пропасть.

Вокруг сомкнулась безмолвная тьма. Мичману не нужно было оборачиваться и пытаться разглядеть, что там во мраке. Он итак знал, что в десяти метрах за спиной неотрывно висит ненасытная пасть.

Чудовищное давление океанской толщи стремительно наростало: голову сдавило, словно тисками, последний вздох давался с невероятным напряжением. Он выбрал сам такую смерть, предпочтя её мучительной гибели в живой мясорубке. И даже когда череп мужчины сплющило в лепёшку и ломающиеся рёбра раздавили сердце и лёгкие, руки его ещё некоторое время продолжали крепко сжимать ручки подводного мотоцикла, который уносил тело солдата на дно каньона.