#Бояръ-Аниме. Романов. Том 14 (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 51

К примеру, поссорится сейчас майор с князем Выборгским, а тот своей сестре может пожаловаться. А ночная кукушка всегда перекукует дневную. И окажется майор в следующий раз на ковре у начальства не для представления к очередному званию, а с приказом отправляться на Чукотку оленей охранять.

Смешно? А ведь там до сих пор дядя цесаревича живет. Государь его вернуть «забыл», а Игорь Михайлович еще и уцелевшего мальчика из Кремля отослал туда же. Для безопасности, да. На Крайний Север, где сообщение с большой землей два раза в год возможно.

— Я бы хотел обсудить заодно, — заговорил через минуту Иван Михайлович, вытирая кончики губ салфеткой, — несколько вопросов по нашему княжеству. Выборг — крайне важная земля для Русского царства. Можно сказать, мы стоим на самой границе с недружественными странами. В Балтике у нас друзей нет.

Майор, намазывавший в этот момент на хлеб сливочное масло, кивнул.

— Так точно, Иван Михайлович.

— Вот я и подумал, — продолжил мысль князь Соколов, — что Выборг может стать отличным плацдармом для обучения контрразведчиков. Иностранцев через наши земли проходит много, и шпионов среди них наверняка каждый второй. Почему бы не открыть какой-нибудь корпус военной контрразведки прямо у нас?

Майор хмыкнул, действительно задумавшись.

— Мысль, конечно, не плохая, Иван Михайлович, — заговорил он после продолжительной паузы. — Но прежде чем подавать ее наверх, нужно составить подробный план — где разместить людей, как наладить логистику. Кто будет заниматься материальным обеспечением корпуса у нас в Выборге. Везти ту же униформу из Москвы не станет никто. Генералы нас засмеют и даже рассматривать предложение не станут. Солдатам многое требуется, и это должно иметься в княжестве.

Глава рода Соколовых кивнул.

— Вот поэтому я разговор этот и завел, — сказал он. — Я совсем не разбираюсь в подобных делах, господин майор. Зато у меня есть деньги, которые я могу вложить в свои земли. Корпус контрразведки — это хорошее подспорье для обеспечения внутренней безопасности моего княжества. К тому же, я рассчитываю в будущем году попробовать уговорить князя Романова продать мне некоторые технологии и развернуть собственное производство. Не покупать в Иннополисе права, а изготавливать его продукцию самому. И мне бы не хотелось, чтобы наши разработки уплыли в ту же Данию в кармане какого-нибудь неприметного боцмана.

Майор вновь кивнул.

— Я привлеку специалистов и мы разработаем план корпуса, Иван Михайлович, — принял решение он. — Дело вы затеяли хорошее и полезное. Так что, полагаю, продавим мы столичных генералов. Ради блага нашего княжества, разумеется.

И хотя опричник смотрел на Ивана Михайловича совершенно серьезно, а в голове все равно держал, что Анна Михайловна скоро станет великой княгиней Невской. И раз он, майор, поддержит столь полезное начинание ее брата, супруга куратора ЦСБ ведь и похлопотать сможет о маленьком опричнике.

Долг, конечно, будет исполняться так, как положено. Однако и дополнительная протекция не помешает, тем более на таком высоком уровне. А что поделать? Майоров много, а звания подполковников дают крайне редко.

* * *

Московский особняк боярского рода Иващенко, тренажерный зал.

— Ростислав Владимирович, к вам майор Царской Службы Безопасности, — сообщил управляющий, получив разрешение войти в тренажерный зал.

Боярин Иващенко, удерживающий над собой штангу с двумястами килограммами, шумно выдохнул:

— Впусти, Федор Ильич.

И грохнул снарядом об пол, завершая упражнение. Придержав прыгающую штангу пальцами, Ростислав Владимирович выпрямился и сдернул со стойки полотенце. Оголенный торс молодого боярина был покрыт блестящими бисеринками пота — работал в зале подполковник на износ.

