"Аратта". Компиляция. Книги 1-7 (СИ) - Семенова Мария Васильевна - Страница 248

— Но ведь всего же менее пятисот, — удивленно поднял голову Вечка. — И то вместе с дривами!

— Ты прав, — кивнул Учай рабу, — пиши: «Две тысячи пятьсот воинов». И вот еще добавь: если пришлют достаточно средств, мы соберем рать и в три тысячи.

За спиной Учая раздался тихий смех. Это, беззвучно хлопая в ладоши, смеялся Зарни.

— Но, брат, выходит, что они покупают нас? — нахмурился Вечка.

— Все наоборот. Когда арьяльцы пришлют довольствие на набор и прокорм войска, — невозмутимо ответил Учай, — я повсеместно объявлю, что они платят нам дань.

Часть 3

Глава 1

Вести с севера

Киран глядел на пустующий трон. Со времени смерти Ардвана никто еще не заходил в священный чертог. Блюститель престола и сам сейчас вошел сюда будто украдкой — как в детстве, когда лазил в кладовую за сушеными вишнями. Его шаги гулко отдавались под сводами пустого зала. Сейчас тот не был залит светом, как обычно. И сам престол выглядел огромным надгробием — прекрасным, однако неживым, пугающе холодным. Иначе и быть не могло. Земное воплощение бога Исвархи было насильственно вырвано из мира, бесчестно убито во тьме рукой ночного татя. Неудивительно, что все вокруг рушится и идет наперекосяк.

Спинка трона — золотой диск с двенадцатью лучами — на фоне выложенной горной синью стены казалась восходящим солнцем. Облаченный в золотые одежды государь на троне, озаренный светом небесного двойника, в великом таинстве становился частью этого дарящего жизнь великолепия. Киран завистливо поглядел на пустое сиденье. Ему вдруг по-мальчишески захотелось взбежать по ступеням и усесться, пока никто не видит…

Он занес было ногу над первой ступенью, когда услышал приближающиеся шаги.

Маханвир Жезлоносцев Полудня приоткрыл дверь:

— Ясноликий Тендар, Хранитель Покоя!

— Пусть войдет.

Кирану вновь захотелось подняться, усесться на престол и принимать доклад, восседая там. Он вздохнул и остался стоять у подножия высоких ступеней, сложив руки на груди.

— Господин, срочные новости с севера… Опять…

Киран неподвижно глядел на Хранителя Покоя, стараясь не сорваться, не заорать на том простецком, грубом языке, на котором он объяснял когда-то вендской страже, как следует приветствовать высокородного повелителя. От подобных речей шарахались кони, а со стен падали изразцы. Но Тендару подобные речи были не внове. Он служил Кирану еще в краю болотных вендов, сначала палатным отроком, затем гонцом, потом личным телохранителем и, наконец, начальником стражи.

Недавнее пленение в Дваре едва не свело на нет его прежние успехи. После того как Тендар передал своему повелителю наглые слова мятежника Ширама, тот молча сшиб свое доверенное лицо ударом кулака на пол и топтал ногами, покуда не утомился. Затем кинул в темницу. Тендар уже простился было с жизнью, когда Киран вновь повелел притащить его во дворец. В саду Возвышенных Раздумий, злобно глядя на него, Киран процедил:

«Не знаю, зачем сохранил тебе жизнь. Наверно, это моя ошибка, но я это уже сделал. Хорошо — я готов признать, что накхи опасные враги. В Дваре вас было мало, они напали внезапно. Мне рассказали, что вы сопротивлялись до последней возможности, пока тебя не схватили. Поэтому я поверю тебе еще раз — в последний раз! И если снова не оправдаешь доверие — ох, берегись…»

Киран замолчал, борясь с нахлынувшим чувством отвращения к себе. Ему очень не хотелось говорить то, что он собирался произнести. Но преданных людей было так мало, что даже эта паршивая овца не портила стада. А в преданности Тендара он не сомневался.

«Так вот, — он помедлил, глядя в низкое небо, затянутое первыми настоящими осенними тучами, — я назначаю тебя Хранителем Покоя. И моли Исварху, чтобы я не ошибся еще раз!»

«Мой повелитель, — хрипло отозвался ошеломленный Тендар, ожидавший всего что угодно, но только не этого. — У тебя не будет повода усомниться во мне!»

