Что ты несёшь с собой. Часть I (СИ) - Жукова Юлия Борисовна - Страница 71

Я медленно кивнула. Другая группа – это хорошая идея.

– А зачем Танва понадобился главе?

Мальчишка смутился.

– Он хотел знать, почему пранур Вачиравит меня выделил.

Интересно. Арунотай уже спрашивал об этом меня. Не поверил?

– И что ты ему сказал?

Танва стушевался ещё больше.

– Сказал, что он… это… ва-ам уступил, – выдавил он срывающимся голосом, весь засияв розовым.

Я не сразу поняла, что его так смутило. Ну уступил мне Вачиравит, и что?

– Танва сказал главе, – нетерпеливо перевела Паринья, – что вы беспокоились, что пранур Вачиравит один охотится, и он решил вас больше не волновать.

То есть… Что-то у меня снова смекалка работать отказывается… Танва сказал Арунотаю, что Вачиравит приветил его ради моего душевного спокойствия? Ох, прародитель демонов, мало мне было Чалерма, и этот туда же?! Представляю, что скажет сам Вачиравит, если узнает! Да он меня со свету сживёт!

– Вачиравиту не говорите, – отрезала я и повернулась прочь, стараясь как можно скорее покинуть это место унижения. Арунотай ведь теперь будет думать, что Вачиравит потакает моим капризам! Не дай небеса ещё решит через меня на него повлиять! Ох и влипаю же я этим браком, чем дальше, тем глубже.

В своём стремлении сбежать подальше от учеников я оказалась где-то среди учительских домов и очнулась, заслышав знакомый медовый голос. Чалерм кого-то увещевал.

– По-прежнему не понимаю, – отвечал ему некто, на слух показавшийся мне пожилым мужчиной, – по какому праву вы взяли себе чужую охоту!

– Во-первых, я лично не охотник и себе ничего не брал, – заладил свою заунывную песню в ответ Чалерм. – Во-вторых, охоты не имеют личной принадлежности. Они не закреплены ни за кем персонально. В-третьих, я выполнял приказ пранура Вачиравита…

– А, будете калекой прикрываться? – скрипел в ответ незнакомый старик. Я вывернула из-за древодома и наконец увидела его – высокого, с благообразной седой бородой и высокой причёской из белых волос. – Вачиравит – дитя неразумное, ему дела нет ни до чего, и его никто не спрашивает. Охоту взяли вы, вам и отвечать!

– Вы заблуждаетесь, – смиренно забормотал Чалерм. – Я состою при прануре Вачиравите помощником и не имею права ослушаться его приказа. Он сообщил мне, что берёт эту охоту, а я всего лишь сделал соответствующую пометку в…

Дальше я не слушала, потому что развернулась и рванула обратно к своему древодому. Лишь бы этот гад ещё не ушёл на очередную охоту! А то потребовал, видишь ли, себе чтоб попроще и побольше, а Чалерму теперь оправдываться!

К счастью, Вачиравит оказался дома и даже одетым. Не в броню – неужто сегодня не собирался никого рубить в начинку для пирожков?

– На Чалерма напали! – выпалила я ему в лицо, едва он вышел на лестницу, заслышав колокольчики.

– Кто?! – изумился Вачиравит.

– Какой-то дед, наверное, из совета!

Вачиравит закатил глаза и попытался шагнуть обратно в свои покои.

– Чалерм разберётся.

Я ухватила его за запястье.

– Подожди! Это твоя ответственность! У тебя есть власть над этим дедом, а у Чалерма нет. Иди и покажи ему!

Он скривился, как будто я предлагала ему съесть что-то прокисшее. Неудивительно, если члены совета считают его дитём неразумным, чего-то от них требовать тяжело. Но если он не начнёт это делать, ничего не изменится!

– Ты обещала решать все проблемы сама, – припомнил он.

О-о, дорогой, как удачно!

– А ты взамен обещал научить меня всему, что знаешь! Ты хоть попробовал?

Теперь Вачиравит выглядел так, словно у него заболели зубы. Похоже пообещал бездумно, не ожидая, что я приду и стребую. Наконец, поколебавшись, он протиснулся мимо меня и принялся тяжело топать вниз по ступенькам. Я даже не была уверена, что он пошёл и правда помогать Чалерму, пока Вачиравит не замер на крыльце, осознав, что не знает, куда идти.

– Веди, – велел он.

И я повела. Летя на крыльях победы.

