Место Силы 5. Трагикомедия в пяти актах (СИ) - Криптонов Василий - Страница 46

— Девятнадцать Сиби, — пропела она. — Четыре Крейза. Восемь Гайто…

Гайто посмотрел вниз, на лежащие вповалку трупы Алеф и Сиби. Посмотрел на другую Сиби, приближающуюся к нему.

Ну-ка нахрен!

Он развернулся и бросился бежать, а в спину ему летел безумный хохот непонятной твари, которая, возможно, была Сиби.

48. Имя мне — легион

Айк сидел за пультом и сосредоточенно жевал бутерброд. Пока пищеблок существует — нужно пользоваться его благами. Неизвестно, когда ещё доведётся поесть. К тому же питательные вещества поступают в том числе и в мозг, заставляя его работать лучше.

Поработать было над чем.

Айк старался быть оптимистом. Он верил в то, что друзья вернутся. Но когда это случится, им потребуется как-то перейти на станцию. «Последний вздох» спроектирован для одного стремительного полёта навстречу смерти. То, что на нём можно вернуться — уже огромная удача. Но когда «Последних вздохов» — пять штук, вместо одного, это уже проблема.

Технически, возможно заходить на стыковку по очереди. При стыковке корабль заправляется воздухом. Но в таком случае это будет непрерывная карусель, четыре из девяти всегда будут на кораблях. Интересная модель личной вселенной. Учитывая, что другой не предвидится.

Впрочем…

Айк медленно развернулся на стуле и окинул взглядом пленников.

С пятёркой Гистона надо будет что-то решать. Да, на каком-то этапе они превратились в проблему, даже во врагов. Но держать их вечно связанными нельзя. Айк уважал их за всё, что они сделали для Общего Дела. Вероятно, им тоже придётся жить на «Андромеде».

Станция, рассчитанная на содержание пятерых, сможет со скрипом вытянуть десятерых. Если же их будет четырнадцать… Айк не стал поворачиваться к пульту, он потянулся к нему энергопроводниками. Контур замкнулся мгновенно, и Айк разочарованно цокнул языком.

Четырнадцать живых существ будут постоянно испытывать голод. Про спорт и любые нагрузки придётся забыть. Концентрация кислорода упадёт. В таком режиме станция сможет просуществовать лет сорок-пятьдесят. Безрадостная перспектива.

А тут ещё Ликрам и его пятёрка. Девятнадцать пассажиров — это смерть. Столько станция не выдержит на постоянной основе. Не пройдёт и пяти дней, как бо́льшая часть погибнет. И, поняв это, некоторые предпочтут начать резню, чтобы поднять свои шансы. Например, такие как Ликрам.

Нет. Оставлять этих ребят здесь — нелепость. От Ликрама и его кодлы необходимо будет избавиться. И, раз уж это неизбежно, то почему бы не избавиться от них с пользой? Пересадить на «Последние вздохи» и помахать ручкой.

— В лучших традициях Общего Дела, — пробормотал Айк. — Пожертвовать малым ради большего.

— Знать не знаю, о чём ты, — сказал Ликрам, — но я бы на твоём месте обернулся.

Айк вновь крутнул кресло, и его взгляд вцепился в голограмму.

Четыре точки. Они вернулись!

— Связь с кораблями, — приказал Айк. — Общий канал. Ребята, вы в порядке? Приём! Меня слышно? Говорит… А-а-а, чёрт, — перешёл он на русский язык. — Прошу прощения. Хотя Крейз и Алеф должны были меня понять. Есть там кто-нибудь?!

Корабли стояли неподвижно относительно станции. Как будто стерегли её с четырёх сторон.

— Кажется, у нас проблемы? — подал голос Ликрам. — Кто бы мог подумать, что очередная безумная авантюра закончится плохо. Да это же…

— Заткнись, если хочешь прожить ещё немного, — огрызнулся Айк. — И умереть достойно.

— О, я могу выбрать смерть?

— Конечно. Будешь вести себя спокойно — погибнешь как герой Общего Дела. А если продолжишь вякать под руку — я удушу тебя собственной задницей.

Ликрам благоразумно заткнулся. Зато из динамика в коридоре послышался слабый голос:

— Я… здесь. Не хочу, чтобы меня душили задницей.

— Всё нормально, милая, это я не тебе, — тут же переключился Айк на другой язык. — Скажи своё имя, я пока плохо различаю ваши голоса. Алеф? Райми? Сиби?..

Говорила точно девушка, уж в этом-то он не сомневался.