И вот теперь бывший начальник охраны, а ныне всесильный вельможа стоял перед ступенями трона, понимая, что говорить надо, и в то же время желая, чтобы вмешательство Исвархи избавило его от этой участи.

— Говори же! — прикрикнул Киран, садясь на мраморные ступени, ведущие к трону. — Что там за новости? Да еще «опять»?

Хранитель Покоя склонил голову:

— Господин, снова вести о царевиче Аюре.

— Откуда на этот раз? — спросил Киран и, не удержавшись, ядовито добавил: — Если не ошибаюсь, это уже пятый царевич за последнюю луну.

— Шестой, — тяжело вздохнул Хранитель Покоя. — На этот раз вести пришли из окрестностей Яргары, что в бьярских пределах…

— Ну конечно! — Киран ударил кулаком по мрамору, будто хотел разбить его. — Ряженый, разумеется?

— Да, ясноликий.

— Кто бы сомневался!

Блюститель престола вскочил и принялся быстро ходить вдоль ступеней, слово что-то жгло его изнутри. Воистину Исварха видит все! Ни в чем ему нет удачи! После смерти государя Киран толком не мог спать — стоило ему остаться в опочивальне и закрыть глаза, как его охватывало ощущение черной бездны, обволакивающей со всех сторон, готовой поглотить… «Но это же не я! — шептал блюститель престола, обращаясь к небесному Владыке. — Разве ты не сам отвернулся от него? Разве Ардван своими неправедными деяниями не утратил хварну и право на престол? Разве не обратил ты затем взор на более достойного — на меня?»

Но Киран все же был честен перед собой. Он осознавал, что не чувствует на себе божественного взгляда. Если Господь Солнце и глядел сейчас милостивым оком на кого-то из потомков Солнечной династии, то уж точно не на него.

Больше всего ему сейчас хотелось с размаху пнуть ногой подножие священного трона и велеть Тендару убираться прочь, но он лишь прошипел:

— Не стоило мне иметь дела с этим проклятым чародеем, Светочем Исвархи, и его гнусными богохульниками! Он один виноват в том, что по всему северу Аюра теперь величают воплощением какого-то дикарского божества! Зарни… что-то такое нелепое, на шестиногом лосе…

— Зарни Зьен — сын бьярского бога солнца, — почтительно пояснил Тендар и тут же прикусил язык.

— У нас один бог солнца — господь Исварха! — рявкнул Киран. — Не смей поминать бьярскую нечисть в священном чертоге! Шестиногий лось! — Он фыркнул. — Это было бы смешно, когда бы не сулило нам столько бед. Я отлично понимаю, что задумал подлый Светоч! Когда я волей-неволей по уши заляпаюсь кровью, обороняя престол от врагов, тут волшебным образом и появится царевич — законный наследник, праведный чудотворец! И позаботится отделить мою голову от тела… Ну что ты молчишь? Ты ведь еще что-то хотел сказать, не так ли?

Киран свирепо поглядел на понурившегося Хранителя Покоя.

— Отряд бьярской лесной стражи пропал, — выдавил Тендар. — Быть может, мятежники перебили его. Но вернее всего, лесовики перешли на сторону врага.

— Того не легче! — Киран резко остановился. — Проклятье, каждый раз мне приходится посылать войска против очередного самозванца! И каждый раз мерзавец — или мерзавцы, я пока не понял — преспокойно исчезает в одном месте, чтобы объявиться в другом. Если бы лже-Аюры собирали войско, чтобы идти на столицу, мы бы уже давно разбили его и выяснили, кто это пытается нас дурачить… А так — люди измотаны, мы теряем коней… И толку-то? Сегодня ты говоришь, что мы потеряли отряд. Эти твари не выпустили в нашу сторону пока ни одной стрелы, а у нас уже потери, и немалые! Как же я ненавижу их всех — и Аюра, и все его семейство, а особенно проклятого Светоча!

— Может быть, ясноликий, тебе стоит самому отправиться на север и возглавить поиски? — осторожно предложил Хранитель Покоя.

— Дурак! Стоит мне выехать за ворота столицы, как Тулум, этот двуличный, коварный старикашка, тут же захватит власть. Как ни крути, верховный жрец — младший брат Ардвана.

Тендар удивленно взглянул на него: