Град немертвых (СИ) - Лагунин Иван - Страница 40

— Таким я тебе нравлюсь больше?

— Если это не очередная маска, то да. Терпеть не могу, когда меня водят за нос, — ответил я.

— Этого никто не любит, — согласился мой собеседник. — Здесь я выбрал себе имя «Сург». Так называют мелких пакостных грызунов в моем мире. Почему-то когда-то мне показалось это забавным. Но это мое, конечно, не настоящее имя. Знаешь, почему?

Я хмыкнул.

— В Городе никто не знает настоящих имен.

Старик смерил меня долгим взглядом, а потом материализовал потрепанную бумажку и, четко выговаривая слова, зачитал:

— Меня зовут Аур дор Имаррант. Я рожден в году 783-м от воцарения Архора Имени такового Пятого в семье почтенного господина Чалмента дор Имарранта от его третьей и любимой жены в небольшом местечке под названием Абаррак на берегу Сиятельного Океана. Дожил до почтенных лет, занимаясь юриспруденцией, а также некими не слишком законными делами в славно порту Рахарка.

Смысл сказанного с трудом продрался сквозь целую гору незнакомых имени названий.

— Ну-ка, поясни.

Старик спрятал бумажку в Инвентарь.

— Какое имя я сейчас тебе назвал?

Что-то наш разговор все более отчетливо попахивал психушкой.

— Аур дор чего-то там… Имаррант.

— Аур дор Имаррант… Аур дор Имаррант… — он поперекатывал свое имя во рту. — Аур дор… как там дальше?

— Имаррант, твою мать!

Похоже, этот гад однозначно решил вывести меня из себя.

— Десять секунд и оно уходит. Исчезает, будто его и не было, — вздохнул он. — Дыра в защите Системы. Человек может помнить чужое имя, свое же, даже если случайно узнал, он забывает спустя десяток чертовых секунд. Хочешь узнать свое?

Я почувствовал легкое прикосновение чего-то неведомого. Чего-то такого, о чем я почему-то до сих пор не задумывался… А почему я об этом не задумывался? Почему меня до сих пор совершенно не интересовало кто я? Что это за место? Как я здесь оказался? И… зачем?

— Перед тем, как пережевать нас и выплюнуть, Город забирает самое ценное, что у нас есть. Память. Превращает нас в пустотелых болванчиков, озабоченных всякой ерундой. Кто-то озабочен выживанием, кто-то жратвой и женщинами, а кто-то местом под солнцем и властью. Чем угодно, только самого важного.

— И чем же?

— Глупый вопрос. Конечно, тем, как выбраться отсюда! Или ты не хочешь вернуться в свою мир и в свою жизнь?

— Я не помню своей жизни, может быть, я и не захочу в нее возвращаться.

Сург, он же Аур дор что-то-там хмыкнул.

— А я бы хотел. Сейчас я не помню почему, но я помню свое желание. Возможно, я был каким-то правителем в своем мире, ха-ха…

— Ты был юристом, промышляющим грязными делишками.

— Да? Что ж, в этом, видимо, была своя прелесть, ха-ха… — он грустно усмехнулся и замолк, глядя на огонь. Он уже почти совсем прогорел.

— Я все еще не вижу связи между твоим рассказом и мной.

— О, сейчас увидишь. Видишь ли. Черные — это тоже, своего рода, ошибка. Ошибка Системы, что укрывает этот мир своей пеленой. Коей подчиняются все, что ты здесь видишь. Среди таких, как я никогда еще не было Черных. У них свои пути. Но… увидев тебя, я решил рискнуть. У меня осталась лишь одна смерть. Закон гласит, что я должен подыскать себе приемника. Того, кто пойдет дальше. И я решил, почему бы приемником не стать молодому Черному? Тому, кого еще не поглотила Темная Сила? Кто еще помнит, как это — чувствовать? Такового еще не бывало. Вдруг, тебе удастся?

Ох… Мои мысли окончательно спутались. Черный, Темная сила, преемник? Голова трещала от новой информации. Она, то возникала в памяти, то вновь исчезала в пучине небытия. По вискам вдруг ударили молоты, и я со стоном завалился на пол.

— Ах, ты ж… — выругался склонившийся надо мной старик. — Слишком рано… Слишком рано… Я не успел рассказать тебе всего… Отвечай, Теодор, ты Вступаешь в Братство?

— К-куда-а?.. — промычал я, корчась от боли. Она заполонила меня всего, проникла в каждую клетку и жалила, жалила, жалила!

