Ведьма без ковена (СИ) - Горенко Галина - Страница 41

Ворота особняка уже были распахнуты, нас явно здесь ждали, а мужчины, бросившиеся практически под колеса авто, лишь подтвердили догадку. Витторо рывком распахнул переднюю дверь и подхватив супругу на руки стремглав направился к дому. Я бы и рада была выйти самой, что бы мою заминку Артур не воспринял, как руководство к действию, но ноги меня не слушались.

То ли от пережитого страха и беснующегося в крови адреналина, то ли от удара о землю, но нижние конечности мелко тряслись и не слушали приказов мозга, встать и идти.

Инквизитор с улыбкой поднял меня на руки, одновременно запуская свою лечебную магию. Ох, как же хорошо. Если Артур будет каждый раз носить меня на руках, я быстро привыкну.

— Ну и привыкай на здоровье, облачко, — ответил он вслух моим мыслям. Я что, всё это сказала в слух?

— Нет, не в слух, но просто у тебя такая живая мимика, да и потом, ты всё время забываешься со мной, и это чертовски приятно. Все, кто знает мою маленькую тайну стараются держаться со мной отчужденно, хотя специально, я никогда их не читаю.

— Почему? — уже точно в слух спросила я.

— А тебе бы хотелось, чтобы все твои эмоции и желания, даже самые сокровенные, которые ты прячешь от самой себя, знал кто-то посторонний?

Конечно же нет.

— То-то и оно. И обычно я сдерживаю свой дар, но ты рушишь выстроенные годами стены, удивляешь меня.

— А хочешь я удивлю тебя снова? — спросила я, и дождавшись уверенного кивка-продолжила. — Я уверенна, что знаю, кто пытался меня прикончить сегодня.

Приятно удивить человека, которого, по его словам, уже ничем не удивишь.

— Облачко, я весь внимание, — произнес слегка ошарашенный Артур.

— А всё просто, как два в квадрате. Первым делом, получив в наследство силу, дом и счет в банке, я не стала колдовать, устраивать вечеринки и транжирить деньги. Я тщательно изучила бумаги, оставленные мне родственницами, документы, счета и выписки.

Раз в квартал бабка отправляла приличную сумму своей внучатой племяннице. Думаю, она старалась подстраховаться. Я запомнила это просто потому, что у этой дальней родственницы была двойная фамилия. Апакаре-Кромус.

Как ты понимаешь, получив столь категоричное по времени приглашение от поверенного я удивилась, он не приемлел отказа или отсрочки, настаивал именно на этом дне и времени, упорно рекомендовал ничего не менять в делах и вообще не забивать мою прелестную головку такими сложными мелочами.

На его стене, как у многих специалистов, я заметила несколько дипломов с пресловутой фамилией, а на столе фотографии, со свадьбы сына. Они очень похожи, — ответила я на поднятую в немом вопросе бровь. Вообще инквизитор меня не прерывал, слушал внимательно, периодически кивал. Скепсиса в его лице не было ни на гран, безоговорочное доверие и заинтересованность. Это льстило.

— И последнее: способ, которым меня хотели прикончить, уж очень человеческий и крайне ненадежный. Ну какова вероятность того, что, попав под машину я погибну. Та ведьма, она била наверняка.

— Знаешь, простота и логичность в твоих рассуждений изумляют. И не потому, что ты производишь впечатление глупенькой вертушки, просто мы, в нашем замкнутом мирке настолько привыкли полагаться на магию, что совсем забываем о других способах умереть. Тем более, вокруг тебя сейчас такая концентрация фатального ведьмовства, худшего из того, что может предложить тебе наш мир.

Я осторожно потянулась и с облегчением выдохнула, спина не болела, а затылок перестал гудеть. Встав, я предложила Артуру чай. Молотые зерна закончились еще утром, а беспокоить уставшую девушку с вопросом: где тут кофемолка, я не решилась.

Пока маг звонил подчиненным и вкрадчивым, тихим голосом, от которого у меня по спине бегали мурашки, раздавал указания по задержанию нотариуса, я хозяйничала на кухне. В покупках Франчески была кое-какая еда, и я разложила скоропортящиеся продукты в холодильник. Крошечный бумажный пакет был из аптеки, как я это поняла? Да все просто, в нем лежали разнообразные баночки-скляночки, витамишки, упаковка леденцов от кашля и упаковка тестов на беременность.

