"Фантастика 2023-119". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Шведов Сергей Владимирович - Страница 869

— Конечно, господин фельдмаршал, — Груздев пожал плечами и ослепительно улыбнулся.

— Отлично. Тогда, думаю, нам нужно продолжить наш марш, — офицеры поднялись со своих мест и потянулись к выходу, негромко переговариваясь между собой.

— Как ты думаешь, Петр Петрович, дойдем ли мы до Дрездена ни разу с прусаками не повстречавшись? — оставшийся в шатре фельдмаршала Петр Семенович Салтыков со своего места изучал карту местности.

— Вот уж вряд ли, — Ласси вздохнул. — Я точно знаю, что нам навстречу Курт фон Шверин с двенадцатью тысячами прет. Нам остается лишь выбрать наиболее подходящее место, чтобы бой принять, имея хоть небольшие преимущества.

— Преимущества мы уже имеем, главное, чтобы покрепче Данилова к телеге привязать, чтобы он своими гаубицами не хвастал направо-налево. Молод еще шибко, все хочет славы, да почета.

— А кто их не хочет? — Ласси провел пальцем по карте. — Это правда, что его гаубицы поверх голов солдат могут стрелять?

— Да, я присутствовал при их испытаниях, — кивнул Салтыков. — А еще я был в Туле. — Он задумчиво посмотрел на Ласси. — Ты же слышал, какого шороху навел Великий князь, когда путешествовал до Урала?

— Об этом путешествии вся Российская империя знает, — хмыкнул Ласси.

— А ты знаешь, что он готов дать послабление Туле и увеличить срок долговых работ для торгового люда, ежели они поспособствуют работе химиков и оружейных мастеровых, чтобы они сумели такой состав изобрести и применить его в оружие, которые позволят порох на полку не насыпать?

— Это невозможно, — неуверенно проговорил Ласси. — А как тогда его поджигать?

— Загадка, которую сразу два мастера обещали ему решить, как только найдут вещество, способное от удара порох воспламенять, — Салтыков вздохнул. — Сказки это, конечно, но только представь себе, как бы изменился характер боя в таком случае.

— Даже представлять не хочу, зачем голову несуществующими мечтами забивать, когда у нас скоро бой предстоит? Фон Шверин серьезный противник, его никак нельзя недооценивать.

— Тогда ищи место, где на подходе пруссаки будут ниже нас, — посоветовал Салтыков. — Тогда и солдат сбережем и гаубицы к радости Данилова испытаем. — Он встал и пошел к выходу из шатра, бросив по дороге взгляд на картинки, представляющие русскую армию в омерзительном свете. Детей жрем, надо же. А евреи кровью младенцев причащаются. И что еще, господа из Ганновера, вы сможете придумать?

К Амстердаму подъезжали уже поздно вечером, но решили не останавливаться и заночевать уже в доме, приготовленном для меня и моей немногочисленной свиты, с которой я прибыл сюда почти инкогнито.

Возле городских ворот нас встречал Криббе, чтобы проводить в дом своего друга, у которого, собственно, и решено было остановиться.

Ночной Амстердам хоть и не жил той немного странной ночной жизнью, которую я видел в той своей жизни, посетив этот город, но и не засыпал, как небольшие городки, мимо которых мне суждено было проехать. Повсюду горели огни, то и дело слышались музыка, взрывы смеха, ржание лошадей, запряженных в кареты, ожидающие своих господ, которые в это время веселились на званных приемах.

— Здесь всегда так? — спросил я, кивая на дом, больше похожий на дворец, из дверей которого в это время вышли мужчина и пышно одетая дама, а к ним тут же подкатил экипаж.

— Сезон начался, — ответил Гюнтер. — Летом как-то поспокойнее, все в загородных домах от светских развлечений отдыхают.

— А мне казалось, что Голландия — это республика, — я оглянулся на расцвеченный огнями дворец.

— Это не мешает ей быть населенной аристократией, в основном немецкой, — Криббе тоже обернулся на дворец. — Вы скоро тоже получите пару приглашений, это неизбежно, особенно после того, как вы разберетесь с Голландской Ост-Индийской компанией. Мы приехали, — Гюнтер кивнул на большой дом, мало чем уступающий тому дворцу, мимо которого мы только что проехали.

— А неплохо здесь живут купцы, — я присвистнул, разглядывая двухэтажное строение, построенное в форме подковы, видимо, чтобы пол-улицы не занимать.

