Обычный день - Джексон Ширли - Страница 47

– Сначала скажи мне, – попросил я, – как тебя называть?

Он долго смотрел на меня из-под тяжелых век, и пламя плясало в его глазах.

– Николас, – наконец произнес он.

– Хорошо.

И я махнул ему, призывая пододвинуть стул к огню.

За нашим первым ужином мой гость рассказывал сказки о странствиях и поисках, о далеких землях и местах, что наверняка существовали лишь в его бурном воображении. Он говорил о чудесах, которые видел, о властителях, с которыми встречался, и о прекрасных королевах. Я позволил ему выговориться, задаваясь вопросом, какую роль может сыграть сводный брат в моих планах мести. Ибо мне, без сомнения, требовалась помощь, и сводный брат, возможно, был ниспослан мне покойным отцом.

Когда огонь почти догорел, и рассказчик умолк, я спросил его:

– Ты знаешь, как умер наш отец?

– Его повесили.

– Ты был там?

– Я видел, как это случилось. – Произнося эти слова, Николас смотрел в огонь, будто видел ту страшную картину снова.

– Я поклялся отомстить убийцам моего отца, – сказал я. – Я обещал ему, что они падут от моей руки.

Николас перевел на меня взгляд.

– Он просил тебя оставить эти мысли и жить в покое.

Я покачал головой, глядя в огонь. Какие тайны хранил очаг для нас той ночью!

– Со смертью моего отца вся его работа была уничтожена. Я отомщу и последую вперед, за самыми смелыми его мечтами.

Николас нахмурился.

– Но ты не восстановишь труд отца, отомстив глупым деревенским жителям, и даже уничтожив саму деревню.

– Я мог бы сжечь деревню вместе с жителями еще год назад, пожелай я того. Не они убили отца. Силы зла, тьмы и страха отдали его в руки крестьян и дали крестьянам эшафот, на котором его казнили.

Николас расхохотался, запрокинул голову.

– Неужели ты хочешь уничтожить силы зла?

Я встал.

– Я уничтожу силы зла, и для этого мне понадобится твоя помощь.

– Тебе понадобится помощь самого дьявола, – ответил Николас.

И сводный брат остался со мной в замке. Мы вдвоем ходили по темным залам и читали старинные книги. Именно Николас вывел меня на тропу мести, которую я искал.

– Знаешь, чего боятся жители деревни? – спросил он однажды.

– Они верят, что сам демон невидимкой обитает в замке, насылает тьму на землю и сгущает кровь. Отец был добрым и благородным, он вызвал демона на холме, чтобы победить, но проиграл.

– А ты?

– Когда я сам найду и уничтожу этого демона, мой отец будет отомщен.

– И каков твой план?

– Найти и уничтожить.

– А кто отомстит за тебя? – спросил Николас. – Если ты погибнешь, демон удержит власть и обратит свое зло на землю, чтобы нести вред людям.

– Значит, мне нужно жениться, – твердо заявил я, и Николас засмеялся.

– Ты действительно пойдешь на все, лишь бы достичь цели.

И тогда, впервые после смерти отца, я поехал в деревню. Из залитых солнцем окон женщины смотрели мне вслед, а мужчины, которых я встречал на улицах, щурились и плевали под копыта моего коня. На дальней окраине деревни я спешился, потому что здесь жила семья, навлекшая на отца смерть. В этом доме прежде жил мужчина, огромный, неповоротливый зверина, и именно он встал тогда перед отцом и бросил вызов демону холма. Когда меч моего отца лишил того человека жизни, все закричали, что ему помогло колдовство. Против их воплей оказались бессильны и отцовское боевое искусство, и мощь его убеждения. И вот я стоял перед домом, где жил тот человек, и смотрел на ту самую дорогу, на которой он поджидал моего отца, и на грязь, в которой он умер. Я стоял, не зная, что ищу, и тут послышался ясный, звенящий смех – он доносился из сада за домом.

Девушка, юная, златовласая, смотрела на меня сквозь розовые кусты.

– Ты считаешь камни под ногами и потому стоишь так тихо и неподвижно? – поинтересовалась она.

Я нахмурился.

– Иди сюда, – позвал я.

Девушка присела в небрежном реверансе и лениво пошла ко мне через садовые ворота.

– Кто ты? – спросил я.

