Горячий старт - Васильев Владимир Николаевич - Страница 58

– Помни, – сказал Камилл. – Даже если ты шатаешься черт знает где, личность твоя записана все равно здесь, на моем диске. Одна-единственная команда – и тебя нет. Нужный скрипт уже наготове.

– Я помню... – беззвучно прошептал Шейд.

Впервые он уходил в Сеть без личины. Лишь эфемерное колышущееся облачко скрывало продолговатые коконы с адресными строками, и ничто на первый взгляд коконы между собой не связывало.

Шейд умел паковать информацию в удобный и приемлемый для сетевых работ вид.

«Ну, – подумал он. – За дело...»

– И не ошибись, – накатил откуда-то сзади знакомый льдистый голос.

Накатил – и истаял.

Квартиру Жмур и Злыдень сняли у черта на рогах – в Бирюлево. Рядом с кинотеатром «Керчь». В ошеломительно высоком многоподъездном доме, стоящем торцом к проезжей части. Хорошо еще, что квартира искомая располагалась всего лишь на втором этаже. Не пришлось давить на собственные нервы, выглядывая в окно, и карабкаться в немыслимую высь по тесной, вызывающей острые приступы клаустрофобии лестнице.

Злыдень ведь большую часть жизни провел в Еланце, небольшом городке при перегоне. А в небольших городках не бывает высотных зданий, это удел Сити и зоны высадки. Редко какой городишко на огромном континенте родного мира мог похвастаться двухэтажным зданием.

В глазах Аурела, когда разъезжались, Злыдень прочел то же замаскированное замешательство. Лично ему, Стасу Шиманскому по прозвищу Злыдень, больше всего били по естеству две вещи: несметные толпы на улицах и прорва высотных зданий.

До Бирюлево ехали, казалось, целую вечность, то и дело застревая в обширных пробках. Зато когда появлялась возможность – таксист гнал так, что дух захватывало. Словно по перегону. Но по перегону гнать – милое дело, трасса широкая, гладкая и пустая. Если одна-две машины навстречу за час попадутся – считай, движение плотное. А тут...

В общем, Злыдень со Жмуром не могли дождаться финиша. Чтобы набить как следует холодильник, распаковать и установить свежекупленные терминалы и надолго ухнуть в Сеть. На поиски скользкого и неуловимого противника. Камилла.

Того, кто заставил бояться и убегать.

Ведь лучшее средство против страха – устранить причину, его порождающую.

Соседи лениво глазели, как они таскают на второй этаж картонные коробки с аппаратурой.

После простора и роскоши берлоги Злыдня эта двухкомнатная клетушка казалась вопиюще тесной. Впрочем, Злыдень уже понял, что этот мир населен непростительно плотно.

«Ну и фиг с ним, – подумал Злыдень с легким раздражением. – Хватит уже удивляться...» Пока ввергли терминалы в рабочее состояние и оттестировали систему, за окнами начало темнеть. Под пристальным взглядом Жмура Злыдень стянул мнемоюсты с висков, задумчиво почесал непривычно плоское пузо и многозначительно вопросил в пустоту:

– А что обыкновенно делают после апгрейду? Или, скажем, установки нового железа?

– Пьют пиво, – с готовностью подсказал Жмур и алчно пошевелил бородой.

Злыдень фыркнул:

– Мы ж днем водку жрали.

– Ну и что? – беспечно спросил Жмур. – Выветрилась давно. Особенно после этих... погрузочных работ.

– Ну, лады. Пошли, что ли, съестного наберем.

– И пива! – добавил Жмур ревниво.

– Разумеется, друг мой, разумеется! И пива тоже. Тем более что местного мы до сих пор не пробовали.

В ужасающе узком коридоре они облачились: Злыдень в кожаную куртку и ботинки на рифленой подошве, Жмур – в длинный черный балахонистый плащ, черные туфли и черную широкополую шляпу. Кроме того, Жмур взял с собой футляр от скрипки.

– Слушай, – спросил его Злыдень, когда спускались по лестнице. Подальше от перил спускались, у самой стеночки... – На фига ты скрипку с собой таскаешь?

– Это не скрипка, – вяло объяснил Жмур и глубоко вздохнул. – Неуютно мне без нее, понимаешь?

Злыдень только загадочно хмыкнул.

