По прозвищу «Малюта» - Берг Александр Анатольевич - Страница 32

Остался доволен увиденным и Берия. Его очень впечатлило увиденное, и он твёрдо решил создать на основе своих курсантов этого учебного центра специальные штурмовые отряды НКВД. Кроме того, выпускники этого центра смогут подтянуть затем обычные войска НКВД, да и просто оперативников надо подучить рукопашному бою и стрельбе.

Ну и наконец, были довольны армейцы, выступление прошло просто отлично, товарищ Сталин им доволен, открытие этого учебного центра оправданно, и в заключение через год-другой армия получит первые отряды профессиональных диверсантов, которые можно будет использовать и как разведку, и как диверсионные группы. Все высокопоставленные гости остались довольны, а кроме них довольными были и мы. В результате того, что показ прошел на ура и без малейших шероховатостей, нас похвалили и обещали полное содействие во всём, а что нам ещё надо, только чтобы начальство палки в колёса не вставляло.

Снова пошли обычные учебные дни, все курсанты тренировались и учились, отдавая этому процессу все свои силы. Я тоже большую часть своего времени проводил в тренировках и обучении курсантов, а в редкие свободные часы по мере своих возможностей устраивал свою личную жизнь. Лена, видя, что я загружен очень сильно, относилась ко мне с пониманием и в середине октября согласилась стать моей женой. Сёмка Бык, кстати, больше к ней не приставал, он нашел себе новую подругу уже из поселковых девушек, и та отвечала ему взаимностью, но и остальные парни посёлка, узнав об этом, не стали к Лене клеиться. То, что я вырубил Сёмку Быка, долго в тайне не оставалось, а видя, что Лена явно выказывает мне своё расположение, остальные ухажёры, кому она нравилась, решили не рисковать своим здоровьем.

Вот так и шли мои дела, кстати, «монку» сделали, испытали и остались очень ей довольны. Граната имела два взрывателя – натяжного действия и дистанционный, электрический. По нашему заказу их начали производить специально для нас, хотя и простые армейцы от неё не отказались бы, но для начала надо было хотя бы знать про её существование.

В конце октября я повёз Лену в Москву, в ресторан, а что, имею право. Мы поехали в «Арагви». Я был в форме, а Лена в своём лучшем платье. За время службы я почти не тратил деньги, вот и скопилась за это время у меня довольно приличная сумма. Я был небольшим знатоком московских ресторанов, в основном из книг и фильмов, а многие рестораны ещё и не существуют, вот я и попросил таксиста на вокзале отвезти нас в приличный ресторан. Таксист привёз нас в «Арагви»[18]. Я возражать не стал, грузинская и вообще кавказская кухня хороша. Правда, в дверях возникла небольшая заминка, швейцар задумался, впускать меня с Леной или нет, но я так на него взглянул, что он поспешно открыл нам дверь. Метрдотель такой заминки не сделал, он сразу спросил, какой столик мы хотим занять. Сейчас было только начало вечера, и ресторан был ещё наполовину пуст, но чувствовалось, что скоро он наполнится.

Мы выбрали себе небольшой столик на двоих в углу. Не люблю быть на всеобщем обозрении, наверное, профессиональная деформация, но не нравится мне, когда я всем открыт. Подошедшему официанту я заказал чанахи и шашлык с зеленью и фрукты, а из спиртного бутылку киндзмараули, ну нравятся мне грузинские вина. Лена, к моему удивлению, не растерялась, она уверенно выбрала себе хинкали и цыплёнка табака. Официант, приняв у нас заказ, ушел, правда почти сразу принёс нам вино и фрукты. Пока мы ждали свой заказ, я разлил по бокалам вино, и мы, смакуя его маленькими глотками и заедая фруктами, неторопливо разговаривали. Лене откровенно нравился ресторан, не знаю, была она когда-нибудь в ресторанах или нет, но сейчас она точно не терялась и откровенно наслаждалась нашим походом в ресторан. Для меня, честно говоря, ресторан всего лишь место, где можно вкусно поесть, имеется за мной такой грешок, хоть я и не гурман, но поесть вкусно люблю. Но я мужик, а большинство мужчин ходят в рестораны именно поесть, а вот женщины совсем другие, для них ресторан не просто место, где можно вкусно поесть, но и где можно других посмотреть и себя показать, а заодно и повеселиться. Вот и Лена то и дело крутила головой, не сколько рассматривая убранство зала, сколько разглядывая других женщин, а главное, похоже, во что они одеты и обуты. Да, похоже, во все времена и во всех странах и на континентах женщины окажутся совершенно одинаковыми.

Наконец, нам принесли наш заказ, и мы приступили к еде. Всё реально было очень вкусно, а мы к тому же проголодались, фрукты лишь немного приглушили наш аппетит. Да, давно я так вкусно не ел. Официанту, который подошел к нам убрать пустые тарелки, я заказал ещё кофе и мороженое, и тут нашлась ложка дёгтя в бочке мёда. А ведь мы с Леной так хорошо сидели, никого не трогали, на всеобщем обозрении не маячили, и тем не менее Лену заметили. К нам нетвёрдой походкой подошёл молодой кавказец.

– Э! Какая дэвушка! Пошли к нам, у нас весело, будем танцевать, будем вино пить, будем вэселиться!

Лена растерянно посмотрела на меня.

– Эй, уважаемый! Девушка не танцует, девушка сейчас уходит.

– А я нэ с тобой говорю, ты давай, иди себе куда хочешь, а дэвушка с нами останется, веселиться будем!

– Слушай ты, орёл горный! – начал уже закипать и я. – Тебе ясно сказали, девушка не танцует, и она скоро уходит, иди за свой стол или ищи других девушек!

– Что-о?! Да я тебя!

Кавказец, повернувшись ко мне, замахнулся, а я что, буду ждать, когда он меня ударит? Впрочем, затевать кабацкую драку я тоже не хотел, а потому, просто перехватив его руку, ловко вывернул её и сжал, где надо, так что гордый горный орёл согнулся в три погибели, а я спокойно повел его к его столику. Он с компанией ещё четырёх кавказцев сидел недалеко от нас. Те, увидев, как мы приближаемся к их столику, вскочили, а я, толкнув их приятеля на них, тихо, но с угрозой в голосе произнёс:

– А ну, ша! Сявки! Если дёрнетесь, то урою всех пятерых!

– Да ты знаешь, кто мы такие?! – начал самый солидный на вид из них.

– Да мне наплевать и растереть, кто вы такие.

– Ну всё, козёл. НКВД! – Кавказец вытащил из кармана пиджака удостоверение.

– Что тут происходит?

На сцене появился новый персонаж, уже в возрасте, довольно мощный старший майор.

– Оказание сопротивления НКВД! – первым заявил кавказец.

– Товарищ старший майор, я просто сидел со своей невестой, никого не трогал, тут подваливает пьяный тип и начинает упорно зазывать мою невесту за свой стол. Все попытки объяснить ему, что девушка не танцует и никуда не идёт, оказались бесполезны. А в ответ на его попытку меня ударить я просто скрутил его и отвел за его стол, а тут его дружки полезли.

– Не дружки, а сотрудники НКВД!

– Да мне всё равно, место вашей службы не означает, что можно творить что хотите.

– Ваши документы.

– Пожалуйста. – Я достал и развернул своё удостоверение, но, как и мои оппоненты, из рук не выпустил, к явному неудовольствию майора.

– Капитан, вы задержаны за нападение на сотрудников НКВД. Сами пойдёте, или вызвать наряд?

– Майор! Ты моё удостоверение внимательно прочёл?

– Старший майор!

– Да мне без разницы! Если ты слаб глазами, то я тебе сам скажу! Я служу в Учебном центре ВСН! Заместитель начальника по боевой и физической подготовке. Только дёрнись, и уже завтра вместе с этими орлами поедешь на Чукотку к чукчам паспортный режим у белых медведей проверять! Лаврентий Павлович тебя лично направит!

– Какой Лаврентий Павлович и что ещё за ВСН? – оторопев от моего напора, спросил майор.

– Да ты ещё и тупой, не знаешь первого заместителя собственного наркома, а ВСН означает Войска специального назначения.

Только тут до старшего майора дошло, где именно он слышал о ВСН и об учебном центре в Нахабино. В их управлении искали молодых, физически развитых сотрудников для направления в новый учебный центр под Москвой. Этот парень совсем молодой, а уже капитан, орден Красного Знамени и полное отсутствие страха перед сотрудниками НКВД, а значит, за ним стоит неизвестная сила, и связываться с таким себе дороже выйдет. К тому же он не испугался пятерых неслабых человек, да еще и был уверен в своих силах, что справится с ними. Похоже, он действительно крупно ошибся и наехал на того, на кого не следует.