Гегемон Греции! (ЛП) - "Chen Rui" - Страница 435

Тиос замолчал, когда Дикеаполис заговорил о его материнском городе-государстве. Затем он вздохнул и сказал: «Да, коринфянам сейчас приходится нелегко. Я слышал, что Агесилай, спартанский царь, со своими войсками высадился в северной Греции и готовится отправиться на юг, чтобы объединиться со спартанскими войсками и провести клещевую атаку. Антиспартанская коалиция, безусловно, в опасности! Я должен поблагодарить тебя за совет. Без твоих уговоров я бы не решился присоединиться к Теонии так скоро».

Дикеаполис рассмеялся и сказал: «В таком случае, как ты должен меня благодарить?».

Тиос знал, что тот шутит, но все же прошептал: «На днях я отправился в дом архонта Давоса, чтобы обсудить с ним вопрос о пожертвовании каменного моста. Как ты знаешь, я много раз следовал за архонтом Давосом в его пожертвованиях, что соответствует недавно принятому законопроекту Теонии «Стимулирующее положение для иностранных доноров, жертвующих на строительство общественных зданий». Благодаря этому законопроекту мне удалось так быстро стать гражданином Теонии».

«Теперь ты могущественный торговец». — Сказал Дикеаполис.

Не обращая внимания на легкую кислинку в его словах, Тиос продолжил: «Архонт Давос осторожно спросил меня о некоторых купцах, которые протестуют на площади. В конце концов, он сказал: «Так больше продолжаться не может, Теония должна измениться!».

«Он действительно так сказал?». — Удивленно спросил Дикеаполис.

«Конечно. Я хорошо это помню!». — Тиос добавил с уверенностью: «Архонта Давос всегда был человеком слова».

В глазах Дикеаполиса промелькнул блеск.

***

«Архонт, вы ищете меня?». — Аристиас пришел в кабинет Давоса.

«Аристиас, садись». — Давос небрежно указал на деревянный стул рядом с собой.

«Понял». — Хотя Давос вел себя непринужденно, Аристиас все равно сел с уважением и осторожностью.

Откинувшись в кресле, Давос посмотрел на своего начальника разведки и сказал: «Ты следишь за мной уже почти пять лет, не так ли?».

«Если быть точным, то четыре года, семь месяцев и двадцать два дня». — Сказал Аристиас со всей серьезностью.

«Ты даже смог вспомнить это так ясно». — Давос рассмеялся и сказал: «С тех пор прошло уже много времени, а я все еще не увидел, чтобы ты набрал вес».

Аристиас только беспомощно ответил: «У меня такой организм, из-за которой я не могу набрать вес, сколько бы я ни ел».

«Если бы у Херистойи была твоя проблема, она была бы в восторге». — Рассмеялся Давос.

Затем он посмотрел на высокого и худого мужчину: «Ты был со мной долгое время, и, хотя ты стал гражданином Теонии, ты все еще готов продолжать собирать для меня информацию. С твоими способностями ты мог бы стать компетентным чиновником, независимо от должности в союзе… но ты продолжал молча вносить большой вклад в союз. Как и в случае с этим публичным судом, я очень благодарен тебе и в то же время чувствую себя виноватым!».

В голове Аристиаса появилось внезапное беспокойство: «Может ли быть так, что Давос отпустит меня?».

Постучав правой рукой по подлокотнику деревянного кресла, Давос медленно сказал: «С этого момента я наконец-то могу сделать что-то, чтобы отплатить тебе за твой вклад».

Аристиас едва не растерялся от внезапной смены темы. Затем он услышал, как Давос продолжил: «Аристиас, ты должен хорошо знать Сиракуз. Скажи мне, если мы начнем войну с могущественным городом-государством Сицилия, расположенным за морем, есть ли у нас шансы на победу?».

Наконец, сердце Аристиаса резко забилось. Он подавил свое волнение и некоторое время размышлял об этом, а затем сказал: «Я думаю, что между Теонией и Сиракузами все еще существует значительный разрыв в силе».

Давос не был удивлен словами Аристиаса. Напротив, он был доволен его отношением, поскольку даже при своей ненависти к Сиракузам он все еще мог проанализировать вопрос с объективной точки зрения: «О, в чем же разница? Расскажи подробнее».

