"Фантастика 2023-94". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Ижевчанин Юрий - Страница 255

Когда царь говорил гетере, что не отпустит её от себя, задарит, улестит, она внутренне посмеивалась. Теперь Иолисса немного призадумалась. Он действительно способен поймать её в драгоценные сети! Её-то, которая до сих пор сама ловила мужчин! Но ведь и правда, пора карьеру заканчивать, а такой финал будет высшим взлётом и легендой.

Долго размышлять не пришлось. Попросил разрешения войти дворянин Крин Таролингс и передал царю приглашение Атара позавтракать с ним. Почтительный тон приглашения не скрывал настоятельности, между строк читалось, что разговор будет наедине между двумя главами союза. Ашинатогл вздохнул:

— Хотел сегодня позавтракать с тобой, царица женщин. Но Судьба решает по-другому. Трудный день начался. Тебе сейчас подадут трапезу, прошу тебя, не пренебрегай ею. Я буду мысленно завтракать с тобой.

— Я знаю, царь, что сразу после завтрака и мне предстоят трудные дела. Вижу посланницу от нашей царицы, которая не осмелилась войти в шатёр и просит передать мне свиток.

В письме оказалось приглашение от царицы на завтрак в компании женщин. Очевидно, это тоже был не просто завтрак. Изысканные блюда, приготовленные по приказу Ашинатогла, достались слугам.

Тлирангогашт всю ночь накалял ненасытное чрево Кутиоссы, так что любовники даже проспали восход. Как только краешек солнца показался на востоке, его и любовницу решительно потребовали к царям на суд равных. Царевич одним словом остановил своих друзей, вознамерившихся искрошить в капусту дерзких посланцев, и, сохраняя достоинство, молча, отправился вместе с посланными. Из соседнего дворца вышел, громко возмущаясь, Улугай. Увидев, как ведёт себя царевич, он тоже гордо выпрямился, убрал руку с сабли, замолчал и пошёл на суд. Женщины, заметив, что мужчины бесстрашны, тоже осмелели и стали осыпать ругательствами сопровождающих, угрожая им местью любовников. На губах Тлирангогашта промелькнула жёсткая и циничная улыбка, сразу же спрятанная под маской полного равнодушия. А хан не знал, то ли поддерживать неожиданную любовницу, то ли проклинать её.

Сначала четырёх обвиняемых доставили во временный "дворец" Атара, затем во дворе здания к ним присоединили по две доверенных рабыни женщин и их служанок из Древних. Кроме того, двух друзей Тлирангогашта, назначенных старшими в караулах, также привели и пропустили внутрь дома как знать. Задержанным выдали скудный завтрак, но разный: служанкам и рабыням по куску хлеба, кувшин воды и чашку бобов на всех, а знатным по чашке бататовой каши с блюдечком лучшего риса и по чашке чая.

Тем временем во внутренние комнаты прошли союзные князья. Вскоре вышел граф Таррисань и велел дежурным идти объявлять всем гражданам: они приглашаются на форум, чтобы присутствовать на суде равных над принцем Тлирангогаштом, ханом Улугаем, принцессами Кутиоссой и Эриоссой Алангита, их подчинёнными и слугами, замешанными в преступлении против нравственности.

Через полчаса вышли цари, князья и граф Таррисань с жёлтой лентой судьи через плечо. Чуть помедлив, повели и подсудимых. Знатных сопровождали граждане, остальных волокли слуги-воины.

На форуме на возвышении, называвшемся курией, восседал в кресле граф Таррисань. Его жёлтая лента теперь была закреплена пряжкой с символом Лиговайи. Перед судьёй была тумба, где стояли песочные часы, лежали молоток и фолиант законов Империи. Сзади поставили конторку, за ней примостились два секретаря из граждан. Там, помимо листов бумаги, туши и кистей, лежал ещё один фолиант законов, чтобы в случае необходимости секретари могли точно переписать формулировку.

