Сказка о Шуте и ведьме. Госпожа Янига (СИ) - Зикевская Елена - Страница 90

Мужчины стояли на берегу и смотрели на реку, вода в которой стремительно темнела и волны становились всё яростней. Лодку качало, и она ударялась бортом о мостки.

— Надыть поскорее расколдовывать, госпожа! Кажись, ему не по нраву пришлось, что мы энту штуку нашли!

А то я сама не вижу…

Только что мне делать? Как…

Горячая волна окатила левый бок. Игвиль! Игвиль, как же я про тебя забыла…

— Микай, иди сюда, помогать будешь!

Кузнец поспешил ко мне, пока Ариз пытался что-то сделать с лодкой и звал на помощь девчонку.

— Чой делать, госпожа? — остановился передо мной кузнец.

— Подцепи его на багор и держи. Остальное я сама сделаю.

Микай кивнул, зацепил медальон крюком и замер, вытянув руку с багром вперёд.

— Госпожа ведьма!

Я обернулась на крик девчонки и увидела, что посреди бушующей реки поднимается не просто водяной горб, а целый вал. Огромная волна чёрной воды вскипала белой пеной и готовилась обрушиться на нас.

На меня.

И если я не поспешу, то нам всем конец. По заливному лугу убежать не получится, а волны смоют подклад и утянут на такие глубины, что никогда в жизни никто не найдёт.

Значит, надо спешить.

Я развернулась к кузнецу и оторопела.

Чёрная призрачная змея обвивалась вокруг его руки и шеи и заглядывала ему в лицо. Микая трясло, он побледнел, но стоял, держа багор с подкладом, как я велела.

— Микай, держись! — закричала я, доставая Живой меч.

Змея раскрыла пасть и коснулась языком бледной щеки. Кузнец дёрнулся, но тут же замер. На его губах начала появляться пена, а в синих глазах — безумие.

Великие боги! Так она и Микая заколдует!

«Не подведи, Игвиль!» — мысленно обратилась я к драксе, и он меня услышал.

Живой меч сам взметнулся в моей руке, проявившийся змей раскрыл пасть, готовясь к битве с магическим врагом.

Чёрная змея подклада развернулась и зашипела, показывая ядовитые зубы. Яд капал на землю, и трава чернела от этой злобы.

«Вместе, Игвиль! — обратилась я к Живому мечу, полностью доверяясь его боевому опыту. — Помоги мне!»

Холодный порыв магии драксы накатил на меня, и клинок меча обрушился на багор, рассекая дерево, железо и золото. Клыки Игвиля сомкнулись на тонком теле добычи. Яд чёрной змеи бессильно стекал по сверкающей серебром чешуе, не оставляя следов.

Игвиль дёрнул головой, разрывая ужасное проклятие. Черная змея билась в агонии, брызгая ядом и стараясь укусить драксу. Звук, похожий на крик, мешался с грохотом реки, поднявшийся ветер дул, казалось, со всех сторон, метался и ревел водяник, наводя ужас на людей, волны захлёстывали берег…

Хрясь.

Голова змеи хрустнула на клыках драксы. Алые глаза проклятия погасли. Чёрный камень медальона покрылся трещинами и стал серым, как сгоревший уголь.

И стало тихо.

Очень тихо.

В этой тишине обрубок багра выскользнул из руки Микая и с глухим звуком упал на чёрную землю. Туда, где лежал разрубленный подклад.

Игвиль сплюнул расколотый череп. Останки чёрного проклятия истаивали на глазах, как пепел, уносимый ветром.

— Спасибо! — прочувственно сказала я вслух, гладя драксу по чешуйчатой голове. — Спасибо, Игвиль.

Волшебный змей довольно сощурился и облизнулся, давая понять, что ему понравилось закусывать такой добычей и он совсем не против участия в подобных развлечениях.

За спиной зашумела осока, и лодка забилась бортом о мостки, качаясь на докатившихся до берега волнах. Волокушка медленно светлела, рыбак и девчонка стояли в нескольких шагах от причала, крепко вцепившись друг в друга со страха.

Впрочем, они были живы и просто напуганы, а вот Микаю срочно требовалась моя помощь.

— Мы с тобой ещё обязательно поговорим, — пообещала я Игвилю, убирая Живой меч в полуножны. Дракса в последний раз ткнулся мордой мне в ладонь и исчез, а я торопливо осматривала своего ученика.