Как я и думала, мы ещё застали разговор в самом разгаре.

– Что значит «кто угодно может взять что угодно»?! – возмущался старик. – Эта охота всегда была моя!

– Не совсем вас понимаю, – шёлковым тоном уточнял Чалерм, казалось, вовсе не утомлённый затянувшимся спором. – Вы знали о том, что эта деревня попросит помощи? Почему же не предвосхитили события?

– С чего я буду метаться? – фыркнул дед. – Пока они не собрали плату, какой смысл?

– Рангсан! – громко сказал Вачиравит, подходя ближе. – Ты уже был в той деревне и не справился. Хотел ещё раз осрамиться? Или боялся, что я узнаю?

Говорил он развязно, с презрительным выражением на лице, но я заметила, как крепко он сжимал кулак. Рангсан сначала удивился, а потом тоже заметил напряжение в позе Вачиравита.

– Мальчик, иди играть, – отчётливо сказал он и снова повернулся к Чалерму.

Узоры Вачиравита полыхнули розовым и красным, он набычился – точно как подросток, которому указали на его место. Вот, значит, каким образом совету всё сходило с рук.

– Наставник Рангсан! – рявкнула я, используя обращение не ради вежливости, а для большей формальности. – Немедленно извинитесь перед наследником ордена!

Старик медленно повернулся ко мне с кривой усмешкой.

– А иначе что?

Чалерм открыл рот, чтобы встрять, но я не могла позволить ему сейчас занудствовать. Наглецов нужно ставить на место немедленно и желательно у всех на виду.

– А иначе понесёте наказание.

– И какое же? – продолжил ухмыляться член совета, совершенно не опасаясь за свою шкуру. Проклятье, я же не знаю, что у них тут почём, а с наказаниями, помнится, всё сложно…

– За оскорбление вышестоящего, – внезапно вклинился Чалерм, – предписан месяц домашнего ареста. При повторном нарушении – публичная порка.

– Вышестоящего? – шире улыбнулся Рангсан Чалерму. – Я этому мальчишке слюни вытирал, когда он ещё что-то слышал.

Чалерм на удивление твёрдо встретил его взгляд и негромко ответил:

– А теперь это время прошло.

Вачиравит нервно переводил взгляд с меня на Чалерма, на Рангсана и обратно.

– И как вы собираетесь принудить меня к домашнему аресту? – спросил Рангсан, явно забавляясь. – Сейчас Головастик свистнет и прискачут полчища махарьятов? Ах, вот беда, он не умеет свистеть!

Эта мысль показалась Рангсану очень забавной и он затрясся от смеха.

Я по возможности незаметно подтолкнула Вачиравита к Чалерму, чтобы отвлёк на себя внимание учителя. Было бы здорово призвать полчища махарьятов, но я не сообразила собрать толпу заранее, а Вачиравит и правда не имел возможности быстро их собрать. На охоты же один ходит, балбес… А вокруг, как на зло, ни души, даже из окон никто не выглядывает. Да и сам Вачиравит без брони, а значит, и без меча. Ну да ладно, я вполне сойду за полчища.

Вачиравит недоумённо на меня глянул, но всё же шагнул ближе к мужчинам, потом ещё и наконец остановился рядом с Чалермом.

– Законопослушный махарьят, – затянул свою лекцию Чалерм, – не нуждается в принуждении, когда осознаёт свою неправоту. Первые главы Саинкаеу считали это столь очевидным, что категорически возражали против смягчения наказания за добровольную явку с повинной. В ответ на полемические возражения своего побратима из клана…

Пока он говорил, я скользнула учителю за спину и саданула его ребром ладони по шее. Рангсан рухнул кучей к моим ногам.

– Боги небесные, что творится, – без выражения произнесла я. – Наставнику стало плохо при оглашении наказания. Боюсь, до домашнего ареста его придётся нести.

– Я позову слуг, – в тон мне откликнулся Чалерм, достал из рукава зачарованный колокольчик и позвонил.

Вачиравит переводил взгляд между нами с Чалермом с видом обывателя, впервые увидевшего сражение махарьятов с демонами. Мы стояли молча, пока не подбежали слуги – двое парней и девица. Чалерм отдал им распоряжения, затем вынул из рукава какие-то продолговатые листки, но тут же оглянулся на меня и поморщился.

– Пранья, будьте добры, сходите в лекарский сектор, позовите кого-нибудь. Как знать, от каких причин наставнику стало нехорошо.