Старая переправа - Поганец Алексей - Страница 70

Местность, хоть и шла холмами, вверх-вниз, но понижалась. У каждого последующего холма склон был глубже. И вот они спустились практически на дно дола, тут проходил застарелый овраг, хоть воды и не было видно. В отличие от остальной степи, на дне оврага была сочная и высокая трава. Да и живность тут встречалась. Вон белый орёл с черными маховыми перьями буквально в полутора метрах над землёй высматривал добычу, заглядывая то одним, то другим глазом в норки.

Осталось метров пятьсот, чтобы окончательно спуститься вниз, а затем начать подъём. Воды по дну оврага не наблюдалось, даже не было нигде зарослей осоки. Так что перейти на ту сторону ничего не мешало.

– Пошла жара! Смотрите! – Шило указал вдаль, на перевёрнутую кибитку, которая валялась на боку. Часть полога была разорвана, и через рёбра стоек тента были накиданы корзины. Из корзин тоже что-то высыпалось, а что, с такого расстояния было не видно. Шило перешёл на бег и оторвался от остальных.

– Стоять! – окрикнул Данил.

– Да тут нет никого… – на автомате пытался оправдаться Шило. Но его прервало молчаливое появление буквально в двадцати метрах от них черного дыма с красными отсветами. Да и не только перед ними заклубился дым, на горизонте одновременно появились столбы, вернее даже горы из клубящегося дыма. Только дым рядом с ними был чёрный с красными отсветами, а на горизонте кроваво-красный с черным отсветом.

Перед ними моментально разрасталось пять постоянно клубящихся пятен дыма, будто в двадцати сантиметрах над землёй горело пять подвешенных покрышек от БелАЗа, очерчивая черные круги. Вот только дым не тянулся к небу, а клубился словно привязанный. Да ещё изнутри светился красным. Вот дым из чёрного практически весь перекрасился в красный, и из него одновременно вышли три всадника апокалипсиса и два пешехода апокалипсиса. Ну по крайней мере, на это было похоже. Дым моментально растаял. И перед Данилом с компанией стояли обычные пастухи в стёганых фуфайках и две женщины в таких же стёганых халатах. Попавшие сюда начали осматриваться по сторонам. Хотя нет, не осматриваться. Их движения стали дергаными, они как-то неестественно дёргали плечами, скалили зубы и заворачивали шею. Одна женщина только непонятно осматривалась по сторонам и что-то тихо спросила на непонятном языке.

Тем временем Данил судорожно пытался вставить диск в пистолет-пулемёт. Всё это буйство спецэффектов застало их врасплох. Не с первого раза, но вставить диск получилось. Яшир же запутался в карманах, пытаясь зарядить кремневое ружьё, хотя на тренировках показывал практически моментальное заряжание.

Тем временем пришельцы начали выгибаться дугой и падать один за другим с сёдел, как будто мешки с песком. Правда, один умудрился запутаться ногой в стременах. Лошади при этом испуганно перебирали ногами и прядали ушами.

Шило пятился назад, поближе к живым, выставив перед собой палицу. Яшир продолжал возиться с кремневым ружьём, пытаясь оттуда что-то вытрясти. Остальные из команды справились с первым шоком от неожиданного появления гостей и приготовились их встречать. Геха, Оким вышли вперёд, остальные прикрывали с боков. Данил приложил приклад к плечу и навёл оружие на единственно стоявших на ногах, на двух женщинах. Там разворачивалась своя драма, та женщина, которая осмысленно осматривалась, кинулась помогать женщине, которую корёжило. Она трясла её за плечи, что-то говорила на незнакомом языке.

– Геха, двигай ближе. Вперёд. Остальные прикрываем.

– Понял.

– Яшир, что у тебя?

– Сейчас.

– Сейчас – это сейчас или через пять минут?

– Две минуты.

– Бросай, бери палицу.

Геха двинулся вперёд, остальные за ним.

– Данил, что-то мне кажется, вон та тётка нормальная, – Шило озвучил очевидную мысль.

– Вижу.

– Остальных сразу мочить? Может, подбежим и замочим, пока не очухались? – спросил Геха, не оборачиваясь.

– Нельзя, не по-людски это, может, просто мутит людей и сейчас очухаются, – высказал свою точку зрения Оким. Но и они подошли почти вплотную. Решать нужно было сейчас.

– Шило, возьми правого жеребца за узду, Яшир, левого. Отведите назад.

