Десять поцелуев, чтобы влюбиться (СИ) - Любимая Мила - Страница 38

— Немного ли вы на себя берёте, Дмитрий Сергеевич? — усмехнулась.

— Какого хрена ты вообще ушла, Маша?

— Поэтому и ушла, — огрызнулась, скрестив руки на груди.

— Я твои мысли не читаю. Что не так?

— Ты дебил или действительно не понимаешь? — со всей дури стукнула его кулаком по плечу. — Кончай прикидываться.

В самый последний момент войдя в поворот, Сотня паркуется в нашем дворе.

Сердце бьётся, как сумасшедшее. Адреналин переполняет кровь. Между нами ток. Вся атмосфера накалилась до невозможного предела, вот-вот и начнём метать огненные молнии.

Боже, как я его хочу…

Дрожащими руками отстёгиваю ремень безопасности, касаюсь ручки, но не успеваю сделать ровным счётом ничего.

Дима хватает меня за талию и каким-то невероятным образом усаживает к себе на колени.

Я в совершенно бесстыдной позе с задранной юбкой.

Его глаза горят порочным огнём.

Он готов сжечь меня и, кажется, я совсем не против превратиться в пепел в руках Димы.

Чёрт возьми!

Бастионы скоро падут.

Глава 37 — Бонни и Клайд

Маша

Честно признаться, я пока не поняла, чего хочу больше — убить его или заняться с ним сексом.

Это вообще нормально?

Вполне. Примитивная реакция на парня, который косячит так, будто бессмертный, но при этом он слишком притягательный.

Обыкновенный засранец.

Но, кажется, про это слово рядом с Димой Сотниковым стоит забыть. С ним не может быть нормально, просто, адекватно. Да я и сама далеко не тихая гавань. Мы, как две бушующие стихии, сметающие всё на своём пути. Останется ли кто-то в живых?

Маловероятно.

Не чувствую ничего, кроме его губ. Погружаюсь в него, как в огненную лавину. Полыхаю.

Дикое и невозможное безумие. Я Везувий, а он моя лава.

Пьём друг друга жадно и торопливо, буто осталось всего несколько секунд до часа «Х». Губы кусают, языки с искрами сплетаются, кружа в стремительном и жарком танце.

Все мысли разом выбило, как пробки от перенапряжения. Не осталось ничего, кроме нас двоих в тёмном салоне автомобиля. Руки Димы решительно скользнули под джемпер, нагло скользя всё выше и выше. Переходит пределы допустимого и знает, что победит.

— Сотня, стой…

— Помолчи, — скручивает руки за спиной, зажимая их между своих ног. — В последнее время ты слишком много разговариваешь.

Ловко расстёгивает лифчик и сжимает грудь обеими руками. Почти грубо, впиваясь в кожу пальцами.

— Стонать не запрещено, Маша, — усмехнулся, наклоняясь к моим девочкам. Языком виртуозно выводит какой-то рисунок вокруг нежного ореола. — Это возбуждает.

— Мы точно не будем трахаться в машине, — пытаюсь оттолкнуть его, запустив руки в волосы. — Мы вообще не будем ни-чее-гоо…

Мой стон, будто крик о побуждении к действиям. И Дима не подводит, понимая всё, как надо.

От его ласк и прикосновений перед глазами всё искрит, тело наполнила приятная истома, а низ живота пронзила молния.

Одной рукой продолжает наглаживать полушарие, а губы обхватывают затвердевший холмик, нежно посасывают и прикусывают, вынуждая выгибаться в спине.

Мозги офф. Мозгов нет. Он их отключил своими безбожно прекрасными и греховно порочными поцелуями.

Ладонь искушено скользит вниз по животу, сразу ныряя в стратегически важное место, а пальцы отодвигают в сторону трусики. Мне даже было всё равно, что именно на мне надето. Пусть хоть панталоны с динозавриками.

Там я уже давно вся насквозь мокрая и готовая для него. Тело сводит сладким спазмом от предвкушения нашей близости.

Я грешная. Такая грешная, что в аду мне завидуют инкубы и суккубы.

— Хорошая моя, — рычит Сотников. Отрывается от меня, чтобы впиться в губы глубоким и страстным поцелуем. Практически насилует их, фиксируя за шею. — Сейчас будет приятно и сладко, моя Маша.

Я не способна ему сопротивляться. Моё тело — предатель, сердце — враг, а сама я слишком слаба, чтобы тормознуть сейчас Диму. Нужно выпустить пар, сорвать все предохранители, спустить с цепей всех своих тёмных демонов. Разве есть что-то плохое в том, чтобы просто получить удовольствие? С парнем, при одном взгляде на которого получаешь эстетический оргазм.

Определённо, об этом пожалею, но не сразу. А сейчас я просто хочу быть с ним. Так близко, как мы двое себе это позволим.

Зубами разрывает фольгу, а я забираю защиту из его рук и делаю всё необходимое очень медленно. Ничего страшного, пусть немного помучается. Дима почти шипит и накручивает мои волосы на кулак. Веду пальчиками по твёрдому и горячему стволу. Смеюсь.

Психует и опрокидывает меня на сидение, накрывает всем своим корпусом, сразу вколачиваясь во всю длину.

Боже!

Жёстко удерживает мои руки над головой, не давая и шанса шевельнуться под ним. Толчки становится более резкими, ритмичными. Вжимает меня в сидение своим сильным телом, безжалостно накачивая собой.

Я словно не здесь. Зависла в каком-то астрале, где не осталось ничего, кроме нас двоих.

Его сбившееся дыхание, которым он обдаёт мои уши и шею, непозволительно громкий стук моего сердца. Он доводит меня до безумия, до полубессознательного состояния. Ни о каких словах и членораздельных звуках не могло быть и речи. Только рваные стоны, сладкие вздохи и умоляющие всхлипы.

Этот парень трахается, как бог.

Мой персональный мрачный демиург.

Всё ещё продолжаю парить где-то на облаке, в откровенной невесомости. На глазах выступили слёзы. Если он собирался выбить из меня все мысли, то у него это получилось. На высшем уровне.

Ноги дрожат, всё тело вибрирует от удовольствия. Готова мурлыкать и тереться о него, словно домашняя кошка. Чёрт побери, мне с ним слишком хорошо.

Сгребает в охапку и усаживает верхом на себя. Тело мгновенно отзывается на прикосновения, предавая свою хозяйку по всем фронтам.

— Обними меня, — приказывает.

Я почему-то слушаюсь. Не знаю почему. Может быть, дело в том, как сексуально и решительно звучит его голос?

Обхватываю за шею и прижимаюсь к мокрой, блестящей от пота груди.

Держит за талию обеими руками, с силой насаживая на себя. Мои ногти впиваются глубоко в его спину. Мы раскачиваемся в такт. По первости он направляет мои движения, потом я начинаю подмахивать ему, плавно вбирая в себя без остатка своего Диму.

Господи, это на грани фола. Эмоции выносят меня за пределы вселенной.

Стёкла запотели, наше дыхание и стук сердец звучат синхронно. Мы на одной волне, ловим её и падаем вместе на самое дно адской бездны.

Его руки всё ещё продолжают порхать у меня между ног, лишь слегка прикасаясь.

— Это месть? — шепчу с придыханием.

— Ты всё ещё способна говорить?

Один — один. Это безоговорочная победа.

Мне хорошо с ним и без секса, но секс с ним — это просто рай. Будто нас переносит из этой суровой реальности в свой собственный мир.

Я не знаю, что между нами — физика, химия, любовь или всё вместе, но я точно уверена в одном — это правильно. Запретно, за пределами добра и зла, но правильно.

— Отец вернул тебе машину?

— М-м-м, — Дима усмехнулся. — Не совсем. Почти вернул. Это тачка Яна.

Не удержалась и расхохоталась в голос. Чёрт возьми, мне даже жалко его.

— Это значит, ты украл у брата машину?

— Нет, — взъерошил мне волосы. — Мы украли, детка. Мы с тобой Бонни и Клайд.

— Звучит романтично.

Повисло напряжённое молчание, в котором каждый думал о своём. Я лично в самую последнюю очередь размышляла о том, в какое бешенство придет Янчик, когда обнаружит пропажу.

Не понимаю, куда приведёт меня Дима дальше, но с этим нужно было что-то делать. А с другой стороны, надо ли? Почему не оставить всё как есть? Вот только не обращать внимания на проблему — не равно её отсутствие.

— Не вернёшься? — первым нарушил тишину Дима.

— Не вернусь.

Долго думает прежде, чем что-то ответить.

— Тебе со мной хорошо?

— Ты же знаешь, что да. Но для этого не обязательно жить вместе, Дим. У тебя своё свободное пространство, у меня своё. Не будем переходить личные границы.