— Будем считать это за «да».

Сург положил мне руку на лоб. Вспышка… И тьма.

Спасительная холодная тьма.

Я проснулся, когда солнце уже стояло высоко в зените. Проникая сквозь окошко сияющим водопадом, оно заливало комнатку ярким светом.

Я лежал на диване. Поморщившись, принял сидячее положение. Левое плечо почему-то ужасно чесалось. Я взглянул на него…

Твою мать!

На нем угнездилась затейливая, но абсолютно непонятная татуировка. Какие-то змейки, квадратики, кружочки, палочки… Они сливались в сложный рисунок, суть которого я никак не мог уловить.

— С добрый утром!

Обернувшись, я увидел…

Юра? Нет. Зеленокожий был лишь отдаленно похож на Юру.

Зеленокожий весело лыбился, явно наслаждаясь произведенным эффектом.

— Это я, Сург.

И тут же по моей черепушке прошлась жаркая болезненная волна. Против воли я застонал, но она быстро прошла. После чего я вспомнил наш вчерашний разговор.

— Сколько же у тебя масок, Аур?

— Это мое имя? О… красивое… Немного. Сейчас четыре. Утром я отослал Щачлу и твою женщину в Чаграк. Не беспокойся за нее. Я передал записку старейшинам орчей. За ней присмотрят.

— Со Щачлой? Да ты рехнулся!

— Может быть, чуть-чуть, ха-ха! — усмехнулся Сург, но потом посерьезнел. — Не беспокойся. Теперь, когда он изгнал из нее Силу Нижних, Бугру она не интересна.

— Да ладно? Я же только что серьезно отдавил ему несколько мозолей! Еле замял!

— Тем более. Нужно быть совсем идиотом, чтобы снова лезть в только что законченное дело. А Бугор кто угодно, но только не идиот.

Не нравилось мне, ой как не нравилось, что этот хрен взялся за меня решать, что для меня лучше, а что хуже.

Я вновь посмотрел на татуировку. Было в ней что-то… не неприятное… но нестандартное. Попытался даже рассмотреть в ней магию, но ничего не увидел.

— Хватит рассиживаться. Собирайся. Нам предстоит дальняя дорога.

— Наши хроники уходят в прошлое примерно на семьдесят лет. Скорее всего, Братство было и до этого, но Первые по какой-то причине решили не рассказывать нам о его зарождении. Наша цель — выбраться отсюда. А для этого нам нужно понять, что есть Город, кто построил Город и зачем этот Город. Укутавшая его Система подавляет крамольные мысли, Знак, что я тебе нанес, слегка ослабляет это влияние. Год за годом, десятилетие за десятилетием, мы накапливаем знания. Ищем лазейки, дыры в коде, чтобы однажды…

Сург замолк. Мы спустились на первый, заполненный зомбарями этаж.

—…Чтобы однажды достичь своей цели. Ну что, за работу?

К этому времени мочить медляков я уже мог, наверное, десятками. Странно было вспоминать, что эти неповоротливые увальни когда-то казались мне шустрыми. Было такое ощущение, что и без полуактивного Черного Меча мои рефлекса стали заметно бодрее. Должно быть, дело в возросшем уровне.

Расчистив себе проход, мы вышли на улицу. Она была практически пуста. Лишь вдалеке виднелась пара пригорюневшихся у стены зомбарей.

— Откуда они вообще берутся? — спросил я, кивнув на трупаков.

— Они появляются ночью. Обязательно вдали от людских глаз. Щель в этом слое реальности или прореха в мирозданье… не знаю. Вот ничего не было, а вот уже появился немертвый.

Мы не торопясь шли на восток, а Сург все говорил и говорил. Иногда сбиваясь и повторяясь (я и сам ощущал некоторую путаницу в мыслях — Знак все же не мог полностью блокировать воздействие Системы), снова возвращаясь к уже рассказанному и постепенно, шаг за шагом, продвигаясь дальше.

На самом деле, не столь много он и знал… Хотя, конечно, смотря с чем сравнивать. Братство собирало эту информацию по крупицам.

Более разговорчивые, «взломанные» Хранители, тайные Храмы, система иных Знаков, Места Силы, особые Умения и где их искать.

Но чем дальше он говорил, тем я все более четко осознавал, что на деле за эти десятилетия Братство практически не продвинулось к цели. Да, они отлично научились находить лазейки в Системе, использовать ее ошибки и ее механику. Но те вопросы, что Сург озвучил мне утром… на них ответа, как не было, так и нет.