"Фантастика 2023-94". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Ижевчанин Юрий - Страница 66

Естественно, начались страстные объятья, и единственно, что было странно, что Толтисса всячески просила его удерживать свою силу в себе. В тот момент, когда он уже почти не мог сдерживаться, она вскочила, подняла его за руку из постели и страстно прошептала:

— Бежим в сад! Мы достигнем высшего блаженства под звёздами и деревьями, а не под крышей! Только смотри мне в глаза, а я буду смотреть в твои!

И в саду мир как будто взорвался ярким светом. Посмотрев друг другу в глаза и слившись в удивительно сильном порыве страсти, Тор вдруг почувствовал, что две души рука об руку поднимаются в другие миры. Ощущение единства с чем-то непостижимо высоким пронизало его, и сквозь нечто, что иногда называли музыкой сфер, едва прорывались стоны Толтиссы. Но она была не там внизу, она здесь, рядом, как душа. Свет и ясность, внутренний огонь, невыносимая и совершенно чистая радость… скорее даже не радость, а натянутые до предела, играющие гармоничную мелодию три струны: дух, чувство и тело. Впереди раскрылась светлая воронка, и две души подошли к её краю. Мужчина почувствовал, что вот-вот всё станет необратимо. Он оглянулся вниз, увидел жену и сына. "К ним! Я ответственен за них!" — мелькнула мысль, в этом мире, где слова слишком низки, звучавшая страшным диссонансом. Но он увидел знатную даму и своего сына как рыцаря впереди отряда войска, и вдруг понял, что они удержать его не могут, без него не пропадут. А другой светлый сгусток души рядом с ним тянул его в воронку. Это было невыносимо привлекательно. Вдруг внизу он ощутил маленькое существо, которое радуется, почувствовав его высшую радость, но вместе с тем ужасно боится за своё будущее. Донёсся мысленный крик: "Была бы рядом, я сейчас покончила бы с собой вместе с тобой! Иди туда, хоть мне и страшно оставаться!" И Тор понял, что эта женщина погибнет в муках и позоре, если хозяин не вернётся. Он, преодолевая страшное искушение, повернул назад. За ним неохотно повернул назад и другой сгусток духа. Внутри мягкого света загорелась яркая звёздочка, Мастер неожиданно ощутил, что это — только что воплотившаяся душа. А в голове его вдруг вырисовалась схема совсем нового сплава, который должен быть намного острее всего созданного до сих пор.

Такое мучительное возвращение на землю!

А там уже чуть-чуть светает перед рассветом, и вокруг них, видимо, привлечённые криками, стоят их спутники и хозяин с его возлюбленной. Как ни странно, Тор не чувствовал никакого стыда, что его застали в таком состоянии. А Толтисса, прижав его к себе ещё крепче, вдруг сказала ясным голосом:

— Двойная тантра в момент двойного экстаза!

— Вот это да! — зашумели ученицы.

Тор слышал о тантре как о прорыве души в высшие сферы через телесную любовь духовно и физически подготовленных людей. А это был тот редчайший случай, когда одновременно двое достигли такого. Они еле расцепились, и тут Мастер почувствовал, как он был близок к смерти. Видимо, многие в такой момент уходят совсем. Он совершенно ослаб, их закутали и поднесли вина.

— Мы живы? — глупо спросил Тор возлюбленную.

— Я хотела спросить то же самое, — ответила она. — Я тоже чуть не ушла. Такое бывает один раз в жизни. Но если бы мы ушли, то вместе.

И тут застонал Клин Эстайор.

— Я понял! А я, дурак, хотел повторения! И бросался в грязный омут, потому что всё другое ничто по сравнению с воспоминанием!

— Эх ты, дурачок-светлячок! — ласково сказала Толтисса, перед которой Эстайор упал на колени. — Мужчине намного легче достичь тантры, чем женщине. Простая тантра бывает и несколько раз в жизни. Но нельзя стремиться к ней. Если её хочешь поймать, она никогда не придёт! Нужно возвышать себя, и она будет дана как награда.

Теперь Тор понял, почему столь жестокое учение у гетер. Поднять мужчину до неба, а не свергнуть его в ад, куда идёт самая простая дорога через физическую близость. Вот почему секс гадок, а любовь возвышенна! Но как мало людей могут прорваться наверх!

