Харшини - Фаллон Дженнифер - Страница 105

Оглядевшись вокруг и осознав, что сражаться здесь больше не с кем, Дамиан уложил меч поперек седла и посмотрел на Цитадель. Даже в ярком свете дня крепость продолжала светиться. Лучники, стоящие на ее стенах, опустили луки, потому что на расстоянии полета стрелы не осталось никого, кроме медалонских солдат.

Раздался трубный сигнал, и он увидел, как боевые знамена поползли вниз, сменяясь синими флагами, которые они уговорились поднимать в знак победы.

Над полями пронесся радостный гул. Дамиан осматривал поле проведшей битвы, чувствуя себя слегка обескураженным. Как и тогда, на северной границе, ему показалось, что вместо благородной войны он попал на бойню. Единственным достойным его противником могли бы стать защитники, а он сам заключил с ними союз. Может быть, лучше было бы остаться дома и строить план захвата Медалона. Тогда, по крайней мере, ему была бы гарантирована честная драка.

— Ваше высочество? Принц Дамиан?

Он развернулся в седле и увидел защитника, скачущего навстречу.

— Я Дамиан Вулфблэйд.

Защитник коротко отдал честь.

— Ваше высочество, Лорд Защитник передает вам свои поклоны и приглашает к себе в Цитадель.

— Отлично.

— Не знаете ли вы, где я могу найти короля Фардоннии, сэр?

— Где-то там, — ответил Дамиан, неопределенно махнув рукой в направлении командного пункта, находящегося в нескольких лигах от них. Чем позже Габлет присоединится к ним в Цитадели, тем лучше. Он хотел без помех поговорить с Тарджой. — Там его штабной шатер.

— Благодарю вас, сэр.

— Кстати, лейтенант!

— Что, ваше высочество?

— Когда вы переговорите с королем Габлетом, не могли бы вы заодно попросить лорда Хоксворда забрать мою жену и привезти ее в Цитадель?

— Конечно, ваше высочество.

Защитник поскакал к штабному шатру, а Дамиан повернул своего жеребца в сторону Цитадели.

— Можно подумать, ты прямо из преисподней, — заявил ему Тарджа вместо приветствия.

Дамиан устало улыбнулся и спешился, передав поводья стоявшему рядом кадету. Мальчик почтительно принял их и увел жеребца.

— Да, знаешь ли, некоторым пришлось подраться, а не сидеть в Цитадели, изображая Лорда Защитника. Каким образом, во имя всех богов, им удалось уговорить тебя взяться за эту работу?

Тарджа сморщился.

— Это долгая история. Смотри-ка, ты ранен.

Дамиан опустил взгляд на запачканный кровью рукав, озадаченно прощупал руку и, не почувствовав боли, пожал плечами.

— Не моя кровь. Не мог бы ты найти мне чистую одежку до того, как сюда доберется Адрина? Если она застанет меня в таком виде, вот тогда мне действительно не обойтись без ран. Я ведь обещал ей, что не стану ввязываться в схватку.

— Не может же она всерьез ожидать, что ты будешь стоять в сторонке?

— Кто ее знает; — пожал плечами Дамиан.

Он поднялся вслед за Тарджой по широким закругленным ступеням ко входу во внушительное здание, смутно напоминающее один из храмов Гринхарбора. Тарджа отворил тяжелую дверь, и Дамиан шагнул внутрь, замирая от изумления.

— Храм богов, — благоговейно прошептал он.

— Мы обычно называем его Главным залом, — заметил Тарджа с легкой улыбкой.

— Поверить не могу, что вы оставили его нетронутым.

— Мы и не оставили. Просто королева харшини, возвратившись, восстановила тут прежний порядок.

Дамиан усмехнулся.

— Должно быть, для такого атеиста, как ты, это был удар в самое сердце. Представишь меня королеве?

— Конечно. Она скоро придет сюда.

— А где дитя демона? Я думал, что она будет стоять на крепостной стене и разить врага огненными шарами.

— Р'шейл теперь спит без просыпа.

— Спит?

— Она говорит, что уничтожила Хафисту.

— Значит, у тебя теперь одной головной болью меньше? — Он хлопнул Тарджу по плечу, показывая, что шутит. — То есть действительно просто спит? А не лежит без сознания? А что говорят по этому поводу харшини?

