Серебряная река (СИ) - Ву Саша - Страница 34

— Зачем ты пришёл?

— Простите, учитель. Вас не было очень долго, этот ученик зашёл проверить, всё ли в порядке.

— Всё в порядке. Принеси мне воды и помоги одеться.

Ли Ю вышел. Я подошёл к окну. И правда уже светло. Утренняя свежесть сменилась полуденным зноем. Я всласть потянулся. Вдохнул терпкий воздух, наполненный пьянящим ароматом. Жасмин ещё не отцвёл.

Я сосредоточился на ощущениях. Из глубин памяти всплыли уже привычные образы.

У меня за спиной груз драгоценного шёлка...

Нос стал чутким. Влажный тяжёлый запах поднимался от земли. С кухни тянуло жареной лапшой. На заднем дворе пахло древесным углём и солодкой, наверное, тётушка Бо затеяла стирку.

Шуршание щётки и плеск воды подтвердили мою догадку. Мимо окна пролетела ленивая муха, её жужжание ненадолго меня оглушило. Я должен научиться контролировать навык.

Прохлада пруда заставила меня улыбнуться. В этом мире вода вызывала у меня непреодолимую нежность. В саду среди шелеста листьев я услышал тихий шёпот учеников. Я напряг слух.

— Шицзе[3] Су, наш учитель немного странный. Каждое утро он приходит ко мне и говорит одно и то же. Я не знаю, как это понять, — я узнал голос маленького злодея.

— Я давно это говорю! Наш учитель сошёл с ума, — прошептала Су Сяолин.

У этой девчонки совсем нет совести!

— Пусть себе сходит. Он почти не орёт и дал нам Хрустальный цветок и таблетки. И нас стали вкусно кормить! — вплёлся в разговор голос Цай Тая.

— Ах, глупая тыква! Только и думаешь, что о еде! Он задумал что-то плохое!

Чжан Син заговорил снова:

— Я правда не понимаю. У Главы Яна учитель просил за меня. Он даже встал на колени и умолял! Разве он не хотел избавиться от всех нас?

— И он прогнал ту красотку, барышню Пэй, — добавил Цай Тай.

— Дураки! — шикнула Су Сяолин. — Он просто боится, что больше не будет учителем!

— Раньше же не боялся.

Цай Тай! Я верну твою еду, обещаю. Целый мешок сушёных фруктов!

Ли Ю помешал мне дослушать.

— Учитель Вэй, этот ученик принёс воду. Этот ученик поможет вам с умыванием.

Умываясь, я вдруг понял, что Система молчит.

«Система? Ежедневных заданий больше не будет?»

[Глобальное изменение мира].

[Идёт перерасчёт].

[Пожалуйста, ожидайте].

Мир снова менялся. Странно, что Система не визжала об этом всё утро.

Я вспомнил кое-что, что заставило меня удивиться.

В деревне Мерцающих огней появились цзянши. Почему вместе с Бянь Жэном туда отправили И Фухуа? Разве главный герой не должен смирно сидеть на Звёздном пике до осени?

Дело в деревне было несложным: убить десяток туповатых зомби и сумасшедшего, который их создал. Свихнувшийся заклинатель, свернувший не туда на тёмном пути — что могло быть банальней?

В книге об этом упоминалось мельком, что-то вроде «там и делать-то было нечего». Но И Фухуа туда точно не отправляли.

Это и есть «Глобальное изменение мира»?

— Вы в порядке, учитель?

— Просто задумался. Сяо Ли, сделай чай. Выпей вместе со мной, у меня остались рисовые пирожные.

Отчаянно зевая, я сел за стол и спросил Ли Ю:

— Чем заняты ученики?

— Сейчас время для медитаций. Позже мы будем совместно тренироваться с мечом. После обеда каждый сам решит, чем полезней будет заняться.

— Хорошо. Сяо Ли, у меня есть для тебя пара личных заданий. Во-первых, вот тебе книга.

— «Список благородных семей Западного царства» — отвлёкшись от чая, прочёл Ли Ю.

— Перепиши себе и заучи. В Западном царстве эти люди решают всё. И вот ещё что. Ученик Чжан… Его каллиграфия очень слаба. Займись его обучением. Пусть также перепишет книгу, а ты проверь, чтобы было правильно и аккуратно.

— Учить этого… Учитель Вэй?! Он недостоин даже стоять рядом с учителем! Почему учитель так заботится об этом ущербном?

