"Фантастика 2023-100". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Голотвина Ольга - Страница 327

Ерунда. Никто его не видит. С такого расстояния мелочей не разглядеть. Даже если у тебя глаз, как у сокола. А уж с очками в палец толщиной и вовсе ничего не увидишь.

Словно подтверждая его догадку, лысый повернул голову и посмотрел явно в другом направлении. Задумчиво-блуждающий взгляд. Ни на кого конкретно он не смотрит, так, гуляет взглядом вдоль улицы, да и все.

— Тогда какого рожна ты тут стоишь? — сквозь зубы процедил Петро. — Чего ждешь? Ты меня припер уже. Я твой. Чего тебе еще надо, лысина?

Никто не ответил. Да и у самого Петро ответа не нашлось. Человек продолжал стоять в тени и убираться не собирался.

Ну и пусть, решил мертвяк. Пусть хоть всю жизнь теперь стоит у забора и смотрит. Хоть на улицу, хоть на него. Ему-то что? В конце концов, что нужно человеку, пусть бы и мертвому — любому? Комфорт, отсутствие неприятностей, возможность наслаждаться и деньги, которые все это обеспечат. Неприятности для него закончились. Дом вполне уютен и оплачен, живи — не хочу. Деньги тоже есть. Причем, немало. Что еще нужно? Живи и радуйся.

Тем не менее что-то неумолимо тянуло к окну. Заставляло следить за лысым из-за занавески. Любопытство, что ли?

— Кто ты, чтоб мне второй раз сдохнуть? — пробормотал Петро, гипнотизируя взглядом далекую, спрятавшуюся в тени фигурку.

Лысый господин тем временем оторвался от забора и двинулся вдоль по улице.

Уходит, мелькнуло в голове.

Но человек не уходил. Это стало ясно практически сразу. Лысый прошел чуть дальше по улице и раскланялся со странной парочкой. Впереди шел мужчина в дорогом костюме. За спиной у него с покорностью собаки на строгаче семенил юноша. Увидь этого юношу Винни, он тут же бросился бы к нему. И уж на этот раз он бы его догнал и расспросил, что он тут делает.

В отличие от Винни, Петро следопыта не узнал, да и не мог узнать. Но реакция у мертвяка вышла в точности такая же. Та немыслимая сила, которую он посчитал любопытством, отдернула упыря от окна и швырнула на узкую винтовую лестницу. Вниз!

Петро кубарем скатился по ступеням и выскочил на двор. Что теперь? На улицу нельзя, увидят. А здесь надо подойти поближе и послушать внимательнее. Если эти двое знают лысого, то, подслушав их разговор, может, и он что-то узнает. А тот, кто владеет информацией — владеет миром.

Упырь перемахнул через клумбу и устремился к забору, который отделял хозяйский двор от соседского. Должна же в нем найтись какая-то лазейка. А с того двора, если встать у забора поближе к дороге и поднапрячься, глядишь, что и услышишь.

И лазейка нашлась.

4

Есть вещи, которые совершенно непредсказуемы. Человек привык все тщательно планировать. Но, как говорится, хочешь посмешить богов, поделись с ними своими планами. Эту встречу не мог предположить никто. И она была совершенно некстати. Но сделать вид, что он не видит идущую к нему парочку, он не мог. Это было бы еще хуже.

Потому человек пошел навстречу тем, кого меньше всего на свете желал сейчас видеть.

— Здравствуйте, — лысый растекся в фальшивой улыбке. — Здравствуйте, господин Мора. Приветствую, малыш Жози.

Человек в дорогом костюме с замашками аристократа дурашливо поклонился. Не в его положении было отвешивать такие поклоны, так что что-то это значило. Юноша за его плечом смущенно кивнул.

— Здравствуйте, дорогой мой, — ответил Мора.

Он бодро подхватил лысого под локоток и поволок вдоль по улице, переходя на пониженные тона. Если «приветствие старых приятелей» могли видеть все, то слышать дальнейший разговор было вовсе не обязательно никому.

— Какими судьбами? — мягко проворковал Мора.

— Дела, — в том же ключе отозвался лысый.

— Дела?

— Дела Совета, — уточнил лысый.

Мора многозначительно на него посмотрел. Тот обезоруживающе сверкнул очками и улыбкой.

— Вас, советников, много, а я один. Но я всем нужен. Приходится работать быстро.

