Маленькая тайна леди Адалис - Лаут Шана - Страница 7

– Что? – и он явно думал, что я тут же соглашусь ради благополучия братца на всё. А тут такой поворот.

– Исключайте, – повторила теперь с победной усмешкой – финт ушами раскушен. – И коль на это всё… – я даже успела подняться с кресла и подойти к двери в полной тишине, вот только дверь не открывалась. Она вообще была заперта!

– Вы всё же не поняли, – с нажимом раздалось практически за спиной. – Я хочу, чтобы мы нашли компромисс. Ваш брат хороший кадет, у него есть будущее, вам лишь нужно меня попросить, и мы всё решим.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Это такие голосовые намёки на места, которыми я должна особенно проникнуться? Он хочет что-то особенное, чтобы у братца было хорошее будущее, которые Адалис для себя уже профукала случившейся с ней ситуацией?

Ох, милый! Ты меня разочаровываешь всё больше и больше. А ещё злишь. И злой меня не переносила даже моя семья, единственная в мире согласная меня вообще терпеть! И ты только что подлил знатного маслица в огонь моей ярости!

«И ещё три нарушения», – нероид тоже добавил пунктика к разгорающемуся пожару внутри меня. Не знаю, осознанно или нет, но это работало. –«Он не смеет тебе угрожать, задерживать и запирать. Это насилие над свободой. А это непристойное предложение можно считать за высшее оскорбление!»

– Меня не интересует поиск компромисса, – стиснув зубы, проговорила в тайной надежде, что взрыва можно всё же избежать. – Если этот говн… слабак нарушил правило, за которое его ждёт исключение – исключайте. Такие воины стране не нужны. Ни стране, ни тем более вам.

– В договоре написано… – вновь начал он петь свою песню. При этом ничего нового не добавляя, словно не продумал вариант с моим отказом и теперь спешно искал в голове, за что бы зацепиться.

– Покажите, где именно. Там есть моё имя и моё согласие? Моя подпись под ним? – развернулась я к нему, отчётливо теперь видя, что мужчина, действительно, растерял последние и единственные козыри, а значит такого точно нет. А когда я прищурилась, ещё и сжал челюсть, напрягаясь: – Правильно, их нет, а значит вы ничего не можете мне предложить. Исключайте – это моё последнее слово, – дверь за спиной с щелчком открылась, и я шагнула в неё с еле сдерживаемой хищной улыбкой: – Следующие вам не понравятся.

«Ты знаешь, куда и как подать жалобу на этого гада? Ну и доказательства для неё?» – спросила маленького помощника, спешащего за мной следом. Как произошло что-то непонятное и невероятное в своей наглости и сути в общем.

– Адалис! – только и успел пискнуть в ответ и вслух малыш, когда я вдруг оказалась на полу, больновато ударившись спиной, а надо мной возвышалось страшное животное. Оно рычало и грозно гаркало где-то у моей головы. И среди этого рыка я почему-то отчётливо слышала слова:

– Договор! Нужен компромисс!

О, боги этого мира… Это что ещё такое?

Глава 7.

Надлом

Дарас Ригар

«Выдержка – это всё!» – крутилось отцовское наставление на повторе в голове.

Она меня не слушала. Не слышала. Упёрлась в своё «отчисляйте»! Это неимоверно злило. Мне и так с самого начала не нравился этот план. Зря только согласился участвовать в этом откровенном вымогательстве. Найран мне за это ответит!

Вот только чем больше женщина сидела передо мной, тем больше и сильнее я чувствовал странный, но очень навязчивый аромат. Он заполнял собой кабинет, наполнял лёгкие под завязку. Казалось, даже впитывался в кожу, отравляя каждую клеточку тела. И это раздражало ещё и поверх этой ситуации, заставляя зверя внутри зло скрестись, выть и требовать выпустить его.

«Выдержка! Выдержка!» – крепче хватал я бразды правления над телом и тем более разумом, уже чувствуя грань срыва. Никогда не подходил к ней так близко даже в пылу боёв и горячности молодости.