«Согласно тому, что вы мне однажды сказали, мы можем судить о силе города-государства по четырем аспектам: население, экономический потенциал, площадь земли… и… ход».

«Военная мобилизация». — Напомнил Давос.

«Чуть не забыл». — Аристиас реорганизовал свою мысль и продолжил. «Теперь на Сицилии, кроме Лилибея, Эрикса, Зиза и нескольких самых западных прибрежных городов-государств, которые контролировали карфагеняне, остальные области были под властью Сиракуз, включая Сицилию и восточные города-государства, которые Дионисий завоевал с помощью таких подлых средств, как подкуп и убийство. Хотя карфагеняне все еще вели ожесточенную борьбу с сицилийской греческой коалицией во главе с Дионисием при Салусе, карфагеняне, согласно последним полученным нами сведениям, проиграли ряд сражений. По моим оценкам, их поражение — лишь вопрос времени.

И согласно информации, которую мы получили из Сиракуз, Гелы, Агридженто, Леонтинои». — Аристиас сделал паузу: "И объединив информацию, собранную жителями Катании и Наксоса, с информацией, услышанной Теонийскими купцами, которые отправились в города-государства Сицилии для торговли, мы можем получить общее представление о силе Сиракуз.»

Он снова сделал паузу, и Давос, постучав по подлокотникам, сказал: «Продолжай».

«Город-государство Сиракузы и прилегающие к нему города имеют около 400 000 населения, а число других городов-государств, которые находятся под прямым контролем и связаны с Дионисием, может приближаться к 1,3 миллионам». Сказав это, он посмотрел на Давоса.

Давос сохранял спокойствие и попросил его продолжать.

***

Глава 360

«Хотя территория, контролируемая Дионисием, немного меньше территории Теонии, половина Теонии была гористой и не могла выращивать зерно и другие культуры, в то время как Сицилия является известным зернопроизводящим районом Средиземноморья. Согласно объему торговли зерном в Сиракузах в прошлом году, производство зерна на Сицилии может быть в два раза больше, чем у нас».

«Кроме того, по сравнению с нашим портом, порт Сиракуз процветает, так как они почти монополизировали морскую торговлю между греками и африканцами. Даже несмотря на то, что они находятся в состоянии войны с Карфагеном, многих финикийских купцов все еще можно увидеть в порту Сиракуз. Хотя я не знаю точно, каковы ежемесячные налоговые поступления Сиракуз, они определенно намного лучше, чем в Туриях, учитывая пропускную способность порта и количество торговых судов. Не говоря уже о городах-государствах, основанных 300 лет назад, таких как Агридженто, Катания, Наксос и Мессена, чья портовая торговля очень процветает».

Слушая Аристиаса, Давос невольно кивнул и сказал: «Нет нужды говорить, что главное преимущество Дионисия как тирана в том, что он мог максимально сконцентрировал все ресурсы под своим контролем, включая людей, что позволяло ему начать внезапную войну без одобрения Совета. Помнится, ты ранее говорил, что Дионисий отправил около 100 000 человек сражаться против Карфагена на северном побережье Сицилии?».

«Да. Если быть точным, это должно быть почти 80 000 пехоты и 20 000 флота».

«В прошлый раз… сколько человек он послал для нападения на западную Сицилию?».

«По слухам, тоже 100 000».

Давос вздохнул. «Да, причина, по которой Сиракузы смогли начать крупномасштабную войну со 100 00 человек, заключается в том, что он смог поддерживать такое огромное количество войск в течение более чем шести месяцев сражений в месте, находящемся в сотнях километров от их города-государства. Военный потенциал Сиракуз действительно поразителен!».

«Хотя Сиракузы сильны, они не лишены слабостей». — Аристиас заметил, что в голосе Давоса прозвучало легкое уныние, поэтому он взял на себя инициативу: «Дионисий жестоко управлял Сиракузянами, чтобы не дать им восстать против него. Он также заставил их платить большие налоги, по которым они должны были ежегодно отчислять в государственную казну 20% своих доходов, что вызвало недовольство народа. Более того, граждане других городов-государств Сицилии также ненавидели его, потому что им не только приходилось платить высокую дань Сиракузам, но и их семьи были либо убиты Сиракузянами при завоевании, либо захвачены в плен, либо проданы в дальние страны в качестве рабов. Они ненавидят Сиракуз и Дионисия!».