"Фантастика 2023-94". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Ижевчанин Юрий - Страница 54

— А содомит? — ехидно и тихо спросил король Красгор.

— Неизвестно, мужчина ли содомит, — так же тихо ответил Тор. Король Валлины, слышавший это, расхохотался и озвучил разговор.

— Тор, ты прелесть и ты — моя любовь! — вдруг поднялась Толтисса. — Я гетера, а не музыкантша и не поэтесса. Но я сложила песню о тебе. — И она взяла лютню.

На втором куплете мелодию подхватил оркестр, а затем песню повторил оркестр с хором, и музыканты стали её лихорадочно записывать. Император сказал:

— Да, сегодня же эту песню запоёт весь остров!

Песня намекает на один из самых страшных обетов веры. Сохранились предания, что обитель Победителей находится на высокой горе на Северном Полюсе, там, где год равен дню (эту гору мы назвали именем из нашего мира, из индийской мифологии: Махамеру). Паломники отправляются на Северный полюс через ледники Северного Материка. Ещё никто не вернулся из такого паломничества.

Эстайор вдруг бросился к Толтиссе, обхватил её колени и зарыдал:

— Любовь моя, я не ревную тебя к Мастеру! Он достоин тебя. Не то, что многие другие твои любовники! Но я ревную тебя к стихам и песням! Ты победила меня в последнем, где я был сильнее!

— Неправда, Клин! — ответила Толтисса, гладя его по голове. — У тебя столько прекрасных песен, а у меня лишь одна, которую я сочинила для своего возлюбленного. И ты найди себе достойную возлюбленную. Столько моих клиенток и учениц вздыхают о тебе! Ты — Великий Мастер своего дела, как признал и Мастер Тор. Поднимись и создавай достойное себя. Я отказывала и отказываю тебе в любви не потому, что презираю тебя. Я не могу дать тебе такой любви, которой ты достоин. А теперь я уже всем говорю, что моя любовь отдана другому.

Эстайор с бледным лицом вышел. А компания перешла вновь к светскому разговору, и к шутливому состязанию: стихи в честь Толтиссы. И Тор вынужден был тоже высказать своё неуклюжее стихотворение.

Тор был немало удивлён, когда венок за лучшие стихи Толтисса поднесла ему со словами: "За искреннюю страсть". А затем выступили танцовщицы, и короли поднялись со своих мест. Приём был окончен. Но перед концом приёма Тор получил неприятный сюрприз. Король Красгор подошёл к гетере, поклонился ей и сказал:

— Несравненная Императрица красоты и любви, Толтисса! Жалкий королишко ничтожной Старквайи падает к твоим ногам, поскольку у него остался последний шанс. Скоро ты, о великая и прелестная, станешь женой и будешь нам всем недоступна. Пока не поздно, я прошу у тебя хотя бы единственной ночи. Я приготовил королевские подарки для тебя. Прошу тебя, не отказывай мне, от этого зависит судьба целого королевства! Ведь если монарх его умрёт от неразделённой страсти, то могут быть в нём великие потрясения.

И неожиданно для Тора, Толтисса назначила королю свидание через день после конца праздника.

Тор и Толтисса направились к гетере в паланкине, приветствуя по дороге празднующий народ. У Толтиссы на сей раз никого не было, кроме слуг. Словом, наконец-то вечер принадлежал им двоим. Они спокойно ужинали, наслаждаясь обществом друг друга. И вдруг Тор вспомнил, что через три ночи уже не будет её любовником, она отдастся королю. Тор спросил:

— Нам осталось двое суток?

— Думаю, что значительно больше. Наша песня только началась. Ещё до первого припева не дошли.

— А как же король Красгор?

— Я вижу, что ты наивный человек, Тор. Но не представляла себе, как можно быть настолько бесхитростным, вращаясь в высшем обществе. Ведь сегодня с королями ты вёл себя выше всех похвал. Я думала, тебе придется подсказывать, что делать, а ты и ответы прекрасные вначале нашёл, и верный тон выдерживал, который показывал всем, что ты не из их среды, но понимаешь правила вежливости и этикета и в данном случае ведёшь себя как равный, — Толтисса мельком огляделась, и продолжала, увидев, что слуг рядом нет. — Король хочет с тобой увидеться тайно и наедине. Для этого ему нужен предлог, который бы ни у кого вопросов не вызвал. Но, впрочем, он сыграл так тонко, что, наверно, лишь я и Император это поняли. Остальные все думают, что он на самом деле страдает недержанием семени. Ведь он, пока здесь, делает вид, что гуляет, вырвавшись из-под надзора. Уже практически всех известных гетер перепробовал, кроме меня. Все думают, что он просто пресытился своими тремя жёнушками, которых притащил с собой и теперь чуть не ежедневно с ними скандалит. Жёны, конечно же, недовольны, что их муж вовсю гуляет с дамами и гетерами. Я-то вижу: здесь что-то не так. А по намёкам поняла, что Император нечто знает про короля. Могу только посоветовать тебе: не лезь ты в игры политиков! Не для тебя всё это! Ты достиг высших почестей и славы, которые ты можешь достичь, не потеряв себя, своё мастерство, свои лучшие качества. А дальше зияет пропасть.

— Значит, ты не будешь любовницей короля?

— Ещё не знаю. Если он пожелает меня, то в ту ночь буду. А если пожелает одну из моих клиенток или учениц, то буду с тобой. Это моя работа, так же как ты должен выполнить заказ любого заказчика, у которого его принял. А ты проведёшь ту ночь со своей рабыней, ей тоже ласка нужна.

Тор улыбнулся столь железной и неопровержимой логике. Ему почему-то стало всё понятно и ничуть не обидно. Действительно, в каждом цехе свои законы, и, если от них отступать, весь мир развалится. А рабыня тоже живое существо.

— Если бы ты первая сказала "Да", я бы тоже сказал "Да".

Толтисса сразу поняла, о чем говорит Тор, и ответила в тон:

— Я тоже сказала бы "Да" в ответ на твое "Да".

— А почему же ты, вроде бы, совсем на меня не обиделась?

— Ты поступил по своим принципам. А у меня было три причины дать тебе сказать первому. Одна менее важная. А обе других гораздо более важные. Первая — в дальнейшем ты мог бы подумать, что я тебя на себе обженила.

— Не такой я дурак, чтобы так думать! — насупился Тор.

— Я же говорила, что причина менее важная. Более важная, что с момента заключения брака я перестаю быть гетерой. Так что мне надо было бы сначала разобраться со всем своим хозяйством. Да и свой дом я должна была бы не позже чем через месяц продать другой гетере, поскольку он зарезервирован за цехом гетер и приспособлен именно для дворца любви. И, наконец, неужели этот бородатый остолоп Патриарх не мог бы два дня подождать? Ведь если мы поженились бы сегодня, ты бы переехал ко мне вместе со всем своим имуществом. А за этой дурой, что тебе служит, ведь приползли бы два официала и торчали бы у меня в доме ещё двое суток. Вот этого мне совсем не хотелось.