Единственный цветок в этой говноклумбе 4 (СИ) - "Holname" - Страница 76

Искоса Латиша посмотрела на Шейна и тот сразу все понял. В этой ситуации ни одному из них не захотелось бы и дальше находиться среди всех этих людей. Под взгляды растерянных окружающих, они плавно развернулись и двинулись к выходу. Так, покинув столовую, они направились как можно дальше от этого злополучного места.

Шейн, искоса поглядывая на спокойную девушку, не видел ни в ее взгляде, ни в выражении лица разочарования или скорби. Подозревая, что Латиша скрывала все эти эмоции, он осторожно заговорил:

— А тебе не жалко? Если бы не отдала его, тогда могла бы принести в королевство и с его помощью увеличить свое влияние.

— И отдать императрице тебя? — Латиша остановилась и улыбнулась. Следом за ней замер и Шейн. — Еще чего. Ты мне важнее какого-то артефакта.

Они оба, переглянувшись, плавно сблизились. На мгновение в полупустом коридоре возникла тишина. Солнечные лучи, проникавшие в это место через просторные окна, позволяли им четко видеть друг друга и смотреть прямо глаза в глаза.

— Тем более, — продолжила Латиша, руками потянувшись к Шейну и обхватив его, — за этим предметом будут охотится, это я знаю. Чем дальше он от нас, тем безопаснее будет наша дорога обратно. Поверь.

Шейн ничего не говорил, но улыбался. Вспоминая как много времени им пришлось пробыть порознь, и как много разных женщин он успел встретить за все это время, он осознавал, что на самом деле все же успел заскучать.

— Чего? — смущенно спросила Латиша, отводя взгляд. — Почему ты такой довольный?

— Да, вот. — Шейн, прикрыв глаза, слегка наклонился и поцеловал девушку в макушку. — Думаю, что сделал правильный выбор, когда решил остаться с тобой.

— Ты еще в этом сомневался?

Парень усмехнулся, а Латиша, не выдержав, громко рассмеялась. Так они и замерли в коридоре, больше уже даже не вспоминая про этот несчастный артефакт.

***

В то же время Велас, оставшийся в столовой среди своей семьи, чувствовал себя просто отвратительно. Только что на его глазах его товарищ попал в сложную ситуацию. Казалось бы, Велас мог хоть как-то помочь, будучи принцем, но на самом деле у него не было никакого влияния на императрицу. Раз даже вторая принцесса не смогла вмешаться, тогда что мог сделать он?

Однако даже сам этот факт не мог достаточно успокоить Веласа. Помимо чувств, вызванных собственным бессилием, его также одолевали сомнения по другим причинам.

«Его хотят заполучить все, — размышлял Велас, смотревший себе в тарелку, но так ничего и не пробовавший, — и за него борются именно потому, что он сильный. Если бы я был сильнее, тогда и моя судьба складывалась бы иначе?»

— А ты чего не ешь? — прозвучал насмешливый женский голос. Принцесса Сениана, сидевшая напротив Веласа, с иронией осматривала его лицо. — Неужели после своего позорного поражения кусок в горло не лезет?

— Бедняга, — вторила Камелия, изредка хихикая. — Ты можешь взять тарелку и унести ее к себе. Может, в коморке вкуснее будет?

Велас уже не реагировал на все эти выпады. Он был настолько погружен в себя, что постоянные усмешки сестер уже даже как-то не трогали его.

Внезапно в этот разговор вмешалась сама Мартина. Она, грозно посмотрев на дочерей, прошипела:

— Сениана, Камелия, замолчали и вышли вон.

Обе девушки побледнели. Они взглянули на императрицу и почти хором протянули:

— Матушка… но почему?

Мартина выглядела еще недовольнее и строже, чем раньше. Даже спор с Латишей не сумел разозлить ее настолько. Смотря на дочерей, она внятно и четко начала объяснять им:

— В отличие от вас двоих, Велас, Анна, Урсула и Адриана проявили себя во время нападения на дворец. А что делали вы?

— Рыцари сказали, — заговорила Камелия, — что лучше оставаться в своих комнатах.

