Горячий старт - Васильев Владимир Николаевич - Страница 70

– Это обратимо? Я имею в виду: спихнуть его с этого насеста получится, если он добьется своего?

– Только если отрубить все в мире компы. Пока останется хоть один работающий терминал – Камилл будет жив. Я думаю, он реализует проект в мире, где полно принципиально неотключаемых компов. Да и потом – у многих ведь система кладется софтверно, а не кнопкой. Соответственно Камилл не позволит системе лечь. Мне кажется, прижучить его будет практически невозможно.

– Ностромо... – сказал Энди и закашлялся от волнения. – Что было конечной целью проекта «Реальная виртуальность»?

– А это и было. Попытка срастить интеллект и Сеть. Правда, в самом начале мы представляли себе это совершенно иначе.

– Значит... Камилл начал осуществлять свой план. Осуществлять конечную цель «Реальной виртуальности»?

– Да он уже несколько лет как этим занялся. Он ведь не из торопыг, как и я...

Решительно огладив бороду, Энди заявил:

– Я намерен ему помешать, Ностромо, ибо ни секунды не верю, что Камилл – именно тот владыка, который нужен Сети. А чтоб помешать, позарез необходимо распознать его программы. Ты можешь мне помочь?

Творец «Реальной виртуальности» не ответил. Не отвечал он так долго, что Шейд уже подумал: а не отправиться ли отсюда подобру-поздорову? В бесцельное и, возможно, бесконечное путешествие по Сети?

Он даже начал привыкать к своей нетленности и робко радоваться ей.

– Да, – ответил Ностромо спустя короткую бесконечность. – Я попробую тебе помочь. В конце концов, именно ты вскрыл эту консервную банку со мной в качестве содержимого. Пусть у меня нет теперь тела, но будет хотя бы виртуальная свобода.

– У многих теперь нет тела, – моментально повеселев, сообщил Энди и указал на Шейда. – У меня вот, у него. Кто мы теперь? Всего лишь тени. Жалкие призраки в виртуальности.

– У тебя правда нет тела? – удивился Ностромо. – Почему?

– Люди Камилла убили человека Энди Трушина. Но кто-то сохранил его личность в Сети. Меня то есть.

Ностромо повернулся к Шейду:

– А у тебя?

– И у меня нет, – грустно констатировал Шейд. – Я так думаю. А еще я знаете, что думаю?

Трушин и Ностромо выжидательно уставились на Шейда.

– В общем... Я тоже хочу вам подсобить. По-моему, этот Камилл изрядная скотина. Я вообще-то не мстительный. Но тут...

– Извини, мы на секунду... – Ностромо и Энди вдруг окутались непроницаемой завесой – видно, решили перемолвиться с глазу на глаз. А у Шейда защемило в несуществующей груди.

Как все-таки легко он смирился с полным уходом в виртуальность.

Непростительно легко.

Снова войти в Сеть Бай решился только к полудню. Вчерашний дуплет Камилла неожиданно сильно ударил по психике. И если от стычки в реальности удалось получить даже некое мрачное наслаждение, то бегство из виртуального подвала оставило весьма тягостный след. Наверное, потому, что Бай подспудно готовился не к обороне и последующему бегству, а к атаке, дерзкой и напористой, к слаженному лому чужих систем и организованному затыку всей Камилловской конторе.

А пришлось убегать. :(

Бай никогда не любил проигрывать. И отступать тоже не любил.

Возможно, он еще долго лишь косился бы в сторону терминала, но около полудня вдруг призывно пропищал затерявшийся на столе мобильник. Номер определился – стандартный сетевой гейт для голосовой почты и SMS.

Бай нажал на кнопочку и приложил свою древнюю <Моторолу> к уху:

– Але?

– Отбой тревоги, – проскрипел явно синтезированный первым попавшимся софтом голос. – Жду на холде. Это я, Энди... Кстати, есть неотложная работенка. Надо будет с одной программкой повозиться как следует. Один не успею.

– Ладно, я сейчас... – напряженно согласился Бай.