— Здесь так живут все, у кого есть деньги, чтобы так жить, — пожал плечами Криббе соскакивая с лошади и хватая моего жеребца за узду, чтобы я смог спокойно спешиться. — У Кристиана Ван Вена деньги есть, так что... — его прервал этот самый Кристиан, выбежавший на крыльцо, чтобы встретить дорогих гостей, которых, подозреваю, он бы еще лет сто не видел.

— Ваше высочество, я так рад приветствовать вас в моем скромном жилище, — он был высок и крепок, и напоминал своими габаритами медведя средней упитанности, поэтому его поклон выглядел несколько нелепо, но я промолчал и кивнул в ответ.

— А уж как я рад знакомству, — рядом со мной встали Олсуфьев и Федотов, а также Ванька Шувалов, которого я забрал с собой.

— Пройдемте в дом, ваше высочество, — засуетился Ван Вен. — Я велел приготовить ванну, чтобы вы смогли освежиться, а затем подадут ужин в столовой. Я вам сейчас покажу ваши комнаты.

— Не нужно, господин Ван Вен, Гюнтер проводит меня, не беспокойтесь, — я прервал поток слов, которые могли нас всех утопить. — Встретимся за ужином.

Дом был вполне уютным, но все же чувствовалось, что здесь нет хозяйки. Отсутствие женской руки ощущалось на таких мелочах, как отсутствие штор на некоторых окнах, или в пустых вазах, стоящих на многочисленных столиках, да много в чем еще.

Комнаты, выделенные мне, поражали сдержанной роскошью и вполне современными удобствами, вроде туалета. Сам дом был расположен рядом с каналом, так что, думаю, проблема канализации решалась просто. Вот только воду из этого канала я не рискнул бы брать.

— Он что сам переселился куда-то на чердак, а мне предоставил свои комнаты? — спросил я Гюнтера, который расположился в кресле, вытянув свои длинные ноги и закрыл глаза. По его слегка землистому лицу было видно, как он устал.

— Не исключено, — ответил Криббе, не открывая глаз. — Ваши морские волки, которых вы мне прислали, старше меня и намного, особенно адмирал Соймонов. Но, Петр Федорович, в то время как я хочу упасть на кровать и проспать пару суток, они выглядят и чувствуют себя как двадцатилетние юнцы, радующиеся, что могут посещать бордель без всяких ограничений. Откуда такая прыть?

— Они очень давно были лишены моря. А для настоящего моряка — это не просто трагедия, это гораздо больше. И теперь им вернули море и корабли, конечно, они счастливы.

— Никогда не понимал моряков, — проворчал Криббе.

— Ну, это люди совершенно иного склада, нежели мы, сухопутные, — пришедшую помочь мне вымыться служанку развернули, я чуть не рассмеялся, разглядев ее по-настоящему расстроенную хорошенькую мордашку. Наскоро ополоснувшись в уже успевшей остыть воде, я вернулся в спальню, тщательно вытирая свои короткие волосы полотенцем, чтобы побыстрее высохли. — Например, возьмем меня. Мне уже плохо от того, что скоро мы сядем на корабль, чтобы двинуться на нем в Киль, а ведь я еще даже не видел моря, не разглядел его в темноте.

— Не все могут переносить морские путешествия стойко, — Криббе открыл глаза и посмотрел на меня сочувственно. — Просто вам не повезло родиться среди тех, кто страдает морской болезнью.

— Это ужасное чувство, просто ужасное, — пожаловался я, и отбросил в сторону полотенце. Подойдя к зеркалу, я увидел чучело с вставшими дыбом волосами. Покачав головой, я взял в руки щетку для волос, чтобы не вводить в моду прическу а-ля взрыв на макаронной фабрике. — Вы уведомили совет директоров о завтрашней встрече?

— Да, я лично развез пятнадцать приглашений, остальных уведомили с нарочными.

— И как, они меня ждут? — я усмехнулся.

— Еще как, — Криббе потянулся. — На вашем месте я не стал бы ничего пить и есть на завтрашней встрече.

— Все так плохо? — я отложил щетку и накинул камзол. Жрать хочу и спать и не понятно, чего больше.

— Это не передать словами, Петр Федорович. — Криббе встал. — Пойдемте отдадим должное кухне Кристиана. Его повар сейчас будет подсматривать в щелку, и получит удар, если увидит на вашем лице недовольство. Так что прошу держать себя в руках, будет аль потерять маэстро. Ведь он действительно отличный повар.