Он уже испытал себя достаточно, чтобы понимать — к моменту, когда окажется в стенах академии, а это всего через два часа, организм успеет полностью восстановиться и весь комплекс упражнений, который не смог бы выполнить ни один обычный спортсмен, можно будет повторить. Там, где рекорды ставились одним рывком, Ростислав Владимирович делал несколько подходов. И теперь, спустя какое-то время занятий, боярин уже понимал — текущее его состояние не предел.

И раз уж он может быть сильнее, он должен таким стать.

В дверь прошел сотрудник ЦСБ, тут же плотно закрыв за собой створку. Молча окинув взглядом полуобнаженного боярина, опричник лишь головой покачал. В его взгляде Ростислав Владимирович уловил уже ставшее привычным восхищение. Окружающим-то не было известно, что это только начало.

Сам майор был худ, как щепка, и ростом всего около метра шестидесяти сантиметров, а оттого на фоне огромного боярина Иващенко казался подростком. Восхищенный взгляд усиливал это впечатление, хотя майору явно уже перевалило за сорок пять.

— Доброе утро, господин подполковник, — поздоровался посетитель, когда Ростислав Владимирович бросил мокрое от впитанного пота полотенце обратно на стойку.

— Здравствуйте, Михаил Иванович, — с улыбкой ответил боярин, снимая перчатки с рук. — Прошу простить мой неподобающий вид, я не ждал гостей в такое время. Чем могу помочь?

Майор отодвинул полу форменного кителя, демонстрируя бумажный пакет, украшенный печатью с гербом Милославских. Так корреспонденцию носили только для внутреннего пользования, и только с самыми важными документами.

— Приказано вскрыть при мне, господин подполковник, прочесть и уничтожить, — ответил опричник, прежде чем вручить послание.

Боярин Иващенко кивнул и принял пакет. Посыльный тут же отступил обратно к двери — достаточно далеко, чтобы видеть, что Ростислав Владимирович все прочел и уничтожил документы, но в то же время и недостаточно близко, чтобы увидеть содержание письма.

А боярин пальцем сломал печать и вынул аккуратно сложенное письмо.

"Дорогой брат!

Тебе довелось через многое пройти за последнее время. И я понимаю, что, вероятно, не открою тебе уже никакой тайны, когда скажу, что и ты — по крови и праву рождения Милославский.

Несмотря на то, что твоя судьба оказалась гораздо сложнее большинства царских детей, я знаю, что во всем Русском царстве нет человека, верного нашей стране больше, чем ты. И ты уже доказал это, отдав жизнь за интересы Русского царства в Британской империи.

Да, тот конфликт с твоими родичами из рода Иващенко случился именно потому, что ты был сыном Михаила II и Юлии Александровны Романовой. И боярский род Иващенко был обязан не только хранить это в секрете и заботиться о тебе, как о собственном ребенке, но и защищать тебя.

Когда сделать этого не получилось, царь разгневался и лишил род Иващенко боярского достоинства. Из-за стечения обстоятельств тебя искали слишком долго, а когда нашли, ты уже умирал в Британской империи, совершив подвиг, за который тебя должны были награждать посмертно.

Так или иначе, но все сложилось именно так, как сложилось. Вмешательство великого князя Невского спасло тебе жизнь. А наноботы Дмитрия Алексеевича Романова поставили на ноги. Я же со своей стороны старался загладить вину Милославских перед тобой, как мог.

Но, несмотря на наше участие в твоей судьбе, знай: ты имеешь то, что имеешь не из-за нашей протекции, не потому что ты на самом деле Милославский. Ты проявил себя достойным благородным человеком Русского царства. И с тех пор уже неоднократно это подтверждал.

Полагаю, что за то время, что мы провели вместе, ты уже понял, что есть очень малый круг людей, кого я действительно уважаю. И ты в него входишь, Ростислав.

Сегодня я объявил, что разослал послания всем детям Михаила II и Юлии Александровны Романовой. Ты входишь в их число по праву крови, Ростислав. Однако я уже не раз сталкивался с тем, что наиболее достойные войти в род Милославских, став опорой трону на правах родственников, предпочитают отказаться от этого ради того, чтобы жить собственной жизнью.