"Фантастика 2023-94". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Ижевчанин Юрий - Страница 160

Император был чрезвычайно раздосадован. Ведь он хотел убить двух зайцев: дать Империи достойного нового Императора и оградить свой маленький лен, поскольку после такого благодеяния Клингор был бы вынужден защищать всеми силами герцогство Куктинга (вернее, уже его сына). Что сын удержится сам, Куктинг весьма сомневался, зная средненькие способности наследника и в дипломатии, и в военном деле. А самое главное, что даже понизить его и сделать наследником другого бессмысленно: взрослых сыновей четверо, но все они средненькие, ни рыба, ни мясо. И Куктинг совсем приуныл[6].

Принц Атар с трепетом в сердце переступил порог внутренних покоев Имперского Храма Двенадцати Победителей. Монахи-эмпаты отметили его волнение и ещё что-то, не сумев сразу идентифицировать, но тем не менее сочли возможным провести его к Патриарху. Поклонившись и пробормотав ритуальные слова приветствия:

— Пресветлый отец, я отягощён грехами и недостоин, но не посмел не явиться по твоему зову, — принц поцеловал перстень Патриарха, как полагалось делать независимым правителям, которым он уже считался, правда, пока без реального княжества.

Выслушав первый вопрос Патриарха, принц вместо ответа молча передал ему тетрадку с записями. Патриарх просмотрел их, быстро понял, в чём дело, спрятал тетрадку в складках своего одеяния и велел позвать братьев Сита и Крира. Тут у принца прорезался голос:

— Пресветлый отец, а не лучше ли сделать это через несколько дней, чтобы если, не дай Судьба, в твоем ближнем окружении есть кто-то неверный, он не смог бы понять, в чём дело?

Патриарх отменил приказ и отослал своих людей, которые, к счастью, не услышали слов принца. И, пока дверь не закрылась, он сурово отчитывал принца за недостатки в духовной подготовке и за грехи. Так что все могли бы подумать, что сначала Патриарх очень разгневался на принца, а затем немного смягчился. Когда Патриарх почувствовал, что никто не слышит и не видит, он вновь достал листки, быстро просмотрел их все и подытожил:

— Насколько я понимаю, рассказывать ты ничего не имеешь права в силу клятвы. Я присмотрелся к тебе и вижу, что ты сумел повредить их мощный ментальный щит, причём тонко, так, что заметить утечки трудно. Приходи через несколько дней, мы поможем тебе великим благословением всех монастырей и духовной защитой.

— Ещё один щит? — обречённо спросил Атар, только сейчас окончательно поняв, в какие опасные дела он влез.

— Сын мой, надо слушать внимательно. Я сказал: защита, а не щит. Тебе придётся противоборствовать сильнейшим духовным и психическим атакам. Тебя будут пытаться подчинить Единобожники, поскольку территория, куда ты отправляешься, не является канонической ни для одной религии. Тебя будут атаковать Проклятые. Да и Южный Монастырь не так-то прост. А тут ещё одна мощная сила, и ведь они поставили на тебя и твоё новое царство… или, может, на всю Южную Империю?

Принц содрогнулся. В третий раз упоминается про императорство. Неужели ему придется принять на себя тяжесть короны Юга?

После всего происшедшего принц остаток разговора помнил как в тумане, но по косвенным признакам установил, насколько детально его исследовали. Вернувшись к себе, он проспал до следующего утра. А поскольку теперь отплытие в Зоор откладывалось, он занялся рутинными делами Сейма и подбора специалистов. На Имперском острове ему удалось соблазнить несколько архитекторов и дошедшую до критического по меркам гетер возраста (сорок лет) Высокородную Иолиссу. Теперь основные направления были более или менее укомплектованы. Принц почувствовал, что выигрывает год из двух лет, первоначально отпущенных на подготовку. Плохо, что ни одного Великого Мастера. Но Мастеров каждой специальности было раз в десять меньше, чем Высокородных художников или гетер.