— Они не придают этому особого значения.

— Значит, и тебе не стоит.

Они прошли в дальний придел храма, к длинному полированному столу, стоящему в тени массивного Всевидящего Кристалла. По сравнению с ним камень в храме Гринхарбора казался просто маленьким. Дамиан пожалел, что с ним нет Калан. Она бы многое отдала, чтобы попасть в легендарный харшинский храм в Цитадели и посмотреть на его кристалл.

Они приблизились к столу, и стоящие на страже защитники вытянулись по стойке «смирно». Тарджа послал одного из них за чистой одеждой для Дамиана, а тот распустил шнуровку своего кожаного нагрудного панциря и снял его через голову.

— Ты припас что-нибудь выпить или это будет долгая и скучная официальная встреча?

Тарджа улыбнулся и послал защитника за вином. Тот вскоре вернулся с графином, двумя бокалами и комплектом чистой одежды.

Дамиан проглотил первую выпивку, быстро переоделся, выпил второй бокал и только после этого рухнул в одно из высоких кресел, стоящих вокруг стола.

— Как я понимаю, мы собрались здесь, чтобы как следует запугать кариенских герцогов? — осведомился он, наливая себе следующую порцию.

— Да, мне тоже приходила на ум эта мысль.

— Хорошая идея. А где они?

— Я предлагаю подождать, пока к нам присоединятся Габлет и Шананара, а потом уже ввести их.

Дамиан одобрительно кивнул.

— Ты неплохо справляешься со всей этой дипломатией.

— Надеюсь. А каково тебе быть Высочайшим Принцем?

— Меня просто тошнит от этого. Пару недель назад пришлось убить кариенского ребенка. Он пытался отравить Р'шейл. В жизни не приходилось сталкиваться с более мерзкой ситуацией.

— Р'шейл мне ничего не рассказывала об этом.

— И не станет — после того, что там учинил Брэк. Кстати, где он? Присматривает за дитя демона?

— Он умер.

Эта новость поразила Дамиана почти так же сильно, как равнодушный тон Тарджи, сообщающего об этой смерти.

— Что ж, Адрина будет рада. А то она собиралась убить его сама.

Дверь в зал отворилась, и на пороге показалась женщина. Сначала Дамиан решил, что это Р'шейл, но, по мере того как она приближалась, по ее черным глазам и окружающей ее атмосфере безмятежного спокойствия он догадался, что это королева харшини. Он вскочил на ноги и низко поклонился ей, когда она приблизилась.

— Ваше величество.

— Высочайший Принц, — ответила она милостиво и обратилась к Тардже: — Я надеюсь, ты не станешь возражать, Тарджа, — я послала часть моих людей, чтобы они помогали раненым.

— Конечно, я не возражаю, но разве для них не мучительно пребывание на поле битвы?

— Мы не приемлем жестокости, господин, но еще больше не приемлем мучений. И не бойся за моих людей. Они не такие неженки, как тебе кажется.

— Тарджа!

У входа в зал Тарджу подзывал Гарет Уорнер, комендант Сестринской общины, которого в свое время Сестринская община послала разбираться с тем, что происходит на северной границе. Тарджа извинился и, поспешно поднявшись из-за стола, подошел к нему. Вернулся назад он в сильной задумчивости.

— Что случилось?

— Мы только что получили сообщение из Ярнарроу. Яснофф умер. Покончил с собой в тот самый день, когда Р'шейл сказала, что убила Хафисту.

Шананара спокойно выслушала эту новость.

— Он правил Кариеном по воле бога. Со смертью Хафисты он потерял и корону, и смысл жизни.

— Кто теперь будет править Кариеном?

— После смерти Кратина следующий наследник, некто, называемый Дрендином. Племянник Ясноффа. Видимо, он здесь, среди пленных герцогов.

— Дрендин? — воскликнул со смехом Дамиан. — Ну, Тарджа, интересные дела. Он же совсем мальчик. И я уверен, что его не готовили править такой огромной страной, как Кариен.

— Значит, стоит осторожно сообщить ему об этом. А то еще неизвестно, как он воспримет новость, что стал теперь королем.

— Если хочешь моего совета, поговори с ним наедине и не посвящай остальных герцогов в это. Они просто станут манипулировать им. А так, под твоим чутким руководством, из него может получиться удобный для нас король.