Черт побери.

Еще утром, я обратила внимание, как Франи, когда забывается, с задумчивой улыбкой придерживает живот, типичный жест защиты. Меня бросило в жар от стыда. Что-что, но я никогда не была на такой махровой эгоисткой, чтобы не понимать, мое дальнейшее присутствие в доме приютивших меня магов невозможно.

Подвергать опасности не одного, а уже двух человек, я не хочу, тем более Франческе и так уже сегодня досталось, опустошить резерв — это вам не фунт изюма. В случае угрозы у неё не будет шанса выстоять просто потому, что она спасала меня.

Не смогу себе этого простить.

Когда Артур закончил разговор, я решила, что я буду делать дальше.

По заверениям сотрудников Инквизиции фамильный особняк Апакаре вновь стал для меня сейчас одним из самых безопасных мест.

Воздействие руны-паразита было сведено на нет. Периметр и сам дом теперь были дотошно и с пристрастием зачищены, и, теперь, как и прежде, в родовом поместье я чувствовала себя комфортно и на своем месте. Едва я переступила порог, сила источника позвала меня к себе, робко, просяще, и я не смогла отказать. Да и зачем.

— Ты не будешь против подождать меня, мне очень нужно, — мыслями я была далеко, и едва не пританцовывала на месте от нетерпения.

— Я понимаю, — ответил Артур. Он вызвался сопровождать меня, и я с благодарностью согласилась, но сейчас не могла играть роль гостеприимной хозяйки. — Иди.

Мне просто необходимо было спуститься к источнику, потребность посетить место сумеречной силы было неудержимым, а желание окунуться в источник нарастало в геометрической прогрессии.

Феня счастливо зафыркал и обернулся позолоченным браслетом вокруг моего запястья, он поддерживал моё стремление спуститься к месту силы и мурчал, и тарахтел как холодильник «Юрюзань», словно был не лисом, а котом. Мои шаги гулко раздавались по деревянной лестнице пустого дома, по стенам плясали тени от едва теплящихся свечей, но как только я ступила на мраморный пол Сумеречного святилища пламя факелов вспыхнуло с невероятной силой.

Языки огня игриво лизнули высокие своды куполообразного помещения и нехотя вернулись в привычное вместилище. Я несмело шагнула к чаше отбрасывая возникшую неловкость, воспоминание о том, как может наказать источник, непроизвольно возникли пред мысленным взором, а густой запах меди, так и не выветрившийся из просторного помещения, напоминал о том, что здесь было пролито немало крови.

Я вдохнула горчащий воздух, как перед нырком на большую глубину, и поднесла руки к зеркальной поверхности, а затем опустила их, потревожив покой ртутных вод.

— Спасибо, — мысленно шептала я, погружаясь глубже. Ласковые клубы тумана приветствовали меня, словно теплый прибой, лижущий тропический песок, — спасибо, мой хороший. Ты сделал все, что мог, — продолжала я благодарить источник.

Сила хлынула в меня, наполняя, насыщая, возвращая привычную целостность. Мощь опьяняла, дарила легкость, голова кружилась, как от молодого вина. Я счастливо засмеялась, выплескивая радостные эмоции, удовольствие от воссоединение переполняло меня до краев, я словно встретилась с лучшим другом, после несуразного расставания.

Не знаю сколько времени я провела в состоянии легкой эйфории, я никогда в своей жизни не пробовала наркотики, никакие, вообще, даже никотин, хотя все мои друзья рано или поздно, но поддавались этой гнусной привычке, но сейчас мне казалось, что я нахожусь под какими-то препаратами. Мои чувства обострились, картинка стала ярче и четче, запах меди усилился, но теперь он меня не раздражал, к нему примешивались эмоции, отчаяние, страх и досада, и кажется я поняла, что чувствовали те двое.

Поняв мои намеренья подняться наверх, источник коснулся моей ладони прощальным поцелуем, а ярко пылающие факелы практически потухли, провожая меня.