Боярский Сын. Рождение (СИ) - Гримм Никита - Страница 42

Давид и Саша пожали друг другу руки, и мы заняли места за столом.

— И так, Давид, перейду сразу к делу. Мы готовы вложить в наш проект двести тысяч рублей на следующих условиях: во-первых, Саша встает на должность юриста нашей компании, княжич Кобылин внутри нашей компании будет неким буфером безопасности в сделках и возможном рейдерском захвате, так как никто не захочет связываться с княжеским родом. Во-вторых, акции компании будут поделены в следующем порядке: по тридцать процентов уходит в наше владение каждого: Давида Богомолова, Матвея Волкова и Александра Кобылина, оставшиеся десять процентов делятся поровну и отходят родам Кобылиных и Волковых. Третье — у нас есть пять месяцев для выполнения первого этапа с выходом на практическую демонстрацию, в случае успеха, вы получим очень крупный заказ от государственных структур.

— И как быстро вы передадите указанную сумму? — Спросил Давид, просматривая документы, переданные нотариусом.

— Из ресторации ты уедешь на машине службы безопасности Кобылиных со всей суммой. Нас ты не увидишь ближайший месяц — два — мы оба уедем на практику от университета, поэтому вся работа ляжет на тебя.

Давид думал недолго. Дочитав все документы, он попросил ручку и поставил подпись.

— Господа, поздравляю вас с открытием вашей компании. Завтра же все документы будут переданы в регистрационную палату. Засим я вас оставлю. — Нотариус собрал документы и покинул нас.

— Давид, я хочу рассказать тебе о трех идеях, которые прошу рассмотреть в качестве первых проектов. Две идеи нужно попробовать в рамках разработки дополнительных приложений для уже созданных машин, а третья идея — абсолютно инновационная разработка на основе уже существующих технологий. — Сказал я и начал свое повествование.

Бета-версия электронной почты у ребят уже была, я же воспользовался старой поговоркой «Умные придумывают новое, а гении воруют» и рассказал о социальных сетях из моей прошлой жизни и электронных маркетплейсах, третьим проектом была разработка электронных коммуникаторов.

Вначале Давид хмурился, но по мере рассказа его лицо расцветало.

— Сложно! Очень сложно, но реализуемо. Это же будет просто дикий прорыв во всех сферах! — К концу рассказа его глаза горели фанатичным огнем.

— Именно, и все сливки снимем мы. Первоначальный дизайн проектов беру на себя. С практики вернусь с наработками по этому вопросу. А Саша возьмет на себя составление соглашений с клиентами, как с физическими лицами, так и с юридическими.

— Да, за пару месяцев я смогу составить необходимые «тушки» договоров. — Кивнул Саша.

— Тогда на сегодня у нас все. Давид, мы тебя проводим до машины, и СБ Кобылиных доставят тебя в Имперский банк, чтобы ты смог перевести деньги в безналичный расчет.

— Матвей, Саша, спасибо. Этот проект сможет перевернуть всю нашу жизнь. — С душой попрощался с нами Давид.

— Верно, Давид, все верно. Главное для нас — быть первыми во всех направлениях в этой нише, и мы сможем собрать все «сливки», конкуренты появятся со временем, этого не избежать, но к тому времени мы заматереем, и связываться с нами станет себе дороже, если это, конечно, не пожелает сделать сам Император. — С ухмылкой ответил я.

— Поддерживаю. — Коротко кивнул Саша.

Мы втроем обменялись рукопожатием, и Богомолов покинул нас на машине службы безопасности рода Кобылиных.

— Я тоже уже поеду. Завтра с самого утра нужно быть в университете, будет назначение на практику. Тебя подбросить? — Спросил Саша.

— Неа, мне гораздо ближе до дома, так что я пройдусь. Увидимся завтра. — Отрицательно покачал я головой.

— Тогда до завтра.

— До завтра.

Мы пожали руки, и Саша сел в свою машину и поехал к себе в поместье. А я двинулся по улице в сторону Декабристов. Мне нужно было подумать обо всем произошедшем. Я дошел до здания адмиралтейства и уселся на скамейку в тени деревьев. Вечернее весеннее солнце приятно грело, погода радовала теплом, а тихий ветерок весело игрался в волосах. Вот только долго наслаждаться одиночеством мне не дали.