Бледный и холодный, он стоял, застыв, словно статуя. Глаза смотрели в пустоту, на полуоткрытых губах застыла слюна. Да что ж эта карга за ведьма такая! Откуда она такие жуткие проклятия находит, что последствия тоже снимать нужно!

— Разведите костёр и согрейте воды, быстро!

Я торопливо шарила в сумке, доставая из неё травы и зелья и не обращая внимания на свидетелей моего очередного «колдовства».

Могучая я ведьма, вот и волшебных вещей у меня много, пусть знают.

Хуже после раскрытия Игвиля уже всё равно не будет…

Так, что у меня тут? Любовное, приворотное, от дурной сыпи, от красной чесотки, от лунных болей, от разных дурных болезней… Нет, всё не то!

— В чём греть-то, госпожа Янига? — робко поинтересовалась Даринка и получила от меня миску, пока Ариз устраивал костёр из тех веток, которые мы привезли.

Джастер, как же мне нужна твоя помощь! Я ведь даже не понимаю, что с ним! Стоит, как оглашённый, будто его приво… Так, стоп! Где у меня тут отворотное зелье было?!

— Микай, открой рот, — уговаривала я кузнеца, старательно впихивая горлышко склянки с зельем ему в зубы. — Не упрямься…

Склянку я споила всю. Если уж проклятие такое сильное, то и противоядия должно быть много, и нечего его жалеть.

Если я так глупо потеряю Микая, Джастер мне не простит!

Нет, я сама себе не прощу.

Потому что такие кузнецы на дороге не валяются.

— Микай! — я встревоженно заглядывала ему в лицо. — Микай, приди в себя! Давай, ты сможешь, я знаю!

— Управились, госпожа, — негромко отозвался из-за спины рыбак. — Костёр готов, и вода греется, как велели.

— Микай, очнись! — я звонко хлопнула кузнеца по щекам и тут же прижала ладони к бледной коже.

Теплее… Он стал теплее! И глаза уже не такие пустые! Зелье действует!

— М-м… — невнятно изрёк кузнец и медленно моргнул, явно начиная приходить в себя.

Шанак, Датри, благодарю вас!

— Посадите его к огню! — Я кинулась к своей миске, которая грелась на краю костра. — Давайте, помогите ему!

Пока рыбак и девчонка помогали Микаю сделать несколько шагов и сесть у огня, я бросала в тёплую воду лечебные травы. Ох, Джастер, как же хорошо ты меня научил готовить это исцеляющее зелье! Конечно, это не отвар, но даже тёплый настой лучше, чем ничего. Главное, сейчас Микая в чувство привести, а как вернёмся, я настоящее лекарство сделаю!

— Б-б-б… бла… с-с-с-спа… — кузнец стучал зубами о край миски, пытаясь одновременно пить лекарство и выразить свою благодарность.

— Пей, поговорить мы успеем. — Я спокойно собирала травы и зелья обратно в сумку.

Рыбак и Даринка смотрели на меня с ужасом и восхищением.

Когда Микай окончательно отогрелся и пришёл в себя, я велела затушить костёр.

— Что дальше, госпожа? — спросил кузнец, поднимаясь на ноги.

— Возвращаемся.

Подклад я осторожно, не касаясь металла голыми руками, завернула в оторванную от подола ленту, решив, что хуже платью уже не будет. Плотно замотав свёрток, я убрала его в свою сумку, потому что надёжнее места просто не было.

Вернётся Джастер — покажу ему «подарочек».

Ариз грёб привычно размеренно, пересекая реку наискось, чтобы не слишком сносило течением.

Даринка, успевшая умыться и кое-как прибрать волосы, сидела на дне лодки, у брошенных там же сети и багра, а Микай о чём-то думал да время от времени потирал кулаком широкую грудь. Признаться, я беспокоилась за него: я не была уверена, что отворотное зелье и лечебный настой смогли справиться с проклятием Вахалы. Сама я такое видела впервые и ничего подобного от Холиссы не слышала.

А Джастер вернётся не скоро…

Задумавшись, я опустила пальцы в воду, и меня словно ожгло изнутри внезапной мыслью.

«Всё вокруг живое…»

«Где граница была?..»

«Знаки защитные поставить…»

— А ну стой! — Я замахала руками. — Суши вёсла!

Наученный горьким опытом, Ариз тут же замер, выполнив команду. Его лицо снова побелело, глаза испуганно забегали из стороны в сторону, высматривая новую опасность.