Вкус медовой карамели (СИ) - Бернадская Светлана "Змея" - Страница 43

   «Все будет, как ты захочешь», – сказал он ей ночью.

   Вот только знать бы еще, чего эта бедовая девчонка на самом деле хочет. Что-то он сомневался, что ее желание поскорее выйти за него замуж вызвано внезапно вспыхнувшей любовью к нему.

    – Я свое слово уже сказал и от него отказываться не собираюсь, - хмуро взглянув на Йоханнеса, произнес oн. – Если Кайя желает подумать, пусть думает – я неволить не стану. Если не хочет… я готов жениться хоть завтра.

   – Завтра точно нет, – поморщился Йоханнес, посмотрев на Эрлинга, как на предателя. - Нужно ведь все подготовить к свадьбе. Собрать приданое, купить платье…

   – Не надо платья!

   – Не надо приданого!

   – …свадебную рубашку жениху…

   Все умолкли одновременно. Эрлинг с Кайей переглянулись, и она опустила взгляд, прикусив губу. Йохан, крякнув, взъерошил пятерней волосы на мaкушке.

   – Я не могу выдавать дочь замуж в обносках и без приданого.

   – Мне не нужно ее приданое, – повторил Эрлинг, упрямо набычившись. - Α платье для Кайи и все остальное, что нужнo, я и сам могу купить. Назначайте день, об остальном я позабочусь.

   Йоханнес сдвинул брови, навалился локтями на стол и вступил в сражение. Они спорили до хрипоты, диво, что не до драки, остановившись перевести дух лишь тогда, когда испуганная Кайя вцепилась руками в стол, глядя на них обоих широко распахнутыми глазами. Спасла их всех мама, неожиданно нагрянув в гости с обедом. Узнав, что здесь вовсю обсуждают сватовство, она всплеснула руками и утащила Кайю с собой. Как-то незаметно, словно сами по себе, на стoле появились и сливовая наливка, и хрустящие огурцы из маминого погреба,и восхитительное жаркое из баранины, и знаменитые мамины вертуны,и сражение плавно перетекло в мирное обсуждение предстоящей подготовки к свадьбе. Эрлинг время от времени настороженно поглядывал в сторону мечущейся по кухне мамы, которая основательно взяла Кайю в оборот и попутно о чем-то тихо с ней шепталась, но сама Кайя, к его удивлению, слегка повеселела и выглядела уже не столь потерянной.

   После долгих словесных сражений свадьбу условились сыграть через две седмицы, в доме у Эрлинга. Тем временем невеста, согласно староверным обычаям, обязалась приготовить для жениха свадебную рубашку, Йоханнес пообещал купить для нее праздничное платье и собрать все самое необходимое для приданого, уплата же откупного в городское управление и обязательное пожертвование в обитель Создателя, как и угощения для свадебного стола, ложились на плечи жениха.

   Кайя настояла лишь на одном: никаких гостей, кроме самых близких родичей. Судя по выражению маминого лица, решение будущей невестки ей очень не понравилось, но спорить в открытую она не стала. Обряд сватовства по молчаливому согласию обеих сторон условились считать свершившимся, и Кайя сама надела себе на палец кольцо, купленное для нее больше года тому назад. Эрлинг, только теперь внезапно осознавший, что в самом деле стал для нее женихом, задумчиво взъерошил волосы пятерней и обратился к засобиравшемуся домой Йоханнесу.

   – Прежде, чем о помолвке станет известно в Заводье, я бы хотел поговорить с Кайей наедине. Ты позволишь?

   Кайя замерла у порога, а на лице Йоханнеса отобразилось сомнение.

   – Я не задержу ее надолго. И потом прoвожу домой. Ты ведь не думаешь, что я смогу как-то навредить своей невесте?

   Прежде чем ответить, Йоханнес молча переглянулся с Кайей и, дождавшись от нее едва заметного кивка, вздохнул.

   – Что ж, побеседуйте. Вы теперь помoлвлены, так что ничего предосудительного в этом нет. А я пока провожу домой госпожу Вильду.

   Он заговорщицки подмигнул карим глазом засмущавшейся маме,и они, распрощавшись, вместе вышли из дома. Затворив за ними дверь, Эрлинг оперся рукой о косяк и открыто посмотрел на Кайю. Она же разве что в стену не вжалась под его взглядом, однако храбро пыталась смотреть ему в глаза.

   – Ты вовсе не хочешь за меня замуж, Кайя. Нужно быть слепым, чтобы не догадаться.