Рядом с судьёй на скамье сидели два царя и четыре князя. Видно было, что процедура забавляла Ашинатогла, и он ухмылялся в бороду. Народа собралось на площади несколько тысяч. Граждане занимали ближайшую к курии часть площади, образуя народное собрание, за ними теснились любопытные из иностранцев и неграждан. Женщины на суд допускались лишь в качестве причастных к делу, но они наблюдали из окон и с крыш соседних домов.

Таррисань подвёл итог состоявшегося.

— Итак, единогласным голосованием Народного Собрания утверждена рекомендация нашего царя Атара о назначении меня судьёй Высшего суда равных Лиговайи и предоставлено гражданство нашим друзьям и союзникам царю Агаша, верховному князю Аникара, верховному хану пуников, князьям Лангишта и Логима. Напоминаю, что по нашим законам это гражданство автоматически распространяется на детей от их жён-гражданок или от полноправных гетер и художниц, а также от любого брака, заключённого по лиговайским законам и обычаям полномочным на это магистратом Лиговайи. Теперь наши почтенные друзья могут судить наших граждан. Предлагаю народу утвердить предложенный мною состав суда: Ашинатогл Агашский, царь Агаша, друг и союзник нашего народа и царства, глава союза, в гражданстве именуемый Шин Агашинг, первый в своём славном роде…

Далее в столь же торжественном стиле были представлены царь Атар, князья и хан. Собрание единодушно отошло влево на несколько шагов, вновь проголосовав единогласно. Всем не терпелось закончить формальности и перейти к разбирательству.

Убийца ханов стукнул молотком, требуя тишины.

— Кто сегодня требует справедливости и суда равных? Я предупреждаю, что за мелочное сутяжничество полагается штраф, а за повторное — лишение голоса.

— Я, принц Лиговайи Чусс Тронаран, тридцать третий в своём благородном роде и первый в своём знатном роде, требую суда равных над моей женой, принцессой Лиговайи по праву государственного брака и княжной Лангишта по рождению. Она неоднократно нарушала святость государственного брака, вчера вечером откровенно позорила меня, весь наш род и род своего отца бесстыдным поведением, а сегодня ночью осквернила супружеское ложе с царевичем Тлирангогаштом, который вдобавок приказал своим личным гвардейцам не пускать меня в дом, пока этот позорный акт не будет завершён. Мой иск связан с иском моего младшего брата принца Сира.

— Я делаю замечание принцу Канчуссу, что он не назвал себя полным благородным именем. Я также должен заметить неполноту его иска. Он потребовал суда лишь над развратницей, но не над её любовником, который тоже явился осквернителем его супружеского ложа и над теми, кто не пустил его домой. Он не назвал также тех, кто мог способствовать падению его жены и поэтому тоже может считаться сопричастным к делу, — официальным тоном обратил внимание на процедурные упущения граф.

— Равный мне судья, я признаю твои замечания. Я не назвал имени Тлирангогашта, потому что видел: та, которая пока что считается моей женой, сама бросилась ему в объятия и он без позора не мог уклониться от них. Конечно, он прикосновенен к делу и я вношу его в свой иск, одновременно ходатайствуя о снисхождении. К жене я приставил доверенных рабынь Анкир и Суланг, а также принёсшую мне вассальную присягу верности служанку из Древних Иолаиэ. Поскольку они не сообщили мне о происходящем бесчестии и ранее покрывали все развратные деяния той, которая пока что называется женой мне, я прошу привлечь к разбирательству и их также.

— Надеюсь, секретари записали. Итак, первый иск принца Канчусса по обвинении в неоднократном нарушении святости государственного брака, позорящем высокородную особу поведении, осквернении супружеского ложа и самовольном захвате принадлежащего ему дома принимается. Ответчиком является принцесса Кутиосса Алангита. Суд также должен исследовать роль в этом деле принца Тлирангогашта, сына Ашинатогла, знатного гражданина Империи, а также его гвардейца Тирантолота, сына Карут-Анлиля, высокородного агашца и нашего союзника. Кроме того, суд призывает на боковые места тех, кто ниже по сословию: служанку Иолаиэ, рабынь Анкир и Суланг. Все исследуемые могут быть в любой момент объявлены обвиняемыми. Точно так же суд может поступить и с другими, чья роль пособников либо исполнителей будет доказана.