Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

«Крокодил»

Коллектив авторов

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

«Крокодил» - Коллектив авторов - Страница 54

Изменить размер шрифта:

* * *

«Привет» —

так переводят нам «салам»

все: от мальца до старца с бородою.

Аллах! Хоть я тебе за все воздам,

перед твоей немея высотою.

Но вот, когда «салам»

твердят чинам…

Что делать нам?

Привыкли к похвалам,

к елейным несмолкающим хорам

и на собраньях, и… за спецедою.

Но ведь не зря сказал Омар Хайям:

«Стань каждый — хоть однажды! — тамадою!»

ЕЩЕ РАЗ О БРАТСТВЕ

Встретились две поэтессы.

Казалось, одни интересы

и платья — по моде! — одни.

О чем же, про что же они?

Про что же?

О, боже! Не надо.

Сама бы не слышать я рада

тот «дружеский» их разговор.

Полы в ЦэДээЛе от яда

дымятся еще до сих пор.

МОМЕНТАЛЬНЫЙ СНИМОК

Вот идет, различишь без лупы,

что еще по-щенячьи глуп,

но…

капа брани топорщит губы,

как у бабы, выкрашен чуб.

Мерит сленгом высоты жизни,

а послушайте «про любовь»!

По сравненью с ним в этом смысле

рыцарь — пес дворовый любой.

О кого-то ботинок вытер,

мимоходом пнул пацана,

чью-то мать (и свою!) обидел…

Жалкий лайбл ему цена.

Зимний воздух дрожит от мата,

здесь один девиз: порицай.

Не хватает лишь автомата —

эксгумирован полицай.

Будет бит ли, обласкан веком —

это все покажут года.

Но мужчиной и человеком

не бывать ему никогда.

* * *

Измучен неудачами, ко мне

пришел поэт, талантливый вполне.

И — многое с тех пор умчала Лета! —

просил он не взаймы,

а лишь совета.

Сама не понимаю, почему,

я, словно мэтр, ответила ему:

«Сегодня ты — шестерка,

завтра — туз.

Так в паузе, прошу,

не празднуй труса.

И помни, муза

презирает пузо».

Он потолстел, но нес легко свой груз.

«Друзья мои, прекрасен наш Союз!» —

сказал он,

став секретарем Союза.

РЕДАКТОРУ ПЕРВЫХ САТИР

П. ф. ХМАРЕ

Сын прекрасного Феликса — Павел!

Благодарность сжимает виски…

Ах, не он ли когда-то расставил

для меня своих шуток силки?

— И попалась я, но не жалею,

у силков этих силе учусь,

лихорадкою смеха болею,

панацеей улыбки лечусь.

Вновь остроте язвительной рада,

привыкая к особой судьбе,

правофланговый…

левого ряда,

благодарна навеки тебе.

ВСТРЕЧА

Г. ГОРИНУ

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

Встретились в сберкассе

(я без аллегорий),

словно на Парнасе,

Инна и Григорий.

Я смотрю: с бородкой,

моложав и строен,

деловой походкой

прямо к кассе — Горин.

Вспыхнули приветы

(а рука в перчатке),

словно воды Леты,

холодны и кратки.

Грустно улыбнулась,

как луна над рощей,

молодая «Юность»

молодости общей.

Из-под этой крыши

разный путь проторен.

Из смешного Гриши

вырос мэтр Горин.

Да и я, конечно,

по-иному глянусь…

Треснула скворешня,

облупился глянец.

Пишет век указы

в предзиме холодной…

Нам бы не у кассы —

в юности голодной.

ОЛЕГУ ДМИТРИЕВУ, КОТОРЫЙ,

ПРОВОДЯ ОБЕДЕННЫЙ ПЕРЕРЫВ

НА БРЕВНАХ ВОЗЛЕ РЕДАКЦИИ ЖУРНАЛА

«ЮНОСТЬ», ОДНАЖДЫ…

Олег Михалыч, встав с бревна,

мне сунул лиру, буркнув: «На!»

Он этим жестом славен,

хотя и не Державин.

Р. S. Да и я не…

АВТОГРАФ

А. БИЦУЕВУ

Анатолий Бицуев,

кабардинский поэт,

на Пегасе гарцует,

буркой дружбы согрет.

Он на слово «Кебляга!»

отозваться готов.

Дефицитна бумага

не для… а для стихов.

Ни минуты простоя,

к одному мы пришли

(это дело простое):

хоть на небе — пиши.

Слаще свежего хлеба

и на вид, и на вкус

этот краешек неба

над горою Эльбрус.

Его — нежно потрогав,

А. Бицуев на нем

мне оставил автограф

вместе… с конем.

ВОТ Я!

Алексею ПЬЯНОВУ

Мой друг, самый Главный Сатирик,

сказал мне однажды про нас:

«Придурок помрет от придирок,

а нам это все в самый раз».

Мой друг, самый строгий читатель,

издатель, ругатель, но — друг,

сказал мне:

«А знаешь, писатель

приходит не «вот я!», а вдруг».

Я все приняла за основу

призвания и бытия,

сказала «спасибо» Пьянову,

добавив при этом:

«Вот я!»