Туман. - Богатикова Ольга Юрьевна - Страница 8

***

На ужин Солус, как и всегда, явился раньше меня. Он снова ничего не ел, зато – очевидно, для разнообразия – что-то неторопливо пил из большой керамической кружки.

Мои восторги по поводу «Сказок нянюшки Матильды» барон выслушал с улыбкой, а на вопрос, нет ли у них продолжения, только покачал головой.

– Его нет, и это совершенно точно, – сказал Эдуард. – Возможно, последняя сказка оказалась незаконченной, потому что из блокнота выпали несколько последних листков. Если хотите, я могу их поискать. Или поищите сама – скорее всего, они лежат на третьей полке шестого стеллажа. Сборник Аннабель все эти годы хранился именно там.

– Чудно, – кивнула я. – В таком случае, мне и правда лучше поискать самой. Я ведь все равно проведу в библиотеке все утро. Кстати, Эдуард. Вы говорили, что с завтрашнего дня в Ацере возобновляются экскурсии.

– Да, так и есть. И вы по-прежнему можете к ним присоединиться. Я предупрежу об этом гида.

– Спасибо.

Несколько минут мы молчали: я ела куриный салат, Солус пил свой напиток.

– Как дела в Бадене? – поинтересовалась, отодвигая в сторону пустую тарелку.

– Как обычно, – пожал плечами барон. – Серо, грязно, печально. Вы уже гуляли по этому городу?

– Нет, я была только на железнодорожном вокзале, а с него сразу же отправилась в Ацер.

– На самом деле Баден достаточно уютен и живописен, – заметил Эдуард. – Там есть старинная церковь, множество средневековых улочек с каменными двухэтажными домами, несколько старинных кафе. А здание городского совета и вовсе считается памятником архитектуры. Однако в ноябре там уныло. По крайней мере, так кажется мне.

– Вам здесь скучно, верно? Вы говорили, что раньше жили за границей.

– В Ацере хватает дел. Тут постоянно что-то рушится, ломается, выходит из строя. У меня создается впечатление, что замок пытается этим привлечь к себе внимание. Его можно понять – на протяжении столетий здесь кипела жизнь: звучали голоса, рождались и умирали люди. Десятилетия тишины сводят Ацер с ума. Не могу сказать, что мне здесь скучно. Тут мой дом, София. Я люблю эти стены, и хочу, чтобы они простояли, как можно дольше. Я действительно долгое время жил в другой стране, и это было очень интересное время. Но сейчас я здесь. И это хорошо.

Он говорил мягким спокойным голосом, на его губах время от времени мелькала улыбка, но взгляд был печален. Я слушала его и думала о том, что этот человек, должно быть, очень одинок.

– Где ваши родные, Эдуард?

– Умерли, – он поставил свою чашку на стол. – Много лет назад.

– А жена?

Солус покачал головой.

– Я никогда не был женат, София. Вы, как я понимаю, тоже не замужем.

– Почему вы так думаете?

– Муж не позволил бы вам так долго находиться в тысяче километров от дома в компании малознакомого мужчины.

– Резонно, – усмехнулась я.

Да, с замужеством у меня пока не сложилось. И, на мой взгляд, в этом нет ничего страшного. Мне всего-то двадцать семь лет, а значит, я еще успею и найти жениха, и родить детей, и построить карьеру, и даже научиться плести кружева. При условии, что буду правильно распределять свое время и не стану размениваться по пустякам. По крайней мере, так говорит моя бабушка, а бабуле я доверяю безоговорочно – у меня еще не было повода, чтобы усомниться в ее правоте. Между тем, мы с Эдуардом не настолько близко знакомы, чтобы обсуждать чью-либо личную жизнь, а потому тему разговора лучше сменить.

– В субботу мне нужно побывать в Бадене, – сказала я. – Говорят, что между ним и Ацером курсируют автобусы.

– Верно, – кивнул Солус. – Они ходят через каждые два с половиной часа, начиная с девяти утра. Вы намерены провести в городе весь день?

– Да, скорее всего. Нужно отослать брату фотографии чертежей, а еще посмотреть средневековые улочки и старинные кафе.

– Я мог бы отвезти вас туда сам, – заметил Эдуард. – Личный транспорт гораздо удобнее общественного.

– У вас в Бадене дела?