— И кому же вы помогали в этот раз? — Мора пристально посмотрел на человека. За его широкой неестественной улыбкой пряталась холодная расчетливость.

Лысый господин натянул на себя не менее широкую улыбку. Голос его прозвучал тягуче и приторно, как засахарившийся мед:

— Дорогой советник Мора, вы ведь не об этом хотели со мной говорить.

— Почему же? Это мне тоже было бы любопытно.

— Знаете, — улыбка лысого стала хищной и холодной, как у зубастой рыбы. — Ведь кому-то из Совета наверняка будет интересно узнать, кто такой малыш Жози. И почему он не разделил судьбу остальных следопытов.

— Он оказался слишком умным мальчиком для этого, — холодно ответил Мора.

Человек улыбнулся шире.

— Ведь ваша бездетность и ваши симпатии вряд ли взволнуют Совет. Если, конечно, кто-нибудь из Совета вдруг об этом узнает.

Мора побледнел, улыбка соскользнула с его лица, как шелк с полированной столешницы.

— Держите язык за зубами, дорогой мой, — с угрозой произнес советник Мора.

— Именно это я и делаю, — ухмыльнулся лысый господин. — Вас в Совете много, и у каждого скелет в шкафу. А я один. Так что вы хотели, советник Мора?

Советник повернулся к юноше и мягко улыбнулся.

— Жози, малыш, пойди, погуляй немного. Мне нужно поговорить с этим господином.

5

Винни понял, что пришел в себя. Именно понял. Не было ни боли, ни чувств, ни отголосков внутри. Просто пришло осознание, что он снова в себе. Точнее, в своем мертвом теле.

А тело и впрямь было мертвее мертвого, потому что не только не ощущалось, но и не повиновалось, если не считать век и губ, которыми с трудом удавалось шевелить.

Винни открыл глаза. Ничего не изменилось. Все тот же гостиничный номер. Только его переложили на диван, да убрали непонятные каракули с пола. Все тот же бесстрастный Мессер. Та же Нана, Деррек. Волчица растеряна. А вампир почему-то зол.

— Что это? — непонятно спросил Винни.

Но Мессер понял.

— Это твое тело. Новое, хоть и старое. И тебе придется заново учиться им пользоваться.

Голос Мессера звучал размеренно. Может быть, именно от этого, а может, еще от чего взорвался вдруг Деррек.

— Какое «учиться»? Нет у нас на это времени!

— Успокойся, — попросила Нана мягко, но властно.

Деррек глубоко вдохнул, сказал чуть сдержаннее:

— У нас нет времени. Надо уходить. Из города. Быстро. Вы хоть представляете, чем мы рискуем?

— И чем вы рискуете, молодой вампир? — голос Мессера прозвучал холодно.

Винни плохо соображал, что происходит, но почувствовал по голосу мага, как меняется его отношение к вампиру.

— Если кто-то узнает, что мы в городе без поручителя, мы все отправимся в Склеп.

— А если бы кто-то узнал, что я использовал магию? А если б кто-то узнал, что мы убили ту шайку упырей во главе с живым человеком?

— Вот именно! — взвился Деррек. — А теперь еще, ко всему этому, мы остаемся без поручителя. И у нас опять рядом человеческий труп. И ты опять использовал магию. Шутки кончились, Мессер. Я готов всю жизнь провести здесь, на острове, среди упырей. Но я не хочу отправляться в Склеп. Там нет жизни, только мука.

— И что ты предлагаешь, — голос лорда звенел металлом. — Оставить мальчишку здесь? А что с ним будет?

— Ничего с ним не будет. Он же жив…

Деррек вдруг осекся и часто заморгал, словно только теперь понял что-то.

— Уже нет, — отрезал Мессер. — Он теперь такой же, как и мы, только при этом беспомощный, как новорожденный.

Винни прикрыл глаза. Понимание пришло вдруг, как и у Деррека. И вместе с ним пришли апатия и усталость.

Нана резко подошла и взяла вампира за плечо.

— Пойдем. Надо поговорить.

Винни зажмурился, не желая больше всего этого видеть. Прошелестели шаги, легко прихлопнула дверь. Из-за стены послышались приглушенные голоса. Разобрать слова было невозможно, но говорили вампир с девушкой явно о вещах не особенно приятных. Тон беседы был резок.

Ну и пусть себе грызутся, отстраненно подумалось Винни. Пусть даже из-за него. Плевать. И кто что об этом думает — неважно. Какая разница, если он уже умер.