— Илайя, — отозвался голос, немного окрепший. — Я… вернулась.

— Молодец, Илайя, — кивнул Айк. — А остальные?

— Я одна.

Мороз по коже. Одна?..

— Я не смогла их забрать. — Что это, смех? Или всхлипывания? Наверное, второе. — Я здесь одна…

Айк раскрыл было рот, чтобы задать ещё штук пятьсот вопросов, когда что-то изменилось на голограмме. Резко и страшно.

— Пресвятая дефекация! — выдохнул Айк.

Точки сливались в сплошную полосу. Они полукольцом расположились в пространстве, будто полумесяц, норовящий сожрать «Андромеду».

— Невероятно, — скучающим тоном произнёс Ликрам. — Кто бы мог предположить, что…

— Может быть, хватит сарказма? — вмешался вдруг Гистон. — Мы вот-вот погибнем. Неужели ты, Ликрам, так этого боишься, что согласен занять свой мозг чем угодно, кроме осознания реальности?

Айк мучительно осознавал реальность. Он, конечно, знал, что Общее Дело велико, но доступа к данным не имел. Довольствовался лишь новостями, которые Совет считал необходимым распространять по станциям. Как все.

— Численность, — запросил Айк.

Численность кораблей в зоне действия радара: 73 484

— Хреново, — сказал Айк. — Но если не считать наши, то уже чуток поменьше, да?

Численность кораблей, не имеющих отношения к станции «Андромеда» в зоне действия радара: 73 480

— Ну, слава всеблагой Баэлари, а то я уже было разнервничался, — выдохнул Айк. — Илайя! Ты меня слышишь?

— Да, слышу, а какой в этом смысл?

— Послушай меня. Мы в дерьме. Здесь семьдесят с лишним тысяч кораблей Общего Дела. Они прибыли уничтожить станцию. Я так полагаю, что они сейчас раскинут сеть. Это… нечто вроде силового поля. Всё, что в зоне его действия, будет уничтожено абсолютно, нас перемелет в атомную пыль!

— Херово вам, — посочувствовала Илайя.

— Спасибо. Но тебя это тоже коснётся.

— Меня? — Теперь точно смех. — Ты в этом уверен, членосос тупорылый?

Айк озадачился. Он вызвал психокарту Илайи и просмотрел её. Высказаться в подобном ключе она не могла ни при каких обстоятельствах.

— Илайя?.. — позвал Айк. — Это точно ты?

Одна из точек на радаре начала двигаться. Она приближалась к «Андромеде».

Внимание! Опасность энергетического удара по станции.

— Нет! — выдохнул Айк.

— Какого хрена «нет», когда «да»! — завопила Илайя, и станция содрогнулась.

М-м-м-му-у-у-у-у!

Завыла сирена. Этот звук душу выворачивал наизнанку. Айк скрипнул зубами и врезал кулаками по пульту.

— Илайя, какого чёрта ты творишь?!

— Вы осмелились бросить вызов мне! — провизжал в ответ голос из коридора. — Вы правда на что-то надеялись, или просто хотели повеселиться?!

— Да о чём ты говоришь?!

— Скоро они все будут здесь! — Станцию тряхнуло вновь. — Скоро мы все будем здесь. Имя мне — легион, и скоро я весь буду здесь!

Айк почувствовал, как его энергопроводники начали самопроизвольно шевелиться.

— В чём дело? — резко спросил Ликрам. — Судя по твоей ауре, ты близок к тому, чтобы помешаться от ужаса. Это нечто большее, чем страх смерти. Удовлетвори моё любопытство.

— Удовлетвори свою задницу, — машинально откликнулся Айк и повернулся в кресле лицом к Ликраму. — Что-то пошло не так. Кет частично вернулся, и теперь у него есть тело, разум и боевой корабль.

49. Мёртвые не угоняют «Персей»

— Илайя бьёт по жилому и пищевому отсекам, — быстро говорил Айк, распуская узлы на руках пленников; Ликрам, освобождённый первым, уже активно ему помогал. — Учитывая частоту, похоже, она не очень-то соображает, что накопителям надо успевать восстанавливаться… Да и вообще не очень-то соображает. Кет нашёл слабое место, но не учёл того, что оно слабое. А может, Илайя сопротивляется, это необычная девочка.

— Ближе к делу, — попросил Занвар. — Что ты предлагаешь?

— Валить отсюда к херам собачьим я предлагаю. У нас два корабля, друг напротив друга. Отстыковываемся и летим, а там…