К звонкам по мобильнику он привык относиться настороженно – мало ли кто кем притворяется? В принципе сейчас наверняка звонил действительно Энди. А если все же нет... Если это Камилл затеял очередную пакость... Что ж, от ловушек у Бая имелось достаточно эффективных средств. Все-таки прямой доступ – шикарная вещь! Настолько развязывает руки и раскрепощает разум...

Терминал, пискнув, загрузился. Бай осторожно потрогал пальцами мнемоюсты, вздохнул, отодвинул ворсистое блюдце, зажмурился и ухнул в неощутимую ткань киберпространства.

Все оказалось в порядке – на холде поджидали Энди и РусТех. И идентификаторы сработали штатно, да и сетевой облик такого разрешения довольно трудно корректно подделать. То есть подделать, конечно, не очень трудно, трудно корректно анимировать. Чтоб получилось похоже на оригинал. Динамика подделки неизбежно будет несколько иной, и чем сложнее и детализированнее сетевой облик, тем больше разночтений и несовпадений.

Вся команда последнее время намеренно пользовалась самыми навороченными сетевыми обликами. Во избежание...

– Привет, – сдержанно кивнул РусТех.

Джинса его была прорисована – будь-будь! Каждая ниточка, каждый шов, каждая заклепка...

– Привет, – отозвался Бай нейтрально.

Энди размениваться на приветствия не стал.

– Я выяснил истинную цель проекта <Реальная виртуальность>. Создание биотехна, чей мозг сращен с Сетью. Не с отдельным компом или терминалом – со всей Сетью, до последнего закоулка. Личность одного человека как верховный сисадмин и его же мозг как центральный управляющий процессор.

– Разве это возможно? – усомнился Бай. – По-моему, это нереализуемо. Слишком сложно, неучитываемое количество внешних факторов...

– У нас нет времени проверять, придется верить на слово, – перебил Энди. – Камилл уже запустил процесс. Вот, держи.

Энди вывалил на Бая какой-то увесистый файлик. Явно исполняемый. То бишь программу.

– Камилл развешивает это в Сети где попало, в большом количестве. Если он запустит эти проги – значит мы опоздали.

– А когда он собирается их запустить?

– Откуда я знаю? Может быть, он отдает команду на запуск в эти самые секунды. Ладно, слушай. Я там пометил несколько областей. Нужно разыскать в Сети как можно больше копий с таким же исходным кодом. И кое-что подпатчить там. Вот образец.

– А, собственно, что это за программа?

– А черт его знает. Софтверный эмулятор не то кэша, не то флэш-памяти. Но работает. Объясняю: развешенные в Сети программы заточены под личность Камилла. Надо их переточить.

– Под кого?

– Под меня.

– То есть? Ты задумал...

– Именно, – перебил Энди. – Я займу место, которое Камилл так долго готовил для себя.

Бай молчал почти шесть секунд. Для общения в нынешнем режиме – целую вечность.

– А почему ты считаешь, что будешь лучше Камилла править этим миром? И что вообще достоин занять это место?

Теперь умолк Энди.

– По правде говоря, – сказал он напряженно, – ничего я не считаю и ни в чем не уверен. Просто нет другого способа остановить Камилла. А если этот способ и существует, мы не успеем его найти и реализовать. По крайней мере я – зло меньшее, чем Камилл. И я надеюсь, что буду не только злом.

– Что ж, – подумав, согласился Бай. – Может быть, ты и прав. Во всяком случае, при таком небогатом выборе я тоже выбрал бы тебя, Энди. А нашим ты говорил?

– Да. РусТеху вот и еще Злыдню со Жмуром.

– И что они?

– Ну... примерно как ты.

– А Чену говорил?

– Чену сам скажешь, я поберегу время. И пусть он тебе поможет.

– Понятно, – вздохнул Бай. – Значит, отлавливать те самые Камилловские проги, которые распихивал Аурел в моем теле...

– Их не только Аурел распихивал.

– Да какая разница... Сумеем отследить и подпатчить все?

– Все – не успеем. Подпатчим сколько найдется и запустимся. А там поглядим, чья возьмет. Кстати, Жмур со Злыднем сейчас как раз заняты распихиванием моей версии.

– А Ури?

– А у него депрессия и разборки со своей благоверной. Заперлись на холде – не подступись. Очень, бдя, вовремя...