Великое благословение всех монастырей и постановка защиты оказались столь трудными и даже мучительными процедурами, что принц на неделю слёг в постель и лишь затем отбыл в Зоор.

В Зооре буквально через несколько дней после возвращения принца поджидал сюрприз, вновь изменивший его намерения и вызвавший немедленные действия. Хитрые планы короля насчёт Атара и колонии были сорваны простоватым и прямолинейным воякой. Верховный адмирал Крис Эритайя возмутился, услышав, что чужой флот будет ещё год стоять в гавани Зоора и ремонтироваться на королевских верфях. Флотоводец поднял громадный скандал при поддержке многих других военных и целой своры советников и знати, теперь уже завидовавших славе Атара и потоку людей. Этим воспользовались демагоги и начали подбивать народ на бунт против колонистов, мешающих жить коренным зоорцам и нагло объедающих их, пользуясь покровительством короля. Такие неприятности заставили принца убраться с флотом в Карлинор, где его ждали (впрочем, его звала к себе и Хирра). Король был недоволен, но делать было нечего: он сам видел, что слишком много влиятельных людей будут всячески мешать Атару, и рассчитал, что лучше пусть он будет обижаться на них, чем потом переносить отрицательные чувства на короля. Всё равно дерзкое решение ехать в дальние страны, чтобы начинать там заново, означало: принц разочарован настроениями и образом жизни большинством знати и народа в Империи. Так что возмущение действиями Атара лишь подтверждало мнение принца о массах. Поскольку с принцем отбыли и набранные им колонисты, можно считать, что дальний путь начался, пока что с короткого морского перехода.

Словом,

Глава 5. Новый Император

Неожиданно быстрый отъезд из Зоора заставил будущих колонистов сплотиться. В Карлиноре они поставили временный городок под стенами города. Клингор был доволен, что его княжество всё-таки будет метрополией новой колонии. В данном случае он обыграл короля и Хирру.

Кисса встретила принца в буквальном смысле с распростёртыми объятиями и немедленно вызвала его на любовный поединок. Принц сумел без нарушения правил чести только обговорить отсрочку на три дня, пока он устроится сам и устроит своих людей. Вечером у него состоялся ожидаемый, необходимый, но от этого не менее тяжёлый, разговор с женой.

— Я понимаю, что ты, муж мой, как владетель, а теперь и будущий царь, должен поддерживать отношения с самыми разными людьми. Я понимала, что без гетер нам там будет выжить намного труднее, а сохранить культуру почти невозможно. Но они просто атакуют тебя как нынешнюю знаменитость и будущего правителя.

— Что поделаешь? Такова жизнь, таковы обычаи. Хорошо ещё, что по положению моему я могу отказать полноправным, но над Высокородными и сам Император не имеет власти.

— Да, что поделаешь. Но есть ещё одно. Ты, муж мой, до сих пор делал всё, чтобы я оказалась признана в высшем обществе, и добился своего. А там тебе придется вступить в политический брак с дочерью какого-нибудь местного царя или же Императора Юга. И я стану второй женой.

— А вот здесь ты ошибаешься. Вернее, наполовину ошибаешься, моя драгоценная жена! Да, я понимаю, что вынужден буду вступить в политический брак. Но с самого начала я поставлю старкских граждан на положение местной знати, а сам, чего бы мне это ни стоило, заявлю, что настоящий принц настоящей Империи выше всех этих царей. Так что ты там будешь не ниже по знатности, чем дочь захудалого Императора Юга, и я буду брать лишь вторую жену.

— Ты очень многое продумал и решил, мой муж и мой настоящий мужчина! Я ещё раз увидела, что перед нами дорога Судьбы, ведущая к одному из двух: или к славе на много столетий, или к достойной смерти. Я рада, если мы пройдём эту дорогу вместе до конца. И у меня есть чувство, что так и будет.