Единственный цветок в этой говноклумбе 4 (СИ) - "Holname" - Страница 75

Шейн и Латиша задумчиво переглянулись. Пусть они еще и не обсуждали этот вопрос, однако ответ для них обоих был очевиден.

— Я бы хотела отправиться в ближайшее время, — отвечала Латиша. — Например утром…

— Послезавтра, — уверенно дополнила императрица, будто бы закрывая на этом тему. — Хорошо. Еще день пробудите здесь.

Наступила тишина. Окружающие, понимая, что Мартина явно что-то за думала, не собирались с ней спорить. Даже Латиша, старавшаяся сохранять натянутую улыбку, спокойно ответила:

— Хорошо. Мы все равно уже отправили письмо в королевство, поэтому не думаю, что один день запоздания что-то изменит.

Шейн, прошедший к столу, плавно отодвинул стул перед Латишей, помог ей сесть, а затем и сел рядом с ней. Лишь на секунду окинув взглядом стол, он отметил как же много блюд было приготовлено для них. Помимо самой императрицы в столовой также находились ее дети: Велас, Урсула, Фрея, Адриана, Анна, Сениана и Камелия. Здесь были именно те, кого Шейн хоть сколько-нибудь знал, однако он понимал, что помимо них у Мартины также было еще несколько приемных сыновей и еще несколько родных дочерей. Их отсутствие указывало на то, что императрица намеренно не стала приглашать их.

— Так, — протянула Мартина, снова придвигаясь к столу, — насколько у вас все серьезно?

— Серьезно, — коротко отвечала Латиша.

— О браке задумываетесь?

— Мы еще слишком молоды для этого.

— То есть он у тебя не один?

— Один.

— Пока что?

— На совсем.

Этот разговор чем-то напоминал игру в пинг-понг. Одна сторона настойчиво пыталась атаковать другую, в то время как вторая сторона равнодушно отбивалась. Пока эти двое говорили, Шейн спокойно налил себе в стакан прохладной воды и невольно подумал:

«Это не моя война, так что смысла вмешиваться пока не вижу».

— Тогда, — продолжала Мартина, улыбаясь во все зубы, — что ты сделаешь, если я его тебе не отдам?

На мгновение наступила тишина, а следом за ней прозвучал громкий кашель. Шейн, поперхнувшись, поставил стакан с водой на стол и удивленно посмотрел на императрицу. Прямо сейчас он видел всего одну причину для того, чтобы его не отпускали — это обвинение в измене. Но он не понимал почему его все еще обвиняли, ведь он сделал все возможное для того, чтобы защитить дворец.

Латиша, сохраняя улыбку на лице, спокойно спросила:

— В каком смысле?

Мартина сощурилась. Она, переведя взгляд на одну из своих дочерей, сидевших за столом, ответила:

— Моя вторая дочь высказала желание выйти за него.

Все взгляды переместились к Адриане, и по ее реакции на происходящее сразу стало понятно, что она сама не ожидала подобного поворота событий. Ее явно использовали в каких-то целях, однако она еще не могла понять в каких именно. Попытавшись как можно скорее скрыть на своем лице удивление, девушка прокашлялась. На самом деле, эта ситуация была выгодна и ей, ведь теперь она действительно была бы не против связать свое будущее с Шейном.

— Все так, — коротко ответила Адриана, не поднимая взгляда.

Шейн смотрел в ее сторону зловеще, будто бы хотел убить на месте. Девушка ощущала это, но намеренно игнорировала и просто продолжала есть.

Между тем, почувствовав уже на себе посторонний взгляд, Шейн повернул голову влево и заметил зловещий взор самой Латиши. Ситуация казалась одновременно смешной и грустной. Слова оправдания сами не приходили в голову, ведь в этой ситуации он даже не был виноват. Просто покачав головой, Шейн смог без слов передать лишь то, что здесь он был не причем.

Латиша выдохнула. Казалось, уже только эта реакция парня смогла ее успокоить. Тишина продолжалась, и императрица явно ждала какой-то ответ. Осознавая это, уже раздраженная до чертиков девушка вновь натянула на себя маску обаяния и повернулась лицом к Мартине.

Хлопнув в ладоши, она счастливо ответила:

— Значит будет война.

Лица присутствующих исказились, и даже Мартина от этого ответа помрачнела. Столь неожиданное заявление в подобном кругу не могло быть несерьезным.

— Что ты такое говоришь! — Фрея, резко вскочив на ноги, буквально завопила: — Ты всего лишь принцесса и не имеешь права…

— Вы забываете, — строго отвечала Латиша, поднимая взгляд на местную наследницу, — что Шейн — сын герцогского дома моего королевства. Герцогиня Дориан имеет большое влияние, и поэтому, если она того пожелает, наша королева не останется в стороне.

— Империя, — отвечала Фрея, взмахнув рукой, — разгромит…

Договорить она не успела. Мартина, плотно сжав ладонь в кулак, ударила по столу с таким грохотом, от которого вся посуда на нем подскочила. Лишь после этого ее действия в столовой повисла тишина, а Латиша снова обратила на нее внимание.

— Ты за грань переходишь, милая… — зловеще прошипела императрица.

Латиша улыбнулась, но в этот раз с искренней радостью. Ей было невероятно приятно увидеть подобную реакцию в ответ на ее слова.

— Так ведь, — приложив руку к лицу, девушка сделала озабоченный вид, — это Вы стали использовать моего возлюбленного в своих корыстных целях. Лучше скажите сразу, что Вам нужно.

Все замолчали, а Фрея даже села обратно на свое место. Абсолютно уверенные взгляды императрицы и принцессы были устремлены друг на друга. Они не теряли решимости и явно были готовы идти до конца.

— Артефакт, который ты отобрала у змеевиков. — Мартина выпрямилась и опустила руки. — Отдай его мне, и тогда я отпущу Шейна.

— А если нет?

— Тогда он останется здесь либо как жених моей дочери, либо как виновник нападения на дворец. Выбор он уже сделает сам.

Шейн молчал, но внутри у него все кипело. Он даже не знал, что злило его больше: то, что его использовали как разменную монету, или то, что виновница всего этого молча смотрела себе в тарелку и боялась даже поднять взгляд.

Однако после этих слов даже Адриана вскочила на ноги. Она, посмотрев на императрицу, воскликнула:

— Матушка!

— Молчать, — холодно прошипела Мартина. — Ты еще хочешь оставаться членом нашей семьи?

Принцесса действительно замолчала. То, как к ней обращались, как и то, как на нее смотрели, доказывало, что все это были отнюдь не шутки. Она, осторожно опустившись обратно на стул, растерянно приоткрыла губы и наклонила голову.

В то же время Анна, наблюдавшая за этой сценой в качестве простого зрителя, совершенно спокойно продолжала есть и размышлять:

«Это именно то, что я себе и представляла. Мартина — азартный и прямолинейный человек. Если она что-то хочет, она это получит, и будет идти ради этого напролом. В этом плане даже собственные дети не станут ее волновать, если они встанут на ее пути».

Приподняв взгляд, девочка посмотрела на Шейна и заметила, что тот уже еле сдерживался. Казалось, он был готов вот-вот вскочить и заявить о своих правах, только ситуация для этого была не самой подходящей. На пути к цели Мартина спокойно могла позабыть обо всех достижениях других людей. В одной ситуации она могла быть щедра, в другой абсолютно жестока и скупа.

Шейн, будто ощутив на себе этот пронзительный взгляд, посмотрел на Анну, и она сразу же отрицательно закачала головой.

«Не вмешивайся, — мысленно обращалась она, будто пытаясь передать послание с помощью телепатии. — Только не сейчас».

Внезапно в полной тишине комнаты прозвучал спокойный ответ.

— Хорошо. — Латиша гордо выпрямившись, взглянула в глаза Мартины и добавила: — Вы можете отправить чуть позже ко мне своего слугу, и я передам артефакт ему.

Быстро отодвинувшись от стола, девушка встала. Все окружающие завороженно смотрели на каждое ее действие, а она, между тем, продолжала:

— После этого разговора у меня окончательно пропало желание есть. Надеюсь, вы не против, если мы Вас покинем.