Прямо передо мной остановился неприметный серый человечек. Увидь такого в толпе и тут же забудешь внешность — абсолютно серая и непримечательная.

— Позволите присесть рядом с вами? — Спросил он и, не дожидаясь ответа, занял место справа от меня.

А вот голос был запоминающийся — приятный баритон с легкой хрипотцой.

Я продолжил молча смотреть на незнакомца. Он осмотрел меня с ног до головы, словно оценивая товар на рынке.

— Вы знаете, что вы очень многое взяли от своей матери, Матвей Александрович?

Я продолжил молчать.

— Я и не думал, что молодежь в наше время настолько лишена манер.

— И мне о манерах говорит незнакомец, который даже не представился. — С усмешкой ответил я.

— О, прошу прощения. И в правду, где мои собственные манеры. Можете называть меня Аркадий.

— Мы с вами знакомы, Аркадий?

— Лишь заочно, Матвей Александрович. Я видел вашу дуэль с княжичем Юсуповым, и когда-то давно я был знаком с вашей матушкой, госпожой Елизаветой. Прекрасная была женщина.

— И вы, Аркадий, увидев меня на набережной, просто решили подойти ко мне и побеседовать о моей покойной матери?

— О, не совсем. Я представляю интересы человека, который приглашает вас на встречу в среду.

Я задумался. Я был почти уверен, что это человек Долгоруковых. Вряд ли бы кто-то иной говорил бы о знакомстве с моей матерью. Но вот встреча с Долгоруковыми в настоящее время не входила в мои планы. Но и просто так отказать я не могу. И грубить не стоит. Что же делать мне сейчас? Стоп! Я же могу согласиться на встречу сейчас, но завтра я получу направление на практику, и уехать мне нужно уже завтра же. И тогда моя неявка будет по полностью официальной причине — государев человек сам себе не принадлежит…

— И когда ваш человек желает встретиться? Сразу предупреждаю вас — ближайшие три дня я не могу, соответственно, в среду не смогу быть у вас. — Ответил я.

— О, не волнуйтесь, это не столь критично. Как вы смотрите на то, чтобы я заехал за вами на следующей неделе в субботу, в полдень?

— Хорошо. Давайте на том и порешим. — Кивнул я.

К этому времени я уже буду на границе с Афганистаном.

— Тогда не смею вас более задерживать. Мне было приятно с вами побеседовать, Матвей Александрович. — Аркадий поднялся со скамейки и, обозначив поклон, покинул меня.

Я тоже поднялся и отправился домой. Нужно было уже сегодня собрать все вещи и завтра же покинуть Петербург, как только я получу направление на практику, чтобы оттянуть встречу с Долгоруковыми еще на пару — тройку месяцев.

Глава 9. Маршрут: Санкт — Петербург — Самарканд — гарнизон «Саркел»

РИ, Санкт — Петербург, Императорский Университет, актовый зал Врачебного Факультета.

— И так, дамы и господа, я рад видеть всех вас здесь снова, спустя первый учебный год. — Профессор Золотой просто сиял своей белоснежной бородой словно Дед Мороз на новогоднем утреннике, — Сегодня вы получите первое направление на практику, и будете представлять наш факультет в реальных условиях. Помните, каждая ошибка может стоит жизни, будьте сдержаны, будьте стойки, будьте терпеливы, я верю в вас!

Как я узнал с утра, первокурсников отправляли на практику самыми первыми, они же первыми и возвращались, если не уезжали на край света. Но сейчас это было мне только на руку. Вчера я успел собраться, скататься к Володину, рассказать ему о практике, предупредил, что буду готов работать вновь с осени. Володин лишь посетовал, что на три месяца я уеду «маяться дурью, а не нормальным делом», но, после того, как узнал о месте практики, сказал, что, возможно, некоторый опытя там всё-таки смогу приобрести. А осенью он готов вновь принять меня на работу. Это радовало, я уже привык к некоторому достатку, который у меня начал появляться благодаря подработке. Хорошо хоть, что практика студентов врачебного факультета оплачивалась, правда лишь в размере сорока процентов от положенной суммы…