— Так пожелал глава Ордена Ян, — я пожал плечами и положил в рот сладкий рисовый шарик.

— Этот ученик понял.

Спихивать вину на начальство — навык, полезный во всех мирах.

— Сяо Ли, — вдруг вспомнил я, — тот день, когда… когда меня чуть не убило отклонение ци. Ты помнишь, что было в тот день? Что-то странное? Или, может быть, в предыдущий?

Ли Ю ненадолго задумался.

— Этот Ли не помнит ничего необычного.

— Может, кто-то приходил?

— Старший учитель Пэн был утром в тот день. Он не был странным. Старший учитель Пэн долго читал наставления. Вы жаловались, что этот старик надоедливый. Э-э-э… Это слова учителя.

— Я понял. Он заходил в мою комнату? Может, что-то мне дал?

— Старший учитель Пэн даже не прошёл за ворота. Этот Ли стоял совсем рядом и не видел, чтобы вам что-то дали. Учитель Вэй? Вы в чём-то подозреваете Старшего учителя Пэна?

— Я даже не помню, что он приходил в тот день. Как я могу его подозревать? Просто хочу понять, что случилось. Ах, этот старик так зануден, что может вызвать отклонение ци.

Здесь книга не обманула. В ней Старший учитель Пэн вечно говорил о добре и всех поучал. Почему-то это считалось большой добродетелью.

Ах, неважно.

Я просто подумал — почему умер Вэй Шуи?

[1] Восемь Бессмертных (八仙, Bā xiān) — восемь святых даосского пантеона

[2] Хуан-ди, Жёлтый император — легендарный правитель Китая и мифический персонаж, который считается основателем даосизма и первопредком всех китайцев. Хуан-ди предсказал день своей смерти; а в его гробе, позднее обнаруженном в разверзшейся горе, нашлись только меч и сандалии

[3] Шицзе — старшая соученица, сестра-наставница (обращение младших к старшим, либо к тем, у кого есть учитель)

15

Глава 42

Я прогнал Царапку, закрыл дверь и окно. Удобно устроился на мягком ковре и достал из шкатулки нефритовую табличку. Я достаточно обжился, пришло время изучить второе наставление семьи Вэй.

Первый навык я смог освоить. «Шёпот листьев тутовника» усиливал не только слух, но и обоняние. Возможно, позже он даст мне больше. Зрение, тактильные ощущения или чувство присутствия — кто знает?

Навыки усиливались по мере познания, только от меня зависело, как сильно я смогу продвинуться.

Я погладил прохладный нефрит. Ответят ли родные Вэй Шуи на мои письма?

Коснувшись пальцем кончика кинжала, я выдавил каплю крови и впечатал её в камень. «Шёлковая вуаль тишины». Духовная сила потекла в табличку. Волна образов затопила сознание.

— Вэй-гэ, тише, тише!

Сильные маленькие ручки затолкали меня в ворох ткани. Голова закружилась от духоты и приторных ароматов. Кровь забурлила в венах. Если братья этой крошки меня обнаружат, мне придётся несладко.

Сердце! Бейся помедленней!

Скрипнула дверь, уверенные шаги было слышно даже через множество слоёв шёлка.

— Младшая сестра, у тебя всё в порядке? В саду видели постороннего.

Я затаился, не шевелясь. Крепко сжал рот, задержал дыхание. Духовная сила сжалась в незримую точку, пересохли меридианы.

Здесь никого нет!

В горле першило. Только бы не чихнуть.

Вонь гниющей крови ударила в нос. Подо мной — скользкое тело. Множество тел.

Они вырезали весь караван!

Ночь, но вокруг мельтешили огни. Ярко горели факелы. Тишину то и дело прерывала громкая брань. Проклятые бандиты!

Меня ищут. Есть ли Небо на этом свете? Я так хочу жить!

Я вжался в трупы и замер. Я тоже мёртв. Мёртв внутри и снаружи. Раны болят. Меня не найдут, не заметят.

Шёлковый халат пропитался кровью. Я выживу и отомщу.

Зачем мы пошли этой дорогой?

В мешочке у меня на груди шуршали маленькие сёстры. Я скользил меж стволов шелковицы, морщась от непривычного запаха. За спиной шумел праздник. Во дворце Золотого покрова устроили пир, радуясь победе.

Воры! Глупцы!

Маленькие сёстры уже у меня. Потерпите! Скоро я верну вас домой, в Поместье луны шелкопрядов.