До среднего было не дотянуться. Нужно было через разбросанные и корёжащиеся тела проходить.

– Кобылу, – сказал Шило.

– Что кобылу? – переспросил Данил. Яшир протянул руку и взялся за узду. А Шило обернулся и ответил:

– Это кобыла, а не жеребец.

Тем временем женщина, которую корёжило, замерла. Повернула голову в сторону своей знакомой и, разинув рот, заорала. Конечно, это был не ультразвуковой вой сухаря. Только отдаленно похожий. Но две лошади рванули с места в галоп. Тот пастух, у которого нога застряла в стремени, болтался тряпичной куклой, но освободился от стремени и упал метрах в пятидесяти. Та лошадь, что держал Яшир, встала на дыбы, пытаясь освободиться. Но Яшир всё-таки её удержал. Данил же, до последнего ожидая чуда, не стрелял. Вот он понял, что больше ждать нельзя, иначе заражённая женщина прибьёт нормальную.

Тух! Голова заражённой женщины дёрнулась. Она успела развернуться в сторону Данила, посмотрела ему в глаза осмысленным взглядом и обмякла.

Выстрел был словно командой для остальных. Геха с Окимом синхронно разбили головы лежащим пастухам.

– А-а-а-и-и… – заорала та, которую считали нормальной. Данил сразу прицелился ей в лоб. Нет, это она просто кричала от пережитого, прижав руки ко рту.

– Геха, третьего успокой, пока не очухался. Шило, успокой девку. Блин, просто успокой, чтоб не орала. Ну ты понял, в общем.

– Понял.

– И без лишних разговоров, чтоб как с кобылой не получилось, – поддел его Яшир.

– Да пошёл ты! – беззлобно огрызнулся Шило, убрал палицу и, подняв руки в мирном жесте, двинулся к женщине. Не тут-то было, отпрыгнув в сторону, она выхватила нож. И что-то затараторила.

– Начальник, сам с этой дурой разговаривай.

Шило поспешно отошел в сторону.

– Дай я, – двинулся вперёд Оким.

– Иди-иди, я не против, может, отрежет чего, – посматривая по сторонам, проговорил Шило. Данил держал на прицеле третьего пастуха, к которому двигался Геха.

– Не бойся, мы ничего плохого не сделаем, – проговорил Оким спокойным голосом, подняв пустые руки и сделав шаг в сторону женщины.

Данил следил за Гехой, а краем глаза рассматривал женщину. Она была миниатюрной брюнеткой, причем довольно молодой. Просто на ней был надет стёганый халат, из-под которого виднелось множество одежды, как на капусте. От этого она смотрелась бесформенной и более старой. Тем более на голове у неё был остроконечный капюшон и что-то типа платка-повязки от пыли, закрывавшей нижнюю половину лица. Оким сделал ещё шаг, протянув руку к женщине. И в этот момент закричал последний из бывших пастухов. Геха с размаху пробил ему голову, оборвав крик на полуноте. С этой стороны вроде всё нормально. Данил перевел взгляд на женщину. А вот тут всё было плохо. Оким держал одной рукой женщину, а второй пытался поймать её руку, которая нанесла ему уже два удара в низ живота. Данил на автомате вскинул пистолет-пулемёт и выстрелил в лоб женщине. Неизвестно, каким чудом Оким увидел его движение, развернулся и закинул одним движением женщину себе за спину. Данил промазал. Пуля сбила капюшон, обнажив чёрный смоляной волос и светлую кожу.

– Не нужно, – тихо проговорил Оким, придерживая рану.

– Оким! Ты чего?

– Не трогайте её, она испугалась.

Шило кинулся к Окиму. Данил, закинув оружие на плечо, тоже подбежал к Окиму. Блин, фигово, что делать-то? У них нет аптечки, да и была бы, что аптечкой тут делать? Тут хирург нужен, а лучше больница. Аккуратно поддерживая за руки, усадили Окима на землю. Уложить не получилось, видно, что ему было больно разгибаться. Нужно чем-то перевязать, а сначала хоть увидеть рану или раны. Данил осторожно убрал лапищу Окима. С правого бока, где аппендицит, всё испачкано кровью. Кровь была, но толчками не била, это радовало.

– Тряпку дайте.

Данил аккуратно приподнял край куртки. Два пореза, которые кровоточили. Что делать-то, зажать? Так тут живот мягкий, только хуже сделаешь. Да и обеззаразить как-то нужно, что дальше будет, если не обеззаразить, даже думать не хотелось.