«Крокодил» - Коллектив авторов - Страница 53

Печорин(отрешенно, камерно). На севере диком стоит одиноко на голой вершине сосна… (Обрывает струну, заслоняется ладонью.) Что за лица крутом, что за лица, господи! И это высший свет на водах!.. Уехать бы, уехать… Но куда?!

Грушницкий. До вас дошли последние кисловодские слухи? О, сэ минифик! У нашей маленькой княжны Мэри фантастический роман с этим грубым животным Печориным…

Печорин. Не распускайте язык, Грушницкий. Вы позер и ничтожество.

Княжна Мэри(плача). Перестаньте, господа, перестаньте!..

Максим Максимыч. Я Печорина знаю. Помнится, на Кавказе дело было. В крепости. Там из-за него чеченка одна отдала богу душу. Бэлой ее звали. Так Печорин хоть бы перекрестился, право слово…

Печорин(опять запевает), И скучно, и грустно, и некому руку подать в минуту душевной невзгоды… (Обрывает еще одну струну.) Да, я отвратителен сам себе, я жажду застрелиться! Но кто оценит мой поступок?

Княжна Мэри. В крепости? Чеченка? Боже мой, я не вынесу этого!

Грушницкий. Вы опозорили девушку! Мы будем стреляться! Немедленно! Держите пистолет!

Печорин. Отстаньте, Грушницкий. Я ведь знаю: пистолет не заряжен. Я вас так убью — песней! (Перебирает оставшиеся струны.) А он, мятежный, просит бури, как будто в бурях есть покой…

Грушницкий. Замолчите, замолчите, ваше пение действительно убивает! (Падает замертво со стула.)

Княжна Мэри. Ах, зачем вы сделали это? Вы всё, всё испортили! (Ревет на плече у Максим Максимыча.)

Максим Максимыч. Ну, тихо, тихо… Все образуется… Забудешь его. Дурной он человек, лишний…

Печорин. И кто-то камень положил в его протянутую руку… (Рвет все струны и ломает о голову Максим Максимыча гитару.)

Ведущий. Итак, дорогие телезрители, состоялась премьера многосерийного фильма «Не плачь, Онуфрий!». Теперь можно с радостью сказать: получилось! Да, вышел настоящий, где-то даже художественный фильм. И сегодня по вашей просьбе к нам на студию заехал хорошо известный в наших и не наших кругах актер театра, кино, радио, телевидения, эстрады и цирка Викентий Викентьевич Ангаров.

Ангаров. Здрасьте.

Ведущий. Когда мы узнали, что главная роль в картине поручена вам, Викентий Викентьевич, то сразу поняли: лента обречена. Обречена на большой успех. Скажите, а как вы вообще относитесь к многосерийным фильмам?

Ангаров. Отлично отношусь. Чем больше серий, тем больше простора для показа героев в их общественной и интимной многогранности. Ведь в жизни всегда есть место подвигу. А мой Онуфрий такой.

Ведущий. Да, это правильно. Перевоплощаясь в Онуфрия, нашего современника, вам самому пришлось приобщиться к героике будней. В фильме вы фехтуете, прыгаете затяжным прыжком в море, затыкаете пальцем течь на корабле, перекусываете зубами колючую проволоку. Откройте свой маленький секрет: где вы научились всему этому?

Ангаров. Меня учила жизнь. Я читал Станиславского, искал зерно, наблюдал людей на улице. Правда, должен признаться: в картине вместо меня фехтует мастер спорта Касаткин, а затяжным прыжком в море падает чучело. Проволока, которую я перекусывал, была сделана из папье-маше.

Ведущий. Но зато момент, когда Онуфрий идет по карнизу небоскреба, потребовал от вас исключительной выдержки.

Ангаров. Естественно. Съемки были максимально приближены к натуре. Небоскреб построили в павильоне, а карниз находился на высоте порядка двух метров от пола. И поэтому когда во время четвертого дубля я случайно упал вниз, то потом три дня не мог работать.

Ведущий. У вас была травма?!

Ангаров. Да. Моральная.

Ведущий. Расскажите, пожалуйста, как снимался эпизод кораблекрушения.

Ангаров. С удовольствием. На катастрофу истратили немало денег. Правда, от массовки пришлось отказаться, так как корабль был ненастоягций. Оператор комбинированных съемок тянул его за ниточку на дно бассейна, где имитировалась буря.

Ведущий. Но знаете, особенное впечатление на зрителей произвел момент, когда вы объясняетесь в любви.

Ангаров. Сцена действительно заслуживает внимания. Хотя в ней снимался не я. Меня срочно вызвали тогда на пробу в другой фильм, и в кадре стоит (если помните, спиной) сам режиссер.

Ведущий. Но говорит-то он вашим голосом?

Ангаров. Наоборот! Это я, так сказать, говорю его голосом. Дело в том, что после окончания съемок я вылетел в Лиленшваген на кинофестиваль, а роль Онуфрия озвучивал постановщик фильма. Кажется, ему удалось передать мою индивидуальность.

Ведущий. А пожар…

Ангаров. Это макет.

Ведущий. А перестрелка…

Ангаров. Это два дублера…

Ведущий. А…

Ангаров. Это тоже не я.

Ведущий(игриво). Ну, а гонорар-то вы сами получали?

Ангаров. Нет. Я был занят на новых съемках в Ялте, и его по доверенности получила моя жена. И все же, несмотря на это, я очень доволен своей работой в фильме «Не плачь, Онуфрий!». Ведь осуществилась моя мечта: сняться в приключенческом фильме с погонями, драками, членовредительством. Давно, знаете, хотелось копнуть по-настоящему.

Ведущий. Большое спасибо, Викентий Викентьевич. Нам было необычайно интересно познакомиться с вашей творческой кухней. Новых вам удач на нелегком актерском пути!

Анна Кашежева