Письма проклятой (СИ) - Ксавьер Мария - Страница 17

Моя сестра почти не изменилась за эти годы – все та же прямая, как гитарная струна, осанка, платье, идеально повторяющие ее располневшую фигуру, высоко задранная голова. В руках она держала зонт. Руки слегка дрожали толи от волнения, толи от холода.

– Здравствуй, сестра. – Сказала она.

– Что тебе нужно?

– Решила проверить, как с тобой тут обращаются. И теперь вижу, что довольно хорошо. Ты выглядишь значительно лучше других пациенток.

Я не ждала от нее извинений, раскаяния за содеянное, или хоть каплю сострадания, как и она от меня. Но я не верила, что она пришла ко мне спустя так много лет просто так.

– Мой Дэвид. Как он?

– Растет, называет нас с Фрэнком ласково, матушкой и отцом. Надеюсь, ты будешь рада узнать, что твой сын растет сдержанным, интеллигентным мальчиком, уж никак не похожим на его родную мать.

– Как ты смеешь так говорить? – Я старалась скрыть ярость и обиду за непоколебимым выражением лица, но ничего не выходило. Ее слова словно ножом резали мне сердце. – Ты пришла сюда издеваться надо мной, насладиться тем, что сделала. Я не удивлюсь, если увижу улыбку на твоем лице.

– Ты зря считаешь меня такой плохой. Согласись, Вивиан, ты бы никогда не смогла бы дать Дэвиду то, что даем мы с Фрэнком каждый божий день. Ты, дорогая, должна быть благодарна мне и Господу Богу за то, что я занимаюсь воспитанием твоего сына.

– Вы! Вы отняли его у меня! – Крикнула я. – Отняли ребенка у родной матери! Гореть тебе за это в аду, Сильвия! Гореть в аду! И пусть черви едят твое тело, а змеи жалят вечно в адском пламени!

Из моих глаз летели искры, которые, казалось, сейчас вызовут пожар, и мы все сгорим. Я хотела этого. Хотела, чтобы все горело!

Еще немного, и я бы набросилась на сестру, как и поклялась несколькими минутами ранее, но Ригес мне помешала. Она схватила меня за руки, а Ханна запихала мне в глотку пару пилюль. Сквозь пелену, застилающую мне глаза, я заметила, как моя сестра уходит.

– Я ненавижу тебя. – Я крикнула ей в след.

– Что ты творишь? Немедленно прекрати. Да, что на тебя нашло?

Я помню, как провалилась в глубокий сон, мне снилась пустошь и одинокая липа, леса моих родных мест, теплый хлеб и объятия матушки. Вот бы остаться там навсегда.

Наконец-то, я снова почувствовала этот запах, запах соленой воды, словно морской бриз коснулся моей синюшной кожи. Я только на минуту закрыла глаза, а когда открыла, то моему взору предстал он. Он снова здесь, и я позволила себе улыбнуться. Я соскочила с кровати, и направилась к нему. В его карих глазах сверкнул огонек, он был рад снова увидеть меня.

– Приветствую вас, мисс Вивиан.

– Я рада видеть вас снова.

– Я надеюсь, вы получили мое письмо?

– Да! И можете называть меня просто Вивиан. – Его белая сорочка контрастировала с цветом его кожи, и, кажется, слилась бы с моей. – Вы приходили к вашей тетушке Месси?

– Да, в последнее время ей стало немного хуже, и я должен быть рядом, хотя бы некоторое время. У нее нет никого кроме меня. Бедняжка до сих пор спрашивает про своих детей, которых уже давно нет в живых.

– Детей. – Повторила я, всматриваясь вдаль.

– Я уже говорил, что вам не место здесь? – В ответ я лишь промолчала.

Кажется, Филипп был единственным человеком в мире, кто думал, что я не должна быть здесь. Он всматривался в мое лицо, а я отводила глаза.

– Я хочу поблагодарить вас, Филипп.

– Не стоит. Я не сделал ничего, за что стоило бы меня благодарить. Я лишь навещаю вас иногда.

– Именно за это я благодарна вам больше всего. Вы – единственный.

– Как же так? Разве у вас нет родных и близких?

– Есть, но им нет дела до меня. Так со всеми, кто находится здесь. Никому нет до нас дела.

– Простите мне мое любопытство, Вивиан, но может быть, вы расскажете, как оказались в этой лечебнице? – С ответом я медлила. Мы не так давно знакомы, могу ли я открыться ему? – Если вам тяжело, можем поговорить об этом в нашу следующую встречу. Я все понимаю.