— И вы послушно остались? — Мартина усмехнулась. — Решили просто проигнорировать то, что на нас напали? Где ваша гордость?

— Но, — оправдывалась Сениана, — вы же не говорили, что…

— Вы по моей указке сколько жить будете?! — Мартина практически закричала. — Совсем своей головой не думаете?

Обе принцессы замолчали и даже с какой-то надеждой посмотрели на остальных сестер, но те лишь продолжали молча есть, будто совсем ничего не замечая.

— Даже Велас, — продолжала Мартина, — которого вы сейчас оскорбляете, стоял до последнего перед двумя монстрами, которые были сильнее его. Он поставил на кон все, что только мог, и уже одно это достойно уважения. А что вы?

Велас был удивлен. Он, посмотрев на императрицу, понял, что впервые в своей жизни слышал от нее такие приятные слова. Никогда раньше она не выделяла его, никогда не позволяла находиться рядом, но теперь не только пригласила на совместный обед, но и привела в пример.

«Сейчас меня хвалят, — подумал Велас, опуская голову, — но если бы тогда меня не заставил что-то предпринять Шейн, я бы тоже спрятался в своей комнате. Дело даже не в том, что я слаб, а в том, что я труслив. Так продолжаться дальше не может».

24. Разберемся

Наступило раннее утро. Ясная теплая погода, приятная тишина в округе, щебетание птиц где-то вдали — вся обстановка казалась приятной, настраивающей на позитивный лад. Однако не все было так просто для Латиши.

— Прошу прощения, — девушка, плотно сжимавшая в своих руках меч, нервно улыбалась, — но когда Вы сказали, что хотите меня видеть…

— Да, — перебила Мартина, гордо выпрямляясь и перекидывая холодное оружие из левой руки в правую, — я имела в виду утреннюю тренировку. Ты против?

— Именно.

Латиша улыбаться перестала. В этот момент она, как и императрица, стояла на тренировочном плаце. Кроме прислуги вдали в этом месте больше никого не было. Даже Шейна попросили остаться в своей комнате, чтобы он не смог помешать, и теперь понятно было почему.

— Ха, — Мартина, хищно улыбнувшись, посмотрела на юную противницу сверху-вниз, — мне нравится твоя прямолинейность.

— Если я сейчас же брошу меч и уйду, — в теории заговорила Латиша, слегка приподнимая брови, но меч все-таки даже не опуская, — Вы нападете со спины?

— Именно.

— Вы понимаете, что создаете угрозу жизни представителю другого королевского рода?

— Именно! — Мартина резко наклонилась и бросилась в бой. Ее быстрые движения позволили ей оказаться рядом в считанные секунды.

Латиша, успевшая лишь отступить на шаг и быстро приподнять меч, схватилась за него обеими руками так крепко, будто бы не верила в то, что сможет его удержать. И она была в чем-то даже права: первый удар Мартины показался настолько сильным, что от него задрожали руки. Латиша смогла отразить эту атаку, но все же из-за ее силы она была вынуждена отшагнуть назад.

— Прошу прощения, — нервно заговорила принцесса, — но я не умею сражаться на мечах!

Мартину это мало останавливало. Широко улыбаясь, словно настоящий псих, она замахнулась вновь и нацелилась уже на плечо противницы. Заметив это, Латиша быстро повернулась полубоком. Лезвие длинного меча проскочило мимо, но уверенная в себе императрица с легкостью смогла развернуть его и резким замахом приблизить к девушке. Тогда Латиша вновь выставила перед собой клинок, словно последнюю линию обороны, и снова сделала несколько шагов в сторону.

— Если ты действительно хочешь стать наследницей, — Мартина следовала за девушкой попятам, без остановки нападая и вынуждая ее то беспомощно отбиваться, то постоянно отходить, — тебе придется стать во много раз сильнее!

Латиша, недовольно поджав губы, наконец-то смогла подгадать момент и собраться с силами. Глубоко вздохнув, она широко шагнула вперед и направила клинок прямиком на живот нападавшей. Ее лезвие, как казалось, вот-вот должно было коснуться своей цели. Оружие императрицы находилось слишком высоко, и для нее единственным выходом должно было стать отступление, но все сложилось немного иначе.