– Элизабет, – кротко ответила она.

– Почему ты здесь живешь? – Я показал на дом человека, убившего моего отца.

– Это дом моих отца и матери, сэр, мне больше негде жить.

– Твоего отца?

– Он мертв, сэр.

– Ты дочь человека, который умер от руки старого властелина холма?

– Да, сэр.

– Ты знаешь, кто я?

Она посмотрела на меня из-под ресниц.

– Вы молодой хозяин, и очень симпатичный, – смеясь, добавила она, убегая.

Я постоял минуту, глядя ей вслед, потом сел на лошадь и поехал обратно по деревне и вверх по холму. Там я нашел Николаса и рассказал ему об Элизабет.

– Приведи ее, – попросил я.

Николас засмеялся.

– Я совершенно точно решил жениться, – сообщил я, и мы засмеялись вместе.

И вот Элизабет пришла в замок на холме. Я никогда не спрашивал, как Николас привел ее, и он мне не рассказывал. Однажды дверь кабинета распахнулась, и я увидел Элизабет – она не смеялась, стояла гордая, упрямая и прекрасная.

– Так ты все-таки пришла? – искренне обрадовался я.

– У меня не было выбора.

– Ты станешь очаровательным дополнением к нашему семейному кругу, – сказал я.

А она в ярости закричала:

– Я здесь, потому что меня принес твой дьявол, и все же я не боюсь тебя. Мой отец пал от дьявольской руки, и он не испугался, а я смотрела, как казнили твоего отца и радовалась, слышишь? И я желаю видеть, как погибнет весь твой гнусный род. Но я – всего лишь бедная девушка, и мне не дано было отомстить. Теперь я здесь, и увижу, как ты умрешь. Я бросаю вызов тебе, твоему замку и твоему дьяволу!

– Вот такие молитвы тебе помогут, – усмехнулся Николас, неслышно входя в кабинет, – ибо, если я хоть что-то знаю о дьяволе, ничто не вызовет его скорее, чем угроза красивой женщины.

Я позвал Иосифа и велел ему держать Элизабет пленницей в высокой башне замка до тех пор, пока она не заговорит повежливее.

А мы с Николасом вдруг обрели лихорадочную надежду, нам казалось, что поиски вскоре увенчаются успехом. Книги, над которыми корпел отец, обрели для меня смысл, и я без труда читал их секреты. Однажды вечером я решил приняться за дьявола и его волю. Я пригласил Элизабет на ужин, но она сидела за столом так угрюмо, что я приказал ее увести: пусть прячет слезы в своей башне.

Меня переполняло ощущение зла, и в ту ночь я был готов ко всему, к любым козням дьявола.

Мы с Николасом закончили ужинать и молча сидели рядом, пока я не сказал:

– Николас, сегодня я хочу попробовать вызвать дьявола.

Николас рассмеялся, как всегда.

– Будь осторожен, – предупредил он. – Призрак нашего отца будет наблюдать за тобой.

– Попробуем вместе?

Николас покачал головой.

– Иногда, сводный брат, лучше действовать в одиночку. Я буду ждать рассказа о твоем успехе.

И вот я в кабинете, принадлежавшем моему отцу, и на столе передо мной – одна из его книг. Я начертил страшные диаграммы, смешал тайные зелья и произнес ужасные слова, которые должны были призвать дьявола на мою сторону.

– In nomino lutheris, sathanus, et spiritus acherontis…

Эти слова мне велела сказать книга, и когда с моих губ слетели нечестивые слоги, комната покачнулась, раздался грохот, и из облака перед огнем, где лежало мое смертоносное зелье, выступила прекраснейшая женщина на свете.

Бессильно уронив руку, лежавшую на книге, я в ужасе воззрился на нее, охваченный удивлением и восторгом. Элизабет тут же была мной забыта, как и отец, и месть, и дьявол, ибо я нашел путь к большей радости, чем может дать месть или любовь. Я чувствовал, как меня тянет к неподвижной фигуре, и я сделал к ней полшага. Женщина подняла руку, будто предупреждая.

– Ступай осторожно, – раздался ее голос. – Не подходи слишком близко.

Я взволнованно побежал к женщине и схватил ее за руку.

– Есть ли в тебе опасность, с которой я не встречусь по своей воле? – вопросил я и подошел еще ближе.