Я все еще молчала. Этот мужчина понимает меня, он будто видит меня изнутри, то, что творится у меня на душе. Хотя, наверное, все пережитое отражается на моем лице, в моей бледной синеватой коже и синяках под глазами.

Наверное, ты думаешь, что я глупая, раз доверилась полузнакомому человеку? Но у меня просто не было выбора. Никто не знает мою историю из первых уст, никто не знает точно, что я пережила, и почему попала сюда. Я рассказала все, что случилось со мной. Как я потеряла моих горячо любимых родителей, как появился на свет мой сын, и как оказалась предана собственной сестрой. Все. Я рассказала, что пришлось испытать мне за эти семь лет нахождения здесь, в лечебнице для душевнобольных Святой Урсулы.

– Вы очень сильная, Вивиан, и я благодарен вам за то, что вы доверились мне.

– Спасибо, что выслушали меня. Вы первый и единственный настоящий слушатель.

Филипп одарил меня приятной улыбкой, и его глаза снова блеснули. Он взял меня за руку. Его теплая кожа, коснулась моей холодной руки. Я будто слышала, как по его жилам струиться горячая кровь. Этот человек словно отдал часть своих сил мне.

– Пережить такое в столь юном возрасте, вы явно не заслужили всего этого.

– Иногда, я думаю, что все-таки заслужила. – Я опустила взгляд.

– Не думайте так. Вы не должны винить себя в том, что случилось. – Сказал он и крепче сжал мою руку.

– Я стараюсь, стараюсь изо всех сил.

Силы мне придают злость и любовь, два противоположных чувства, которые я испытываю в последнее время. Они будто лежат на чашах весов, порой злость перевешивает, а порой и любовь. Я не могу это контролировать. Воспоминания рвутся наружу, помогая той или другой стороне взять верх.

– Филипп, если бы вы только знали, как мне тяжело! Иногда я даже не понимаю, кто я.

– Вы, моя дорогая, самая сильная девушка, что я встречал за свою жизнь. – Он улыбнулся мне без капли фальши. – Главное ведь, что? Не потерять себя! Вы всегда должны помнить, кто вы, и верить в свои силы.

Это самые главные слова, которые я хотела услышать. Они вселяют в меня еще больше надежды, и я снова улыбнулась. Однако, я все еще здесь, в сумасшедшем доме. Хочу я этого или нет, но это так. Нелли, моя совершенно безумная соседка, не дает мне забыть об этом, вместе с сестрами и похотливым доктором.

Когда я встретила Филиппа, когда судьба подарила мне невероятную возможность встретить его, впервые за долгое время я почувствовала себя женщиной. Не игрушкой и красивой куклой в руках доктора Бейтса, не сумасшедшей и сумасбродной девкой, а настоящей леди, которая, наконец, обрела друга в лице этого мужчины с огромным сердцем и искрящимися жизнью глазами.

– Спасибо, Филипп. – Я нежно опустила взгляд и слегка улыбнулась ему.

– Хотите немного пройтись? – Он подал мне свою руку.

– Но как? В стенах лечебницы?

– Нет, в саду.

– Нам разрешено гулять только всем вместе и только под чутким контролем сестер.

– Вот засада. – Он огляделся, осматривая нору.

Здесь были только я и он. Больше никого. Все остальные встречали посетителей, которые все прибывали и пребывали. Каждый из них хотел посмеяться над безумными.

Я осторожно поправила свои волосы. Но так как зеркало было только в ванной, я не смогла оценить свой внешний вид. Надеюсь, что кожа не слишком бледная.

– Даже в плену условия были лучше. – Покачивая головой, сказал Филипп.

– Вы были в плену? – Воскликнула я.

– Я? Конечно, я был в плену и не раз. На острове Маражо, это было очень давно.

– Где это? – Мои глаза загорелись нескрываемым любопытством, и я с нетерпением хотела узнать все подробности. – Как вы там оказались?

– Это Бразилия. Я в то время был капитаном «Северной звезды». Мы с командой попали в шторм. На берегу Маражо нас ожидали местные племена, которые взяли всю мою команду в плен. Я не должен был этого допустить и предложил главарю обмен. Меня взамен на команду. Капитан куда ценная добыча, чем вся его команда и они, недолго думая, согласились. Когда моя команда уже собиралась отплывать, я рискнул обхитрить все племя и запрыгнул уже на отплывающий корабль.