– Нет. Просто мне хочется составить вам компанию. Поверьте, я знаю этот город как никто другой, и могу показать множество его интересных уголков. Если вы, конечно, не против.

– Я только за, – кивнула ему.

Прогулка с этим мужчиной определенно была хорошей идеей. Я посмотрела на стоявшую на столе пустую чашку, немного подумала и спросила:

– Эдуард, могу я задать вам личный вопрос?

В его глазах появился интерес.

– Задавайте.

– Чем вы питаетесь?

Интерес во взгляде Солуса сменился удивлением.

– Простите?

– Я ни разу не видела, чтобы вы ели, – смущенно объяснила я. – Мне начинает казаться, будто вы приходите в столовую только для того, чтобы я не скучала в одиночестве.

Эдуард усмехнулся.

– В целом так и есть. У меня особый режим питания, София, и особая диета. Мои приемы пищи не совпадают с вашими по медицинским причинам. Поверьте, я не голодаю. В столовую же действительно прихожу, чтобы составить вам компанию, а заодно узнать, нужна ли какая-нибудь помощь.

Я почувствовала, как мои щеки заливает краской.

– Спасибо за объяснение.

– Пожалуйста, – улыбнулся он. – Обращайтесь.

Туристы прибыли в Ацер в двенадцатом часу дня. В какой-то момент через приоткрытые двери библиотеки послышались громкие голоса и щелчки затворов фотоаппаратов. Я отложила в сторону мыльницу и поспешила на звук. Успела к самому началу экскурсии – посетители как раз выстроились в холле первого этажа напротив высокой худощавой женщины в строгом коричневом жакете.

Я невольно улыбнулась – точно такой пиджак носила моя преподавательница истории и литературы. Собственно, госпожа гид была на нее похожа не только этим – та же прямая спина, те же седоватые каштановые волосы, тот же умный внимательный взгляд. Увидев меня, женщина кивнула. Видимо, Эдуард, как и обещал, предупредил ее обо мне. Я кивнула в ответ и присоединилась к остальным экскурсантам.

– Добрый день, дамы и господа, – сказала гид. – Меня зовут Руфина Дире. Я рада приветствовать вас в старинном замке, полном тайн и загадочных историй. Ацер уникален. Здесь сохранились не только подлинные вещи, которыми пользовались аристократы прежних столетий, но и восхитительная атмосфера нескольких эпох – от средневековья до так называемых изящных времен. Прошу вас, следуйте за мной.

Рассказ госпожи Дире оказался очень интересным. Переходя из комнаты в комнату, она рассказала о том, когда и кем был основан Ацер, коротко обрисовала, как он переходил из рук в руки, пока не стал семейным гнездом баронов Солус.

– Скажите, не с этим ли замком связана история про вампиров? – спросил один из экскурсантов, когда мы вышли из очередного зала.

– С этим, – кивнула госпожа Дире. – В позапрошлом веке Баден и Ацер оказались в центре эпидемии холеры. Ее ужасные последствия породили в воображении людей немало фантазий, которые превратились в страшные сказки.

– Так значит, крестьяне действительно брали замок штурмом, а потом устроили пожар?

– Это выдумки, – улыбнулась экскурсовод. – Местные жители с уважением относились к Солусам и ни при каких обстоятельствах не стали бы жечь их жилище. Скажу больше: после того, как холера выкосила его хозяев, Ацер ни разу не подвергался нападению грабителей. А ведь он стоял пустым почти сорок лет – до тех пор, пока его не навестил сын последнего выжившего барона. Кстати. Сейчас мы с вами входим в среднюю галерею – переход между центральной частью замка и его правым крылом. Обратите внимание на эту стену: здесь висят семейные портреты Солусов. Все они – отличные образцы живописи прошлых веков. Наши аристократы не позировали местным самоучкам, их писали только столичные мастера. Особенно хорошо сохранились три последних портрета. Это старый барон и двое его детей – сын Антуан и дочь Аннабель.

Услышав имя юной сказочницы, я встрепенулась и поспешила продвинуться вперед. Изображения брата и сестры висели рядом, а их сходство сразу же бросалось в глаза. Они были одинаково темноволосы и кареглазы, имели острые скулы и удивительно красивые губы – точеные, будто вышедшие из-под руки великого скульптора. Точно такие, как у нынешнего хозяина Ацера. Похоже, эти губы – семейная особенность Солусов.