Болтая о том о сем, они добрели до ближайшего супермаркета – нормального, большого и низкого, одноэтажного и оттого кажущегося потрясающе родным. Накупили еды и пива. Еды – ленивой: либо готовой, в вакуумной упаковке, либо быстро готовящейся, вроде пельменей. Пива набрали всякого, от тверского «Афанасия» до шестой «Балтики», черной и плотной, как деготь. С руками, полными пакетов, отправились в обратный путь.

Группа стриженных наголо подростков перехватила их перед самым подъездом свежеснятой квартиры.

– Вот они, – неприветливо буркнул один, худой, как вобла, и прыщавый. Глаза у него бегали, словно у пойманного на горячем рыночного жульмана.

– Ага, – отозвался другой, коренастый и крепко сбитый, с квадратной челюстью и впечатляющими надбровными дугами.

Злыдень машинально опустил пакеты под ноги. Краем глаза он видел, что Жмур сделал то же самое и теперь сдергивает с плеча скрипичный футляр.

Стало тревожно и неуютно, потому что вид у подростков был однозначно недобрый и насчитывалось их ажно семеро. Но неожиданно Злыдень осознал, что страшно только ему, Злыдню, пришельцу из-за барьера. А хозяин нынешнего тела, доселе тихо отсиживавшийся где-то в глубине серого вещества, выныривает из тени, и от хозяина истекает веселая злость и не менее веселая уверенность в своих силах.

– Эй, длинный! Ты жид? – угрюмо поинтересовался подросток-вожак. – Фигли ты Россию продал, а, жидяра?

Жмур аккуратно опустил футляр рядом с пакетами, спрятал во внутренний карман очки и снял шляпу.

Подростки атаковали стремительно и синхронно, как крысы. Наверное, вожак подал им какой-нибудь незаметный со стороны сигнал.

С некоторым изумлением Злыдень вместе с оживившимся партнером по телу принял первого из атакующих на носок ботинка, молниеносно увернулся от чьих-то кулаков и хищно ударил. Раз, другой. Рядом порывисто двигался Жмур, тоже рассыпая удары, только не руками-ногами, а непонятной гибкой палкой, которую, наверное, вытащил из футляра.

Все заняло секунд восемь-десять. По истечении этого времени агрессивная местная молодежь полегла на мокрый асфальт, щедро оросив его собственной кровью. Потери гостей из-за барьера ограничились разбитым кулаком Злыдня.

– Ух ты, – с легкой растерянностью сказал Жмур и ловко крутнул своим оружием. Теперь Злыдень рассмотрел, что снаряд его состоит из трех круглого сечения палок длиною сантиметров по сорок и диаметром сантиметра три-четыре, скрепленных торцами, как связка сосисок. Орудовал ими Жмур с убийственной сноровкой.

Вопреки ожиданиям, зевак стычка не привлекла, наоборот, окружающие мгновенно куда-то попрятались и исчезли. Но в окна пялились со жгучим интересом. Наверное, эта когорта недорослей успела нагнать изрядного страху на аборигенов.

– Вот паршивцы! – воодушевленно сказал Злыдень и сердито пнул ногой ближайшего. Тот даже не пикнул.

– Пойдем-ка. – Жмур уже спрятал в футляр свое орудие, надел шляпу и теперь подхватывал с асфальта опрокинутые в пылу схватки пакеты.

Злыдень последовал его примеру. Отперев кодовый замок подъезда, они нырнули в спасительную темноту: лампочки в подъезде по местной традиции не горели.

Под взглядами любопытствующих жильцов Злыдень почему-то напрягся. Не хотелось ему торчать на виду, словно актеру на освещенной сцене.

Дома они кое-как запихали покупки в холодильник и, не сговариваясь, залпом осушили по бутылке пива.

– Жмур, – тихо поинтересовался Злыдень чуть погодя. – Ты дома... это... драться умел?

– Не особо, – признался Жмур неохотно.

– А я вообще не умел.

Жмур нервно тискал бутылку.

– Что же получается? – рассуждал Злыдень. – Ребята, в которых нас подселили, явно не дурни подраться. Интересно, Энди об этом знал?

– Думаю, знал, – отрывисто сказал Жмур. – Думаю, что он таких специально выбрал. Потому что нам предстоит не просто охота, а охота на рыбу крупную.

– Почему ты так думаешь? – поинтересовался Злыдень.

– Потому что у меня в футлярчике, кроме палок, еще кое-что есть, – пояснил Жмур и откупорил вторую бутылку.