Толтисса как будто прочитала его мысли.

— Гетера может не только поднять до тантры. Она может поднять душу, которая опустилась почти до свинского уровня, обратно до людского, но лишь если человек сам искренне всей душой и всеми силами стремится подняться. И она же может опустить вроде бы сильную, но гнилую и ядовитую душу до свинского уровня, когда та станет не столь опасна для других. А всё остальное — необходимая предпосылка этого главного триединого мастерства.

— Ты — Великий Мастер! — прошептал Тор и прижал к себе возлюбленную.

— Ты — чистая душа! — ответила она и поцеловала его.

День прошел спокойно и тихо. Все были под впечатлением происшедшего ночью. Тор и Толтисса не могли оторваться друг от друга, но уже не как любовники, а как друзья. Физических сил у них почти не было. Тор с улыбкой сказал, что ему придется возвращаться на повозке. Гетера ответила, что ещё одна ночь впереди и можно будет отдохнуть.

— Теперь я понимаю, почему так мало рассказывают о тантре, — тихо сказал Тор возлюбленной.

— Да, словами это не передашь. Достичь этого очень трудно, нужно много перестрадать, многое осознать и быть духовно готовым, а затем выйти из своего страдания и своего творения в грешный мир, что часто труднее всего.

— А люди со свинской душой пытаются этого достичь через похоть. Теперь я понимаю, почему они так извращаются.

— Не говори — со свинской! Просто с обычной, не раскрытой, не прокованной и не закалённой, — Толтисса улыбнулась, глядя на Мастера. — И чем больше они изощряются, тем несчастнее на самом деле они становятся. Они либо теряют душу, либо остаются с ощущением, что самое важное для них недоступно. И они начинают всё это поливать грязью, чтобы не чувствовать себя ущемлёнными: я, такой богатый или такой знатный, видел лишь физическое наслаждение. Так что врут все! Если бы это существовало, я, самый богатый, самый сильный и вообще хороший, получил бы его. Значит, такого нет вообще.

— Точно, — кратко ответил Тор. — Такое за деньги не купишь и силой не возьмёшь. Впрочем, творческий экстаз тоже.

И возлюбленная вновь его поцеловала.

— Женщине, вижу, нужно очень много духовных сил потратить, чтобы поднять до тантры. — через некоторое время сказал Тор.

— И не только духовных. А самое главное, что, если по пути в мужчине проглянет свинство, то всё будет зря. Но не жалей нас, бедных, которым трудно поднять до тантры и трудно её достичь. Знаешь, когда мужчина находится в тантре, женщина получает самое острое и самое сильное из физических наслаждений, а вдобавок много сил. Ведь в этом состоянии естественно отдавать, а не брать. Ты сам чувствовал. Есть даже такие гетеры, которые полюбили поднимать до тантры добродетельных монахов и отшельников, а самим наслаждаться и получать силы. Их мы называем "тантрические вампирши" или просто йогини. Некоторые из них даже становятся ведьмами. Ведь можно не выпускать мужчину из тантры и оторваться от него лишь перед самой его смертью, высосав его полностью.

— Значит, мы всё время отдавали силы, любовь и остальное друг другу. А куда же потом всё подевалось? Мы оба еле живы.

— Передавали друг другу, отдавали всем другим, кто с нами тесно связан. А также Мировой Душе.

— Ты говорила об охотниц на добродетельных. Я слышал, что каждая гетера должна совратить хотя бы одного добродетельного, иначе её в цех не примут.

— Простой народ всегда всё преувеличивает, ты же знаешь. Но правда в этом есть. Самое тяжёлое и одновременно самое приятное испытание на Великородную — очаровать отшельника или честного монаха, заставить его забыть обеты, а потом сразу помочь ему частично искупить это, подняв до тантры.

"Да!" — подумал Тор. — "Оказывается, как жестоко устроен весь мир. Только начал очаровываться гетерами, а тут мне изнанку показали. И, кажется, отнюдь не всю".

Вечером, чуть-чуть придя в себя, Толтисса и Тор сидели в компании друзей, которые все ещё были в шоке от легендарного события, чьими свидетелями они стали. Толтисса вдруг взяла лютню и тихонько запела, нежно глядя на Тора: