Укроти меня, или Грани возрождения (СИ) - Филеберт Леси - Страница 97

По мере приближения можно было разглядеть, что это мужчина в темно-синей мантии, с очень длинными белыми волосами. На лице его застыла мрачная ухмылка, а глаза натурально светились ярким фиолетовым цветом.

— Кто это? — послышались встревоженные возгласы инквизиторов вокруг.

— Калипсо Брандт, что ли?..

— Рэйнард, ты идиот? — громко возмутился темноволосый мужчина. — Не видишь разницу в ауре, что ли?

— Сам ты идиот! — огрызнулся инквизитор по имени Рэйнард. — Ты присмотрись как следует и поймешь, что ауры чертовски похожи! Не полностью идентичные, но мы и не знаем, как аура Калипсо Брандта изменилась за этот год, так что…

— Кто это, черт возьми? — пробормотал Ильфорте, сильно нахмурившись и напряженно глядя на фигуру неспешно приближающегося мужчины.

— Видимо, тот самый некто, кого Калипсо назвал Эйзересом, — вздохнул Морис. — Наверное, он нарочно принял облик Калипсо, чтобы сбить нас с толку. И такой могущественный маг наверняка умеет имитировать чужие ауры.

— А что, если это настоящий Калипсо?.. — послышался чей-то неуверенный голос за спиной генерала.

— Разумеется, настоящий, — раздался ленивый голос идущего навстречу мужчины. — Настоящий и единственный. Разве могут быть сомнения?

Мужчина вроде бы говорил негромко, но слышали его почему-то все.

И смех его слышали тоже все. Неприятный такой издевательский тихий смех человека, который полностью контролирует ситуацию.

Голос его почти ничем не отличался от голоса Калипсо Брандта, и инквизиторы нахмурились, переглядываясь.

А еще от этого смеха и голоса туманился разум, заставляя инквизиторов терять концентрацию и и пропускать опасные заклинания. Ментальное воздействие сразу на всю группу инквизиторов было не ощутимо физически, даже верховные маги его не почувствовали. Инквизиторов невозможно было сейчас подчинить себе ментально, благодаря индивидуальной защите, которую ранее Калипсо Брандт разработал под руководством Эрика Кларксона. Однако ментальное давление было таким мощным, что не могло не оказывать хоть какое-то воздействие, в виде лёгкой дезориентации, недопустимой в сложившейся ситуации.

— Как тебе мое преображение, а, папенька? — белозубо улыбнулся мужчина, повернувшись к Ильфорте. — Надеюсь, ты в восторге? Гордишься мной? Почему-то не слышу аплодисментов.

Ильфорте отшатнулся, как от пощёчины, на эмоциях чуть не пропустив смертельное алое зарево, которое мужчина в синей мантии резким жестом запустил в Ильфорте, идеально выждав секунду слабости и ударив точечным заклинанием. Подстраховал коллегу Морис, который шагнул вперёд Ильфорте, прикрывая его собой.

— Не слушайте его, он нарочно сбивает с толку! Это не может быть Калипсо, — уверенно произнес Морис, хмуро глядя на мужчину в темно-синей мантии. — Я был за Теневой пеленой, общался с ним и имел возможность лично убедиться в его абсолютной адекватности. Он на нашей стороне и сам жаждет прибить эту гадину, но пока не может выступить открыто против него, я это уже объяснял.

— Но ведь Эффу…

— Бойлз, ты будешь болтать, или делом займемся? — огрызнулся Морис, не переставая ни на секунду плести дополнительные защитные блоки. — Генерал здесь я, и я приказываю слушать только меня! Давай сейчас просто сделаем всё, чтобы… Стоп, что он делает?

Голос Мориса резко изменился и стал, хм… не испуганным, но весьма близким к тому. Глаза Мориса расширились от неприкрытого ужаса, когда он заметил, что идущий в их сторону мужчина очень медленно подергивает за кончики пальцев на своих черных перчатках, явно собираясь снять их.

— Шустрые, да? — тем временем лениво протянул мужчина. — Ну ничего, ничего… Убил один раз — убью и второй… И пусть вашей смертью наслаждаются самые дорогие зрители… Которые не придут вам на помощь, потому что за свои шкуры переживают больше, чем за ваши жизни.

— Нет-нет-нет-нет-нет, нельзя, чтобы он снял перчатки! — взвыл Морис, натурально схватившись за голову. — Калипсо рассказывал мне, на что это существо способно без перчаток… Усилить атаки, немедленно! Левый фланг — пускать в ход любые отвлекающие чары! — скороговоркой заговорил Морис. — Правый фланг — пытайтесь пробить вон то слабое звено, видите, вон там, где…

— Господин Кларксон! Генерал! — перебил кто-то очень взволнованным голос. — А что это такое? У меня в глазах двоится, или там еще один Бранд-младший стоит?..