Леди Латиас повела плечиком, недовольно поджимая губы, и аромат стал насыщеннее. А следом я в очередной раз уловил лёгкие ментальные волны. Пытается проникнуть мне в голову? Не помню, чтобы в досье на неё было указано о подобной силе этой аристократки. Да и воздействие точно шло не на меня…

Зверь заскулил, выпуская когти в грудь и хватая за лёгкие. Ему хотелось рвануть вперёд на маленького нероида, которому, видимо, и предназначалось мысленное послание – давно я не слышал о такой сильной связи этих малышей и их хозяев.

– Вы всё же не поняли, – прикусив щёку изнутри, чтобы немного остудить голову болью, произнёс подготовленную фразу. Она должна была согласиться согласно подготовленному плану, согласно составленному портрету личности! Почему она отказывается? – Я хочу, чтобы мы нашли компромисс. Ваш брат хороший кадет, у него есть будущее, вам лишь нужно меня попросить, и мы всё решим.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Дурацкий план. Дурацкое принуждение к согласию. Можно было просто кинуть ей вызов или окружить, схватить и связать.

От представленной картины зверь довольно и предвкушающе оскалился. Ему всегда нравилась перспектива броситься в бой. Но сейчас я лишь мельком обратил внимание, что предвкушение его почему-то связанно не с кровью и расправой с очередным беззаконником, особенно таким сложным, как аристократ… ещё и женщина!

«Выдержка!» – всё ещё твердила холодная, но оставшаяся в меньшинстве часть разума. Другая же почти молила: «Ну давай! Сдайся! Скажи, что согласна, и я сделаю всё быстро. Твой высокомерный мирок развалится быстро и безболезненно».

– Меня не интересует поиск компромисса, – она напряглась сильнее, словно уловила мои намерения. Или всё же мысли? Я спрошу с Найрана это упущение. Леди же продолжила: – Если этот говн… слабак нарушил правило, за которое его ждёт исключение – исключайте. Такие воины стране не нужны. Ни стране, ни тем более вам.

В этом она была права. Слабаки и слюнтяи, прячущиеся за женскими юбками и спинами отцов – то слабое звено, что я почти успешно искоренил в вверенной мне Акадении! Но что взять с астарианцев. Но это бы облегчило мне сегодняшний финт с этой женщиной, будь она одной из них.

Аромат, немного затуманивший голову, говорил обратное. В ней нет ни капли их слабой крови. Правда в досье говорилось, что и мать, и её отец с ними связаны лишь частично, и их объединение в пару должно было усилить кровь и её влияние, как случилось с её братцем.

«Сдайся», – шуршал в голове мой зверь, смотря на леди, точно в эти обжигающе ледяные глаза. – «Подчинись».

«Слишком сильна оказалась», – усмехнулся я его попытке проломить её волю мысленной волной. Но он хмыкнул так, будто я что-то упускаю, будто наивный щенок.

– В договоре написано… – вновь попробовал надавить на неё, ещё и немного силы выпустил, приплетая её к голосу и распространяя вокруг нас, но был перебит твёрдым:

– Покажите, где именно, – а она словно и не заметила этого! – Там есть моё имя и моё согласие? Моя подпись под ним? – ещё и нагло сверкнула глазами, будто чувствуя свою победу. – Правильно, их нет, а значит вы ничего не можете мне предложить. Исключайте – это моё последней слово, – дверь за её спиной с щелчком открылась, и она шагнула в неё с еле сдерживаемой хищной улыбкой. – Следующие вам не понравятся.

Дверь? Как мы вообще оказались у дверей? Ещё и так близко друг к другу!

Мотнул головой, пытаясь избавиться от ощущения потери контроля над происходящим и реальностью вокруг. А эта глупая ещё и вильнула задницей, гордо выходя в коридор, окончательно срывая сдерживающие меня цепи.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

«Выдержка!» – только и успел себе мысленно выкрикнуть, а дальше всё было как в тумане. Помнил только, как старался ухватиться за будто въевшийся в подкорку план с «договором» и предложением компромисса, что всё утро держал в голове с момента начала операции. Они вертелись на языке и в голове, пока её, вместе с телом, заполнял до дурноты сладкий аромат.

Ей всего лишь нужно было сдаться и согласиться на мои условия, пойти за предложенным, чтобы сломаться окончательно, а потом с радостью принять помощь Найрана!