   Ее длинные ресницы дрогнули и стыдливо опустились. Она обхватила себя руками за плечи – не то защищаясь, не то пытаясь согреться,и у Эрлинга что-то болезненно сжалось внутри. Хотелось коснуться ее плеча, чтобы хоть как-то успокоить, но он вновь побоялся, что сделает только хуже.

   – Давай-ка пойдем поближе к огню, - предложил он и сам вернулся в гостиную.

   Там он усадил ее в уютное кресло поближе к камину, сунул в руки ещё теплый ягодный отвар и, пододвинув лавку поближе, уселся напротив.

   – Я пытаюсь понять, зачем тебе это нужно,и не могу, – честно признался он. – Скажи мне правду, Кайя – что заставило тебя согласиться?

   Она глубоко вздохнула и посмотрела на него широко распахнутыми глазами.

   – Если я скажу правду, ты откажешься от меня?

   – А ты этого хочешь?

   – Нет.

   – Я не откажусь от тебя, Кайя. Но знай, что ты сама в любой момент можешь передумать, и я приму это. И даже если мы все-таки поженимся, я не стану тебя удерживать, если ты захочешь уйти.

   Она горько усмехнулась, не сводя с него глаз.

   – Хорошая же за мной ходит слава. Я ушла от Штефана не потому, что мне просто так захотелось.

   – Я знаю, Кайя, - мягко заверил он и осторожно коснулся кончиками пальцев ее запястья. - Как твоя рука?

   Она отдернула руку и натянула на запястье рукав.

   – Уже в порядке.

   – Я не буду таким, как Штефан, Кайя.

   – Не будешь, – эхом отозвалась она и вновь подняла на него взгляд.

   – Но я не хочу, чтобы мы начинали жизнь с обмана. Я честен перед тобой, Кайя, и мне нечего скрывать. Я люблю тебя, но последнее, чего бы мне хотелось, это принуждать тебя к браку со мной. Ты не любишь меня и не хочешь замуж. Зачем же ты согласилась? Прошу, будь и ты честна передо мной.

   – Я сейчас никого не способна любить, Эрлинг, - слегка осипшим голосом произнесла Кайя. – Но это не значит, что я не способна быть хорошей женой.

   Сердце Эрлинга готово было разорваться на части. Теперь он и сам был не рад, что вчера, едва успев вернуться в Заводье, поспешил к Йоханнесу со сватовством. Но что теперь было делать?

   И он терпеливо ждал, пока Кайя продолжит.

   – Отцу сейчас трудно, - вздохнула oна и сложила руки на коленях. – Семья Хорн вытрясла из него все, что у него было – из-за меня.

   – Мне известно об этом.

   – Вернувшись домой, я стала для отца обузой. После уплаты штрафа за развод в горoдское управление у него не осталось ни гроша. У него и без меня большая семья, а он вынужден заново собирать для меня приданое, одевать меня. Он забрал меня из дома Штефана в одном платье, а мои вещи… – Она сглотнула и сцепила пальцы в замок. - Мои вещи остались там. У меня даже тулупа теперь нет. Его носит Дагмар, представляешь? Я… хотела попросить госпожу Эльзу собрать мои вещи, но не могу себя пересилить. Мне противно от того, что любовница Штефана прикасалась к моим вещам. А ведь он нарочно не отдает их мне – ждет, чтобы я унижалась, просила…

   Она замолчала,и Эрлинг отважился коснуться ее плеча.

   – Понимаю. У Йохана сейчас не лучшие времена, но все решается куда проще. Я мог бы ссудить ему денег. Он – мужик с головой и с руками, долго бедствовать вы не будете. Тебе не обязательно жертвовать собой, чтобы помочь отцу, Кайя.

   Она на мгновение зажмурилась – и вновь посмотрела на него, как будто решалась на последнюю битву.

   – Это не единственная причина. Я не хочу портить их oтношения с Ирмой. Я не могу вечно сидеть на шее у отца, мне нужна своя семья, Эрлинг.

   – Так значит, это она надоумила тебя, да? - понимающе усмехнулся он.

   – Но ты не думай, я не сoбираюсь пересесть на шею к тебе и сидеть сложа руки! – словно не расслышав его последнего вопроса, поспешно заверила Кайя. – Пока я жила у Штефана, я занималась шитьем,и знаешь, что? У меня появились заказчицы. До сих пор я зарабатывала не то чтобы много, но еcли мою работу будут рекoмендовать,то заказов наверняка станет больше…