Ильфорте резко обернулся в указанную сторону и с гулко стучащим сердцем уставился на магов, которые стройным рядом стояли на расстоянии пары метров или чуть меньше за чертой Излома. За пеленой усилившегося дождя и мерцающей стены Теневой пелены сложно было разглядеть лица стоящих там волшебников, но одного можно было распознать точно: высокого мужчину в черно-золотистой мантии с длинными белыми волосами. У него тоже глаза светились ярким фиолетовым светом, а еще таким же жутким светом сияли его руки до локтей.

— Калипсо… — одними губами прошептал Ильфорте, жадно вглядываясь в высокую фигуру волшебника, шагнувшего еще ближе к Теневой пелене и с мрачной усмешкой взмахнувшего сияющими руками.

Глава 30. Наперерез

Может кто из инквизиторов думал, что из-за Теневой пелены сейчас градом полетят заклинания… но вместо них из-за фиолетовой стены пулей вылетело около двадцати черных существ. Ильфорте сначала подумал, что это такие странные вспышки магии, а потом сообразил, что это фамильяры. В виде птиц, кошек, собак, змей и каких-то странных волшебных существ… Все они кинулись на мужчину в темно-синей мантии, в первую очередь цепляя его за руки, отвлекая от того, чтобы снять перчатки. Мужчина досадливо цокнул языком, вынужденный переключиться на фамильяров, на которых не подействовали его защитные блоки и смертельные чары.

Вернее, на мужчину кинулись не все фамильяры: парочка духов в виде черных собак и кошек вцепились зубами в мантии инквизиторов, пытаясь оттащить назад.

— Что они делают? — недоуменно спросила Ханна, которую как раз усиленно тянул назад чей-то фамильяр-собака.

— Они пытаются нас защитить, — задумчиво произнес Морис. — И отвести в сторону, чтобы…

Он с секунду подумал, глянул на еще одного фамильяра в виде большого орла, который как раз своими когтями и крыльями немного сбил траекторию одного смерча, образовав небольшой коридор для прохода.

Потом Морис громко скомандовал:

— Отходим ближе к Теневой пелене.

— Но как же…

— Она ведь может быть опасной…

— А что, если…

— Приказ генерала не обсуждается! — гаркнул Морис. — Отходим к Теневой пелене, останавливаемся в двадцати метрах от нее, быстро, ну же, еще быстрее!

Инквизиторы, больше не задавая вопросов, быстро двинулись в указанную сторону, не забывая на ходу отбиваться от магических вихрей, которые пытались достать до волшебников. Правда сейчас эти вспышки магии больше сосредоточились на фамильярах, от которых пытался отмахнуться мужчина в темно-синей мантии. Фамильяры не приносили ему какой-то существенный вред, но и не давали сосредоточиться на колдовстве, чем знатно гневали мага, судя по его вспышкам магии, которые теперь были окрашены сплошь в алые цвета.

Морис и Ильфорте прикрывали отходящих инквизиторов и сами шли следом, больше не пытаясь нападать на теневого мага, только лишь защищаясь.

Эйзерес — или кто там был этот человек? — явно не хотел приближаться к Теневой пелене и собирался сражаться на расстоянии, судя по тому, как он оставался четко на одной позиции… Но в этот момент взгляд Мориса зацепился за крошечного черного совенка, который молнией вылетел из-за Теневой пелены и бесстрашно полетел в самую гущу событий, напрямую к главной энергетической воронке.

— Эльгран? — удивлённо пробормотал себе под нос Морис.

А он-то куда лезет, этот малыш?..

Однако крошечный совенок летел напролом, в самое пекло, глаза его странно отсвечивали ярким голубым светом. Он издал пронзительный птичий крик, от которого аж в ушах зазвенело, а потом в считанные секунды он начал стремительно увеличиваться. Сначала быстро стал размером с обычную крупную сову, потом — размером с хорошего такого орла, потом… А потом он стал поистине исполинских размеров, больше сравнимых с драконом. Его огромные глаза жутко светились синевой, а чёрные крылья постоянно расплывались, будто бы состояли сплошь из черного дыма, который все время находился в движении. Одним мощным движением крыльев сова — язык не поворачивался больше назвать птичку совенком — буквально сдул Эйзереса на несколько десятков метров ближе к Теневой пелене. Сдул не просто порывом воздуха, а, хм… это была некая мощная магическая вибрация, будто мощная вспышка концентрированной темной магии надавила прессом и заставила сдвинуться с места.